Цитаты со словосочетанием «в духе»

Область
поиска
Область
поиска
Первично внутреннее духовное откровение, в духе явлен Христос-Богочеловек.
Бог открывает Себя миру, Он открывает Себя в пророках, в Сыне, в Духе, в духовной высоте человека, но Бог не управляет этим миром, который есть отпадение во внешнюю тьму.
Бог царствует в царстве свободы, а не в царстве необходимости, в духе, а не в детерминированной природе.
Откровение совершается в духе, и оно духовно.
Старости духа нет, в духе есть вечная юность.

Неточные совпадения

Эти части книги мне нужны были для описания разных атмосфер, через которые я проходил в истории моего духа.
Но главное в книге не это, главное — самопознание, познание собственного духа и духовных исканий.
Если глубина духа и высшие достижения личности ничего наследственного в себе не заключают, то в душевных и душевно-телесных свойствах есть много наследственного.
Дух должен бороться с духом же (с соблазнами духа, которые выражаются и в плоти).
Я всегда чувствовал негармоничность в отношениях моего духа и душевных оболочек.
В противоположность господствующей точке зрения я думаю, что дух революционен, материя же консервативна и реакционна.
Но в обыкновенных революциях мир духа ущемлен материей, и она искажает его достижения.
Я сознавал в себе большую силу духа, большую независимость и свободу от окружающего мира и в обыденной жизни часто бывал раздавлен беспорядочным напором ощущений и эмоций.
Я нашел в библиотеке отца «Критику чистого разума» Канта и «Философию духа» Гегеля (третья часть «Энциклопедии»), Все это способствовало образованию во мне своего субъективного мира, который я противополагал миру объективному.
Но сейчас я остро сознаю, что, в сущности, сочувствую всем великим бунтам истории — бунту Лютера, бунту разума просвещения против авторитета, бунту «природы» у Руссо, бунту французской революции, бунту идеализма против власти объекта, бунту Маркса против капитализма, бунту Белинского против мирового духа и мировой гармонии, анархическому бунту Бакунина, бунту Л. Толстого против истории и цивилизации, бунту Ницше против разума и морали, бунту Ибсена против общества, и самое христианство я понимаю как бунт против мира и его закона.
Вся моя жизнь прошла в борениях духа.
Но я редко выражал непосредственно борения духа в своих писаниях.
Обыкновенно борения духа я проецировал во вне и выражал их в форме борьбы с враждебными течениями.
Только синтезирующий акт духа не допускает превращение мира в кошмарное сновидение.
Я в глубине души, в более глубоком слое, чем умственные теории, поверил в первичную реальность духа и лишь во вторичную, отраженную, символически-знаковую реальность внешнего, так называемого «объективного» мира, природного и исторического.
«Спиритуалист» изначально принимает дух как свободу, «материалист» же, изначально затрудненный в признании реальности духа, принимает его как авторитет.
Поэтому я думаю, в противоположность господствующему мнению, что дух есть революционное начало, материя же есть начало реакционное.
Я поверил в силу духа, и это осталось навсегда.
В юности мое отталкивание, а иногда и прямо вражда к академизму и к профессорскому духу связаны еще с тем, что я был революционером и даже университет представлялся мне выражением буржуазного духа.
В этом проблематика Достоевского, Ибсена была моей нравственной проблематикой, как и пережитое Белинским восстание против гегелевского мирового духа, как некоторые мотивы Кирхегардта, которого я, впрочем, очень поздно узнал и не особенно люблю, как и борьба Л. Шестова против необходимых законов логики и этики, хотя и при ином отношении к познанию.
Сравнительно недавно, уже в изгнании, я написал вновь философию свободы под заглавием «Философия свободного духа» (по-французски заглавие было лучше: Esprit et liberté [«Дух и свобода» (фр.).]).
