Цитаты со словом «веры»
Область
поиска
поиска
Область
поиска
поиска
Для постижения России нужно применить теологальные добродетели веры, надежды и любви.
То, что называли у нас двоеверием, т. е. соединение православной веры с языческой мифологией и народной поэзией, объясняет многие противоречия в русском народе.
Г. Федотов подчеркивает, что в духовных стихах недостает веры в Христа-Искупителя, Христос остается судьей, т. е. народ как бы не видит кенозиса Христа.
Православие оказалось русской верой.
В духовных стихах Русь — вселенная, русский царь — царь над царями, Иерусалим та же Русь, Русь там, где истина веры.
Из Вавилона регалии на царство достаются православному царю вселенной, так как в Византии было крушение веры и царства.
Когда Никон сказал: «Я русский, но вера моя греческая», — он нанес страшный удар идее Москвы, как Третьего Рима.
Греческая вера представлялась не православной верой, только русская вера — православная, истинная вера.
Истинная вера связана с истинным царством.
Материализм был предметом религиозной веры, и противники его в известную эпоху трактовались как враги освобождения народа.
И наша историософическая мысль будет протекать в атмосфере глубокого пессимизма в отношении к прошлому и особенно настоящему России и оптимистической веры и надежды в отношении к будущему.
Чаадаев проникается верой в мистическую миссию России.
Духа, пришел к вере, что Россия скажет новое слово миру.
Киреевский, им выражена так: «Внутреннее сознание, что есть в глубине души живое общее сосредоточие для всех отдельных сил разума, и одно достойное постигать высшую истину — такое сознание постоянно возвышает самый образ мышления человека: смиряя его рассудочное самомнение, оно не стесняет свободы естественных законов его мышления; напротив, укрепляет его самобытность и вместе с тем добровольно подчиняет его вере».
Но славянофилы поставили перед русским сознанием задачу преодоления абстрактной мысли, перехода к конкретности, требование познания не только умом, но также чувством, волей, верой.
Для философии истории Хомякова очень важно, что он веру считал движущим началом истории.
Религиозная вера лежит в основе и всякой цивилизации, и всего пути истории, и философской мысли.
В первооснове России лежит православная вера, в первооснове Западной Европы лежит католическая вера.
Вопрос об этом влиянии не надо оспаривать; оно возникает из того примера, который показывает Русская Церковь, из ее доктрины, прочно основанной на церковной науке, от которой так далек римский католицизм, с заложенным в нем принципом разрушения и со своей наукой, враждебной вере…
Баадер предлагает, чтобы несколько русских приехало в Мюнхен учиться и слушать его лекции, чтобы «заполнить пробел, который существует как в России, так и на Западе, послужить примером для Запада и доказать ему (что еще не сделано), что истинная наука не существует без веры и что истинная вера не может существовать без науки».
Бросаются в глаза ошибочные суждения Баадера: католичество не отрицает разума и протестантизм не отрицает веру, сомнение Декарта и французская революция не только разрушали, но имели и положительный смысл.
Но сейчас нужно отметить, что в России был двоякий исход философии: «у славянофилов в религию, в веру, у западников в революцию, в социализм».
Грановский хочет остаться верен идеализму, дорожит верой в бессмертие души, он противник социализма, думая, что социализм враждебен личности, в то время как Герцен и Белинский переходят к социализму и атеизму.
При таком философском миросозерцании трудно было оправдать мессианскую веру в русский народ, трудно было обосновать философию истории и этику Герцена.
В письме к Мишле, в котором Герцен защищает русский народ, он пишет, что прошлое русского народа темно, его настоящее ужасно, остается вера в будущее.
Но остается часть свободы для будущего и остается возможность веры в будущее.
Он говорил, что нельзя подражать народной вере.
Нужно верить не в народную веру, а в самые божественные предметы.
Но эту бесспорно верную мысль несправедливо противополагать, например, Хомякову, который прежде всего верил в божественные предметы и был универсалистом в своей вере.
Одно время К. Леонтьев верил, что на Востоке, в России, возможны еще культуры цветущей сложности, но это не связано у него было с верой в великую миссию русского народа.
В последний период жизни он окончательно теряет веру в будущее России и русского народа и пророчествует о грядущей русской революции и наступлении царства антихриста.
Дорогие там лежат покойники, каждый камень над ними гласит о такой горячей минувшей жизни, о такой страстной вере в свой подвиг, в свою истину, в свою борьбу и свою науку, что я знаю заранее, паду на землю и буду целовать эти камни и плакать над ними — в то же время убежденный всем сердцем своим в том, что все это уже давно кладбище и никак не более».
Я теперь в новой крайности — это идея социализма, которая стала для меня идеей новой, бытием бытия, вопросом вопросов, альфою и омегою веры и знания.
