Неточные совпадения
Я нашел в библиотеке
отца «Критику чистого разума» Канта и «Философию духа» Гегеля (третья часть «Энциклопедии»), Все это способствовало образованию во мне своего субъективного
мира, который я противополагал
миру объективному.
И это особенно относится к теологической мысли о Боге-Отце, о Боге как Творце
мира.
Это и означало, что мысль о Боге-Отце, Творце
мира, мне представлялась наиболее зараженной и искаженной космоморфизмом и социоморфизмом.
Активно участвовали такие видные представители католического
мира, как
отец Жиле, впоследствии генерал доминиканского ордена,
отец Лабертоньер, представитель радикального течения католического модернизма, и особенно активен был Жак Маритен, о котором речь впереди.
Неточные совпадения
Но я отстал от их союза // И вдаль бежал… Она за мной. // Как часто ласковая муза // Мне услаждала путь немой // Волшебством тайного рассказа! // Как часто по скалам Кавказа // Она Ленорой, при луне, // Со мной скакала на коне! // Как часто по брегам Тавриды // Она меня во мгле ночной // Водила слушать шум морской, // Немолчный шепот Нереиды, // Глубокий, вечный хор валов, // Хвалебный гимн
отцу миров.
И там же надписью печальной //
Отца и матери, в слезах, // Почтил он прах патриархальный… // Увы! на жизненных браздах // Мгновенной жатвой поколенья, // По тайной воле провиденья, // Восходят, зреют и падут; // Другие им вослед идут… // Так наше ветреное племя // Растет, волнуется, кипит // И к гробу прадедов теснит. // Придет, придет и наше время, // И наши внуки в добрый час // Из
мира вытеснят и нас!
Впрочем, ради дочери прощалось многое
отцу, и
мир у них держался до тех пор, покуда не приехали гостить к генералу родственницы, графиня Болдырева и княжна Юзякина: одна — вдова, другая — старая девка, обе фрейлины прежних времен, обе болтуньи, обе сплетницы, не весьма обворожительные любезностью своей, но, однако же, имевшие значительные связи в Петербурге, и перед которыми генерал немножко даже подличал.
Теперь не худо б было сряду // На дочь и на
отца, // И на любовника глупца, // И на весь
мир излить всю желчь и всю досаду.
Утешительные фразы, которые они говорили
отцу — что ей там будет лучше, что она была не для этого
мира, — возбуждали во мне какую-то досаду.