Неточные совпадения
Первые два типа принадлежат объективированному миру и находятся во власти детерминизма, хотя и по-разному,
третий тип прорывается из
царства детерминации в иной порядок.
Этот соблазн великого
царства не оставляет человека на протяжении всей его истории: империи древнего Востока, Римская империя, папская теократия, священная византийская империя, московское
царство —
третий Рим, петровская империя, коммунистическое
царство,
третье германское
царство.
Первый, второй и
третий Рим — универсальные
царства.
Так было в средневековой христианской теократии, так и в советской, коммунистической теократии, так и в Гитлеровском
третьем царстве, так и во всяком государстве, претендующем на тоталитарность.
[Потрясающий образ Иоахима из Флориды хорошо нарисован в книге Жебара «Мистическая Италия».] «Если
Третье Царство — иллюзия, какое утешение может остаться христианам перед лицом всеобщего расстройства мира, который мы не ненавидим лишь из милосердия?» «Есть три царства: царство Ветхого Завета, Отца, царство страха; царство Нового Завета, Сына, царство искупления; царство Евангелия от Иоанна, Св.
Неточные совпадения
Но это все темные времена корейской истории; она проясняется немного с
третьего века по Рождеству Христову. Первобытные жители в ней были одних племен с манчжурами, которых сибиряки называют тунгусами. К ним присоединились китайские выходцы. После Рождества Христова один из тунгус, Гао, основал
царство Гао-ли.
Второе: что «уголовная и судно-гражданская власть не должна принадлежать церкви и несовместима с природой ее и как божественного установления, и как союза людей для религиозных целей» и наконец, в-третьих: что «церковь есть
царство не от мира сего»…
Как и все представители русской религиозно-философской мысли, он устремлен к новому, к
царству Духа, но остается неясным, в какой мере он признает возможность нового
третьего откровения.
В основу раскола легло сомнение в том, что русское
царство,
Третий Рим, есть истинное православное
царство.
Духовный провал идеи Москвы, как
Третьего Рима, был именно в том, что
Третий Рим представлялся, как проявление царского могущества, мощи государства, сложился как Московское
царство, потом как империя и, наконец, как
Третий Интернационал.