И вместе с тем для него эта диалектика атеистическая, богоборческая, которую он преодолевает своей верой в Христа.
Вот как выражает Белинский свою социальную утопию, свою новую веру: «И настанет время, — я горячо верю этому, настанет время, когда никого не будут жечь, никому не будут рубить головы, когда преступник, как милости и спасения, будет молить себе конца, и не будет ему казни, но жизнь останется ему в казнь, как теперь смерть; когда не будет бессмысленных форм и обрядов, не будет договоров и условий на чувства, не будет долга и обязанностей, и воля будет уступать не воле, а одной любви; когда не будет мужей и жен, а будут любовники и любовницы, и когда любовница придет к любовнику и скажет: „я люблю другого“, любовник ответит: „я не могу быть счастлив без тебя, я буду страдать всю жизнь, но ступай к тому, кого ты любишь“, и не примет ее жертвы, если по великодушию она захочет остаться с ним, но, подобно Богу, скажет ей: хочу милости, а не жертв…
Эту веру он теряет и выражает свое разочарование по поводу «Ревизора».
Иногда у него вырывается признание, что у него нет веры.
У Тютчева было целое обоснованное теократическое учение, которое по грандиозности напоминает теократическое учение Вл. Соловьева. У многих русских поэтов было чувство, что Россия идет к катастрофам. Еще у Лермонтова, который выражал почти славянофильскую веру в будущее России, было это чувство. У него есть страшное стихотворение...
В русской христианской мысли XIX в. — в учении о свободе Хомякова, в учении о Богочеловечестве Вл. Соловьева, во всем творчестве Достоевского, в его гениальной диалектике о свободе, в замечательной антропологии Несмелова, в вере Н. Федорова в воскрешающую активность человека приоткрывалось что-то новое о человеке.
Русское народничество и вера в особые пути России.
Это была вера в возможность счастливой и справедливой жизни.
И всегда в основании лежала вера в народ как хранителя правды.
Славянофилы думали, что в простом народе, в крестьянстве более сохранилась русская народность и православная вера, характерная для русского народа, чем в классах образованных и господствующих.
Им овладела социальная утопия, страстная вера, что не будет больше богатых и бедных, не будет царей и подданных, люди будут братья, и наконец, поднимется человек во весь свой рост.
Герцен оставался верен своему социальному идеалу, но веры у него не было, ему был свойствен исторический пессимизм.
Он имел опыт, которого не имел Белинский, и ему не свойственна была энтузиастическая вера последнего.
Социальная утопия, изложенная в сне Веры Павловны, довольно элементарная.
Толстой совсем не был последователен, он не умел осуществить своей веры в жизни и сделал это лишь в конце жизни своим гениальным уходом.
Чтобы слиться с народом и его верой, он одно время принуждал себя считать православным, соблюдал все предписания православной церкви, но не в силах был смириться, взбунтовался и начал проповедовать свою веру, свое христианство, свое Евангелие.
Я верю в истину и справедливость этого учения и торжественно признаю, что вера без дел мертва есть и что всякий истинный христианин должен бороться за правду, за право угнетенных и слабых и, если нужно, то за них пострадать: такова моя вера» [См.: А. Воронский. «Желябов».
Предложения из русской классики со словом «веры»
Синонимы к слову «веры»
Предложения со словом «вера»
- Книга станет хорошим подспорьем для тех, кто хочет правильно и благочестиво поститься согласно православной христианской вере.
- Благодаря истинной вере человек испытывает озарение и совершает открытия.
- И, с позволения любопытствовать, не желал ты православную веру принять, в честные люди выйти, на царёву службу заступить?
- (все предложения)
Сочетаемость слова «вера»
Значение слова «вера»
ВЕ́РА, -ы, ж. 1. Твердая убежденность, уверенность в чем-л., в исполнении чего-л. Вера в успех дела. (Малый академический словарь, МАС)
Афоризмы русских писателей со словом «вера»
- Вера очищает душу людей. Нет без веры духовного здоровья.
- Без веры в человека нельзя полюбить жизнь.
- Правда и вера — две сестры родные, дщери одного всевышнего родителя…
- (все афоризмы русских писателей)
Отправить комментарий
Значение слова «вера»
ВЕ́РА, -ы, ж. 1. Твердая убежденность, уверенность в чем-л., в исполнении чего-л. Вера в успех дела.
Все значения слова «вера»Предложения со словом «вера»
Книга станет хорошим подспорьем для тех, кто хочет правильно и благочестиво поститься согласно православной христианской вере.
Благодаря истинной вере человек испытывает озарение и совершает открытия.
И, с позволения любопытствовать, не желал ты православную веру принять, в честные люди выйти, на царёву службу заступить?
- (все предложения)
Синонимы к слову «веры»
- священное предание
- молитва верных
- всеобщее священство
- власть вязать и решить
- любящий правду
- (ещё синонимы...)