Я готов себя сознать романтиком вот по каким чертам: примат субъекта над объектом, противление детерминизму конечного и устремление к бесконечному, неверие в достижение совершенства в конечном, интуиция против дискурсии, антиинтеллектуализм и понимание познания как акта целостного духа, экзальтация творчества в человеческой жизни, вражда к нормативизму и законничеству, противоположение личного, индивидуального власти общего.
Я почувствовал в себе веяние духа, которое в начале XX века создало русский культурный ренессанс.
В те годы в меня проникло не только веяние Духа, но и веяние Диониса.
Я пошел дальше в повороте к идеализму, к метафизике, к проблемам духа.
Я увидел, что в самом революционном социализме можно обнаружить дух Великого Инквизитора.
То, что происходило во мне в предшествующие годы, соединение веяния Духа с веянием Диониса, соответствовало многому из того, что я нашел в новой для меня петербургской атмосфере, но были и различия, которые потом усилились.
Романтический дух, между прочим, сказывался в преобладании эротики и эстетики над этикой.
Так должна была сложиться новая церковь Святого Духа, в которой раскроется тайна плоти.
Путаница, по-моему, заключалась в том, что в действительности в истории христианства было не недостаточно, а слишком много «плоти» и было недостаточно духа.
Пафос свободы и пафос личности, то есть, в конце концов, пафос духа, я всегда противополагал господствующей в начале XX века атмосфере.
И у самого Ницше было взято не то, что у него было главное — героический дух Заратустры, притяжение горной высоты, своеобразная аскеза в перенесении страданий.
Мережковский утопил это в своей схеме плоти и духа, в мистическом материализме пола.
Он разом и очень восхищался моей книгой, и очень нападал на нее, усматривая в ней западный дух.
Но в остром столкновении Розанова с христианством я был на стороне христианства, потому что это значило для меня быть на стороне личности против рода, свободы духа против объективированной магии плоти, в которой тонет образ человека.
В этом духе был устроен всего один вечер на квартире у Н. М. Минского.
Он также по-своему ждал новой эпохи Духа в христианстве, но был связан и скован.
Религиозную историю, религиозную традицию я мог принять лишь как знаки совершающегося в глубине, как символику духа, как относительное, а не абсолютное.
Он любил читать Библию и на полях делал свои критические замечания совершенно в вольтерианском, рационалистическом духе.
Эпиграфом своей книги «Смысл творчества» я взял из Ангелуса Силезиуса: «Ich weiss dass ohne mich Gott nicht ein Nu kann leben, werd ich zu nicht, er muss von Noth den Geist aufgeben» [«Я знаю, что без меня Бог не может прожить ни одного мгновения, превратись я в ничто, он, лишившись меня, испустит дух» (нем.).].
И я видел в истории христианства и христианских церквей постоянное отречение от свободы духа и принятие соблазнов Великого Инквизитора во имя благ мира и мирового господства.
Но я всегда очень любил германскую мистику, почитаю ее одним из величайших явлений в истории духа.
Рассказанное в Евангелии несовершенным человеческим языком приобретает для меня значение, определяющее мою судьбу, полно для меня смысла не потому, что я усваиваю Евангелие извне, как извне данное откровение, а потому, что раскрываю, расшифровываю в нем центральные события духа, мистерию духа.
Меня связывала со многими представителями русской религиозной мысли начала XX века великая надежда, что возможно продолжение откровения в христианстве, новое излияние Духа Святого.
Монашество святого Серафима представлялось новым белым монашеством, в нем видели веяние Духа Святого.
В отличие от святого Серафима, в котором действительно были белые лучи, в старце Амвросии было что-то унылое, в нем не было веяния нового духа.
Существует единство в царстве духа.
По поводу дела имяславцев на Афоне, в котором принимала участие русская иерархия и дипломатия, я написал негодующую статью «Гасители Духа», направленную против Святейшего Синода.
Утверждался примат политики над духом, как в православии императорском.
Динамизм исторических катастроф даже предварял собой эпоху реакционную в отношении к подлинному творчеству человека, ибо она враждебна человеку и истребительна для свободы духа.
 

