Неточные совпадения
Чернышевский свято прав и человечен в своей проповеди
свободы человеческих
чувств и в своей борьбе против власти ревности в человеческих отношениях.
Это было
чувство удушья, отсутствия воздуха,
свободы дыхания.
Если от Мережковского меня отталкивала двойственность, переходящая в двусмысленность, отсутствие волевого выбора, злоупотребление литературными схемами, то от Флоренского отталкивал его магизм, первоощущение заколдованности мира, вызывающее не восстание, а пассивное мление, отсутствие темы о
свободе, слабое
чувство Христа, его стилизация и упадочность, которую он ввел в русскую религиозную философию.
Думаю, что мучительный религиозный путь связан не только с моими внутренними противоречиями, но и с острым
чувством зла и безмерностью моей любви к
свободе.
Но вместе с этим
чувством вступления в зону бóльшей
свободы у меня было
чувство тоски расставания на неопределенное время со своей родиной.
В последнее время я опять остро чувствую два начала в себе: с одной стороны, аристократическое начало, аристократическое понимание личности и творческой
свободы; с другой стороны, сильное
чувство исторической судьбы, не допускающее возврата назад, и социалистические симпатии, вытекающие из религиозного источника.
И совершенно новое для него
чувство свободы от всего прошедшего охватывало его между этими грубыми существами, которых он встречал по дороге и которых не признавал людьми наравне с своими московскими знакомыми.
Неточные совпадения
О, тут мы при случае и нравственное
чувство наше придавим;
свободу, спокойствие, даже совесть, все, все на толкучий рынок снесем.
Андрей не налагал педантических оков на
чувства и даже давал законную
свободу, стараясь только не терять «почвы из-под ног», задумчивым мечтам, хотя, отрезвляясь от них, по немецкой своей натуре или по чему-нибудь другому, не мог удержаться от вывода и выносил какую-нибудь жизненную заметку.
Загрубелые все
чувства рабов, и благим
свободы мановением в движение не приходящие, тем укрепят и усовершенствуют внутреннее чувствование.
— Ну вот ей-Богу, — улыбаясь сказал Левин, — что не могу найти в своей душе этого
чувства сожаления о своей
свободе!
Оставшись один и вспоминая разговоры этих холостяков, Левин еще раз спросил себя: есть ли у него в душе это
чувство сожаления о своей
свободе, о котором они говорили? Он улыбнулся при этом вопросе. «
Свобода? Зачем
свобода? Счастие только в том, чтобы любить и желать, думать ее желаниями, ее мыслями, то есть никакой
свободы, — вот это счастье!»