Цитаты со словом «фр»
Область
поиска
поиска
Область
поиска
поиска
Марсель Пруст, посвятивший все свое творчество проблеме времени, говорит в завершительной своей книге Le temps retrouvé: «J’avais trop expérimenté l’impossibilité d’atteindre dans la réalité ce qui était au fond moi-même» [«Я никогда не достигал в реальности того, что было в глубине меня» (фр.).].
Вместе с тем это мое коренное чувство не следует смешивать с complex d’infériorité [Комплекс неполноценности (фр.).], которого у меня совсем нет.
Когда я читал Mémoires d’outre tombe [«Замогильные записки» (фр.).]
Мне еще близко то, что сказал о себе вообще не близкий мне Морис Баррес: «Mon évolution ne fut jamais une course vers quelque chose, mais une fuite vers ailleurs» [«Мое развитие никогда не определялось стремлением к чему-то конкретно, а всегда было направлено за его пределы, к другому» (фр.).].
Неприятие любой земной тирании влечет его к Богу; при условии, однако, что этот Бог — тоже свободолюбец и вольнодумец, почти анархист: «Спасение, которое не было бы свободным и не исходило бы от человека свободного, ничего не сказало бы нам», — говорит Бог — Пеги в «Невинных святых» (фр.).
Я очень плохо понимаю настроение А. Жида в его Nourritures Terrestres [«Земная пища» (фр.).] и вижу в этом лишь борьбу пуританина с запретами, наложенными на его жизнь.
При этом мне абсолютно чуждо всякое ressentiment [Злопамятство, злоба (фр.).].
По типу своему я ближе всего к Фр.
Сравнительно недавно, уже в изгнании, я написал вновь философию свободы под заглавием «Философия свободного духа» (по-французски заглавие было лучше: Esprit et liberté [«Дух и свобода» (фр.).]).
Я не очень любил немецкий романтизм, Фр.
Когда ко мне приходил товарищ еврей, то моя мать задавала традиционный вопрос: «Est-ce un monsieur ou ce n’est pas un monsieur?» [Это господин или не господин? (фр.).]
Я никогда не испытывал больше такого чувства связи с communauté [Сообщество, коллектив (фр.).], я был наименее индивидуалистически настроен.
Перед отъездом в ссылку одна прекрасная женщина сказала мне на прощанье: «Dans la vie rien n’est beau que d’aimer, rien n’est vrai que de souffrir» [«В жизни нет ничего прекраснее, чем любовь, и ничего правдивее, чем страдание» (фр.).
Я активно участвовал в спорах в Pontigny и в «Union pour la vérité» [«Союз истины» (фр.).] и должен сказать, что наши русские споры были выше и глубже.
Это вызывало у матери реакцию, и она говорила: «Alexandre, si tu continues, je m’en vais» [«Александр, если ты будешь продолжать, я уйду» (фр.).].
Некоторые статьи обо мне, написанные на Западе, сопоставляли меня с тем, что называли христианской теософией, с Я. Бёме, Сен-Мартеном, Фр.
Между тем как французы не ходят просто и легко друг к другу, делают изредка бессмысленные réceptions [Прием, встреча (фр.).], на которых все стоят и разговаривают о последней книге или политических событиях дня.
Когда у французов бывает человек, которого они называют cher ami [Дорогой друг (фр.).], и он уходит, то ему говорят «à bientôt, cher ami» [До скорой встречи, дорогой друг (фр.).], надеясь, что он придет не раньше чем через год.
Более верно, когда меня называли учителем представители новых течений французской молодежи «Esprit» и «Ordre Nouveau» [«Esprit» — «Дух» (фр.); «Ordre Nouveau» — «Новый порядок» (фр.).], так как они стояли на почве персонализма.
Но вместе с тем он был более блестящий conférencier и causeur [Causeur — собеседник; человек, владеющий искусством беседы (фр.).], чем писатель.
Такова, например, вся коллекция «Philosophie de l’esprit» в издании Montaigne, в которой была напечатана и моя книга «Cinq meditations sur 1’existence» [«Пять размышлений о существовании» (фр.).].
Французские усадьбы обведены высокой и совершенно закрытой оградой с надписью «Chien méchant» [«Осторожно, злая собака» (фр.).].
Это видно по французскому роману последнего времени, в котором нет чувства, а есть главным образом sensualité [Чувственность (фр.).].
Иногда я вызываю в себе отвращение, le moi est haissable [Я себе ненавистен (фр.).].
Сент-Бёв говорит по поводу мемуаров Шатобриана: «Il a substitué plus ou moins les sentiments qu’il se donnait dans le moment où il écrivait, à seux qu’il avait réellement aux moments qu’il raconte» [«Он подменяет в какой-то степени чувства, которые действительно испытывает в те моменты, о которых рассказывает, чувствами, которые появляются у него в тот момент, когда он пишет» (фр.).].
Жид написал две книги, в которых он говорит о себе и обнажает себя: художественную автобиографию Si le grain ne meurt [«Если зерно не умирает» (фр.).] и сравнительно недавно Journal.
Известно, что проблема искренности для Жида основная, он хочет быть почти маниаком искренности, его point d’honneur [Дело чести (фр.).] говорить о себе все самое плохое, некрасивое, отталкивающее.
Бёме; по типу философствования у меня есть родство с Фр.
Осенью «Les Rencontres Internationales de Genève» [«Международные встречи в Женеве» (фр.).] пригласили меня прочесть доклад и активно участвовать в собраниях.