Неточные совпадения
Основное противоречие философии Гегеля заключается в том, что в ней динамика и диалектика мысли принимают форму законченной системы,
т.
е. как бы прекращается диалектическое развитие.
Качественно различные, неравные личности не только в глубинном смысле равны перед Богом, но равны перед обществом, которому не принадлежит права различать личности на основании привилегий,
т.
е. на основании различия социального положения.
В этих спорах я был жестоким спорщиком, я отстаивал существование истины и добра, как идеальных ценностей, не зависящих от классовой борьбы, от социальной среды,
т.
е. не соглашался на окончательное подчинение философии и этики классовой революционной борьбе.
Проблема человека,
т.
е. проблема личности, первичнее проблемы общества.
Личность есть субъект, а не объект среди объектов, и она вкоренена во внутреннем плане существования,
т.
е. в мире духовном, в мире свободы.
Достоинство человека,
т.
е. личности,
т.
е. свободы, предполагает согласие на боль, способность пережить боль.
Для Лейбница сущность личности есть сознание самого себя,
т.
е. образ личности связан с сознанием.
Для интересующей нас проблемы это значит, что универсальное находится в индивидуальном,
т.
е. в личности, не как производное от количественного опыта, а как изначальное качество.
Человек,
т.
е. индивидуальное и по другой терминологии сингулярное, экзистенциальное человечества, человечество есть лишь ценность всечеловеческого единства в человеческом мире, качество человеческого братства, которое не есть реальность, стоящая над человеком.
Универсальное не есть общее, универсальное не абстрактное, а конкретное,
т.
е. есть полнота.
Отношение между средством и целью существует лишь в мире объективации,
т.
е. выброшенности существования вовне.
Это религиозная основа учения о личности, не теологическая, а религиозная основа,
т.
е. духовно-опытная, экзистенциальная.
Личность связана также с аскезой и предполагает аскезу,
т.
е. духовное упражнение, концентрацию внутренних сил, выбор, несогласие на смешение с безличными силами и внутри человека, и в окружающем мире.
Тело принадлежит вечному образу личности, и отделение души от тела при разложении телесного состава человека, при потере формы тела не может привести к бессмертию личности,
т.
е. целостного человека.
Служение общему благу,
т.
е. чему-то не имеющему своего существования, есть лишь беспомощное, сокращенное, отвлеченное служение благу ближнего, каждого конкретного существа.
Источник рабства всегда есть объективация,
т.
е. экстериоризация, отчуждение.
Авторитарному сознанию или авторитарному строю жизни нужно противополагать не разум, не природу и не суверенное общество, а дух,
т.
е. свободу, духовное начало в человеке, образующее его личность и независимое от объективированной природы и от объективированного логического мира.
Это предполагает изменение направления борьбы против рабства человека,
т.
е. персоналистическую переоценку ценностей, которой и посвящается эта книга.
К мышлению об обществе, свободном от категорий господства и рабства, неприменимы обычные социологические понятия, оно предполагает отрешенность, негативность в отношении ко всему, на чем покоится общество в царстве кесаря,
т.
е. в мире объективированном, где человек становится тоже объектом.
Проблема бытия есть прежде всего проблема о том, в какой мере бытие есть уже конструкция мысли,
т.
е. объективация, произведенная субъектом,
т.
е. нечто вторичное, а не первичное.
Бытие есть понятие,
т.
е. что-то прошедшее через объективированную мысль, на нем лежит печать абстракции, и потому оно порабощает человека, как и всякая объективация.
Этот выбор не может определяться одним лишь мышлением, он определяется целостным духом,
т.
е. и волей.
Она выводит на свободу из бытия, свобода оказывается детерминированной бытием,
т.
е. в конце концов свобода есть порождение необходимости.
Мир есть объективированный,
т.
е. отчужденный от себя дух.
Но освобождение человека означает возвращение духа к себе,
т.
е. к свободе.
Бытие оказывается перенесением существования,
т.
е. первично-реального и конкретного, из глубины субъекта в иллюзорную глубину экстериоризированного объекта.
Бог не есть Промыслитель мира,
т.
е. Мироправитель, Миродержец, Pantokratos, Бог есть свобода и смысл, любовь и жертва, есть борьба против объективированного миропорядка.
Освобождение от рабства есть освобождение от давящей идеи мирового порядка, который есть порождение объективации,
т.
е. падшести.
Рабство религиозное, рабство у Бога и рабство у церкви,
т.
е. у рабской идеи Бога и рабской идеи церкви, была самой тяжелой формой рабства человека и одним из источников рабства человека.
Природа в этом смысле есть мир объективации,
т.
е. отчужденности, детерминированности, безличности.
Если произойдет столкновение планет и результатом его будет космическое разрушение,
т.
е. нарушение космического лада, то это совершенно нецелесообразно и даже не необходимо в смысле существования закона для этого столкновения.
Это «мы» есть качественное содержание «я», его социальное трансцендирование. «Я» имеет общение не только с «ты», общение личности с личностью, «я» имеет общение и с «мы»,
т.
е. с обществом.
Реальное «мы»,
т.
