Неточные совпадения
Я
понимал жизнь
не как воспитание, а как борьбу за свободу.
Но я никогда
не мог
понять, когда говорили, что очень трудно воздержание и аскеза.
Под философским призванием я
понимал совсем
не то, что я специализируюсь на какой-то дисциплине знания, напишу диссертацию, стану профессором.
Неверно
поняли бы мою тему одиночества, если бы сделали заключение, что у меня
не было близких людей, что я никого
не любил и никому
не обязан вечной благодарностью.
Борьбу за свободу я
понимал прежде всего
не как борьбу общественную, а как борьбу личности против власти общества.
Я очень рано
понял, что революционная интеллигенция
не любит по-настоящему свободы, что пафос ее в ином.
Извне, из «не-я», которому ничего бы
не соответствовало бы в «я», ничего толком
понять и узнать нельзя.
Я много раз пытался
понять и осмыслить процесс своего мышления и познания, хотя я
не принадлежу к людям рефлексии над собой.
Но я
не был атеистом, если под атеизмом
понимать отрицание высшего духовного начала, независимых от материального мира духовных ценностей.
Я
не всегда
понимаю, почему все так сложилось.
Русскому народу присущ своеобразный коллективизм, который нужно
понять не социологически.
Промысел Божий можно
понимать лишь духовно, а
не натуралистически.
Победу Христа над смертью они
понимали не в смысле воскресения мертвых, а в смысле достигнутого эмпирического бессмертия, в том смысле, что смерти нет для уверовавших во Христа.
Для уяснения моей мысли очень важно
понять, что для меня творчество человека
не есть требование человека и право его, а есть требование Бога от человека и обязанность человека.
Повторяю, что под творчеством я все время
понимаю не создание культурных продуктов, а потрясение и подъем всего человеческого существа, направленного к иной, высшей жизни, к новому бытию.
Творчество
не нужно тут
понимать как моральное совершенствование.
Исторические катастрофы обнаруживают большой динамизм и дают впечатление создания совершенно новых миров, но совсем
не благоприятны для творчества, как я его
понимал и как его предвидел в наступлении новой творческой религиозной эпохи.
Мне
не нужно было быть высланным в Западную Европу, чтобы
понять неправду капиталистического мира.
Я всегда
понимал эту неправду, я всегда
не любил буржуазный мир.
Про себя могу сказать с большой искренностью, что я
не очень благоприятный и
не очень благодарный предмет для модного психоаналитического метода исследования (это нужно
понимать гораздо шире Фрейда и современной психопатологии).
Я хотел бы, чтобы мне поверили читатели этой автобиографии, что я совсем
не почтенный и
не солидный человек, совсем
не учитель жизни, а лишь искатель истины и правды, бунтарь, экзистенциальный философ,
понимая под этим напряженную экзистенциальность самого философа, но
не учитель,
не педагог,
не руководитель.
Чужие и свои победы, // Надежды, шалости, мечты. // Текут невинные беседы // С прикрасой легкой клеветы. // Потом, в отплату лепетанья, // Ее сердечного признанья // Умильно требуют оне. // Но Таня, точно как во сне, // Их речи слышит без участья, //
Не понимает ничего, // И тайну сердца своего, // Заветный клад и слез и счастья, // Хранит безмолвно между тем // И им не делится ни с кем.
Словом, скандальозу наделал ужасного: вся деревня сбежалась, ребенки плачут, все кричит, никто никого
не понимает, ну просто оррёр, оррёр, оррёр!..
В последнее время она стала все чаще и больше разговаривать с своею старшей девочкой, десятилетнею Поленькой, которая хотя и многого еще
не понимала, но зато очень хорошо поняла, что нужна матери, и потому всегда следила за ней своими большими умными глазками и всеми силами хитрила, чтобы представиться все понимающею.
Неточные совпадения
Янтарь на трубках Цареграда, // Фарфор и бронза на столе, // И, чувств изнеженных отрада, // Духи в граненом хрустале; // Гребенки, пилочки стальные, // Прямые ножницы, кривые, // И щетки тридцати родов // И для ногтей, и для зубов. // Руссо (замечу мимоходом) //
Не мог
понять, как важный Грим // Смел чистить ногти перед ним, // Красноречивым сумасбродом. // Защитник вольности и прав // В сем случае совсем неправ.
Его нежданным появленьем, // Мгновенной нежностью очей // И странным с Ольгой поведеньем // До глубины души своей // Она проникнута;
не может // Никак
понять его; тревожит // Ее ревнивая тоска, // Как будто хладная рука // Ей сердце жмет, как будто бездна // Под ней чернеет и шумит… // «Погибну, — Таня говорит, — // Но гибель от него любезна. // Я
не ропщу: зачем роптать? //
Не может он мне счастья дать».
«Куда? Уж эти мне поэты!» // — Прощай, Онегин, мне пора. // «Я
не держу тебя; но где ты // Свои проводишь вечера?» // — У Лариных. — «Вот это чудно. // Помилуй! и тебе
не трудно // Там каждый вечер убивать?» // — Нимало. — «
Не могу
понять. // Отселе вижу, что такое: // Во-первых (слушай, прав ли я?), // Простая, русская семья, // К гостям усердие большое, // Варенье, вечный разговор // Про дождь, про лён, про скотный двор…»
Ее тревожит сновиденье. //
Не зная, как его
понять, // Мечтанья страшного значенье // Татьяна хочет отыскать. // Татьяна в оглавленье кратком // Находит азбучным порядком // Слова: бор, буря, ведьма, ель, // Еж, мрак, мосток, медведь, метель // И прочая. Ее сомнений // Мартын Задека
не решит; // Но сон зловещий ей сулит // Печальных много приключений. // Дней несколько она потом // Всё беспокоилась о том.
Мечтам и годам нет возврата; //
Не обновлю души моей… // Я вас люблю любовью брата // И, может быть, еще нежней. // Послушайте ж меня без гнева: // Сменит
не раз младая дева // Мечтами легкие мечты; // Так деревцо свои листы // Меняет с каждою весною. // Так, видно, небом суждено. // Полюбите вы снова: но… // Учитесь властвовать собою: //
Не всякий вас, как я,
поймет; // К беде неопытность ведет».