Выдержки из русской классики со словосочетанием «в духе»

Муразов поклонился и прямо от князя отправился к Чичикову. Он нашел Чичикова уже в духе, весьма покойно занимавшегося довольно порядочным обедом, который был ему принесен в фаянсовых судках из какой-то весьма порядочной кухни. По первым фразам разговора старик заметил тотчас, что Чичиков уже успел переговорить кое с кем из чиновников-казусников. Он даже понял, что сюда вмешалось невидимое участие знатока-юрисконсульта.
— Тем лучше: я не в духе рассказывать.
Заметов сам по всем углам твои носки разыскивал и собственными, вымытыми в духах, ручками, с перстнями, вам эту дрянь подавал.
«Верно, Андрей рассказал, что на мне были вчера надеты чулки разные или рубашка наизнанку!» — заключил он и поехал домой не в духе и от этого предположения, и еще более от приглашения обедать, на которое отвечал поклоном: значит, принял.
Действительно, Левин был не в духе и, несмотря на всё свое желание быть ласковым и любезным со своим милым гостем, не мог преодолеть себя. Хмель известия о том, что Кити не вышла замуж, понемногу начинал разбирать его.

Неточные совпадения

Янтарь на трубках Цареграда, // Фарфор и бронза на столе, // И, чувств изнеженных отрада, // Духи в граненом хрустале; // Гребенки, пилочки стальные, // Прямые ножницы, кривые, // И щетки тридцати родов // И для ногтей, и для зубов. // Руссо (замечу мимоходом) // Не мог понять, как важный Грим // Смел чистить ногти перед ним, // Красноречивым сумасбродом. // Защитник вольности и прав // В сем случае совсем неправ.
«Не спится, няня: здесь так душно! // Открой окно да сядь ко мне». — // «Что, Таня, что с тобой?» — «Мне скучно, // Поговорим о старине». — // «О чем же, Таня? Я, бывало, // Хранила в памяти не мало // Старинных былей, небылиц // Про злых духов и про девиц; // А нынче всё мне тёмно, Таня: // Что знала, то забыла. Да, // Пришла худая череда! // Зашибло…» — «Расскажи мне, няня, // Про ваши старые года: // Была ты влюблена тогда?» —
В свою деревню в ту же пору // Помещик новый прискакал // И столь же строгому разбору // В соседстве повод подавал. // По имени Владимир Ленской, // С душою прямо геттингенской, // Красавец, в полном цвете лет, // Поклонник Канта и поэт. // Он из Германии туманной // Привез учености плоды: // Вольнолюбивые мечты, // Дух пылкий и довольно странный, // Всегда восторженную речь // И кудри черные до плеч.
Он был не глуп; и мой Евгений, // Не уважая сердца в нем, // Любил и дух его суждений, // И здравый толк о том, о сем. // Он с удовольствием, бывало, // Видался с ним, и так нимало // Поутру не был удивлен, // Когда его увидел он. // Тот после первого привета, // Прервав начатый разговор, // Онегину, осклабя взор, // Вручил записку от поэта. // К окну Онегин подошел // И про себя ее прочел.
Встает заря во мгле холодной; // На нивах шум работ умолк; // С своей волчихою голодной // Выходит на дорогу волк; // Его почуя, конь дорожный // Храпит — и путник осторожный // Несется в гору во весь дух; // На утренней заре пастух // Не гонит уж коров из хлева, // И в час полуденный в кружок // Их не зовет его рожок; // В избушке распевая, дева // Прядет, и, зимних друг ночей, // Трещит лучинка перед ней.
Смотреть все выдержки из русской классики со словосочетанием «в духе»

Предложения со словосочетанием «в духе»

Значение словосочетания «в духе»

Афоризмы русских писателей со словом «дух»

Отправить комментарий

@
Смотрите также

Значение словосочетания «в духе»

В духе — в хорошем настроении. См. также дух.

Все значения словосочетания «в духе»

Предложения со словосочетанием «в духе»

  • Да и сам сюжет был вполне в духе времени, когда каждый второй находился в томительном ожидании романтической истории.

  • Так что, вы понимаете, я не могла сказать ей, что я, её единственная дочь, воспитанная в духе уважения к логике и здравому смыслу, была почти уверена, что почтовый ящик опасно затрещал, когда я открыла его.

  • Шаманизм в разных культурах имеет свои особенности, но их объединяет глубокая вера в духов – как доброжелательных, так и злонамеренных.

  • (все предложения)

Синонимы к словосочетанию «в духе»

Ассоциации к слову «дух»

Морфология

Правописание

 
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я