е. общность людей, общение в свободе, в любви и милосердии, никогда не могло поработить человека и, наоборот, есть реализация полноты жизни личности, её трансцендирования к другому.
Общество свободных людей, не рабов должно быть создано не по образу космоса, а по образу духа,
т.
е. не по образу иерархизма, а по образу персонализма, не по образу детерминации, а по образу свободы, не по образу господства силы и сильного, а по образу солидарности и милосердия.
В обществе человек действует как социальное существо,
т.
е. существо, соединенное с другими существами.
Маркс говорил, что нет человека вообще, а есть лишь дворянин, буржуа, крестьянин, мещанин, рабочий,
т.
е. от конкретного человека нельзя отвлечь его социально-сословных, классовых признаков.
И ещё можно было бы сказать, что нет человека вообще, а есть инженер, врач, адвокат, чиновник, профессор, писатель и
т. д.,
т.
е. в конкретного человека входят признаки профессионального призвания человека.
Количество партикулярных признаков может быть признаком бедности, а не богатства,
т.
е. признаком абстрактности.
Наоборот, познание в науках исторических и социальных и в науках о духе и о ценностях,
т.
е. в философии, носит менее общеобязательный характер именно потому, что предполагает большую духовную общность людей.
Все это свидетельствует о том, что автономия сферы познания относительна, что оно не может быть отделено от целостного существа человека, от его духовной жизни,
т.
е. от человека интегрального.
Наименее объективированное и наименее общеобязательное представляется принадлежащим к царству «субъективности»,
т.
е. наименее выдерживающим испытание истинности.
Но Лев Толстой приковывал эту природу к земле и земледельцу, к физическому труду, пользующемуся элементарными орудиями,
т.
е. придавал этому характер опрощения и возврата к примитивному состоянию.
Все его существование объективировано в цивилизации,
т.
е. выброшено вовне, экстериоризировано.
В человеке цивилизации периодически пробуждается зверь и дикарь, но в измененной цивилизацией форме,
т.
е. в ухудшенной форме.
Но человеческий мир полон не этого аристократизма, а аристократизма изоляции, замкнутости, гордости, презрения, высокомерного отношения к стоящим ниже,
т.
е. ложного аристократизма, аристократизма кастового, порожденного социальным процессом.
Истина никаких услуг не оказывает стремящимся к могуществу,
т.
е. к порабощению.
Лишь в мире объективации,
т.
е. в мире отчужденности, безличности и детерминизма, существует то отношение части и целого, которое обнаруживается в индивидуализме.
Личность включает в себя универсум, но это включение универсума происходит не в плане объектности, а в плане субъектности,
т.
е. экзистенциальности.
Личность сознает себя вкорененной в царство свободы,
т.
е. в царство духа, и оттуда черпает свои силы для борьбы и активности.
Извращенная,
т.
е. утерявшая личность, интервертированность есть эгоцентризм, а извращенная экстервертированность есть отчуждение и экстериоризация.
Неточные совпадения
X л
е с
т а к о в (принимая деньги).Покорнейше благодарю. Я вам тотчас пришлю их из деревни… у меня это вдруг… Я вижу, вы благородный человек. Теперь другое дело.
Он чувствовал, что если б они оба не притворялись, а говорили то, что называется говорить по душе,
т.
е. только то, что они точно думают и чувствуют, то они только бы смотрели в глаза друг другу, и Константин только бы говорил: «ты умрешь, ты умрешь, ты умрешь!» ― а Николай только бы отвечал: «знаю, что умру; но боюсь, боюсь, боюсь!» И больше бы ничего они не говорили, если бы говорили только по душе.
В своем же случае Алексей Александрович видел, что достижение законного,
т.
е. такого развода, где была бы только отвергнута виновная жена, невозможно.
Вронский в первый раз испытывал против Анны чувство досады, почти злобы за ее умышленное непонимание своего положения. Чувство это усиливалось еще тем, что он не мог выразить ей причину своей досады. Если б он сказал ей прямо то, что он думал, то он сказал бы: «в этом наряде, с известной всем княжной появиться в театре — значило не только признать свое положение погибшей женщины, но и бросить вызов свету,
т.
е. навсегда отречься от него».
Теперь Алексей Александрович намерен был требовать: во-первых, чтобы составлена была новая комиссия, которой поручено бы было исследовать на месте состояние инородцев; во-вторых, если окажется, что положение инородцев действительно таково, каким оно является из имеющихся в руках комитета официальных данных, то чтобы была назначена еще другая новая ученая комиссия для исследования причин этого безотрадного положения инородцев с точек зрения: а) политической, б) административной, в) экономической, г) этнографической, д) материальной и
е) религиозной; в-третьих, чтобы были затребованы от враждебного министерства сведения о тех мерах, которые были в последнее десятилетие приняты этим министерством для предотвращения тех невыгодных условий, в которых ныне находятся инородцы, и в-четвертых, наконец, чтобы было потребовано от министерства объяснение о том, почему оно, как видно из доставленных в комитет сведений за №№ 17015 и 18308, от 5 декабря 1863 года и 7 июня 1864, действовало прямо противоположно смыслу коренного и органического закона,
т…, ст. 18, и примечание в статье 36.