Неточные совпадения
Вполне социализированный и цивилизованный
человек может быть совершенно безличным, может быть
рабом, не замечая этого.
Отношение между
человеком и Богом не есть ни отношение каузальное, ни отношение частного и общего, ни отношение средства и цели, ни отношение
раба и господина, оно не походит ни на что, взятое из объективного мира, природного и социального, это отношение ничему не аналогично в этом мире.
Человек должен быть свободен, не смеет быть
рабом, ибо должен быть
человеком.
Человек любит быть
рабом и предъявляет право на рабство, меняющее свои формы.
Я вижу три состояния
человека, три структуры сознания, которые можно обозначить как «господин», «
раб» и «свободный».
Если же
человек остается существом материальным и экономическим, духовная же его природа признается иллюзией сознания, обманной идеологией, то
человек остается
рабом и
раб по природе.
Бог — господин,
человек —
раб; церковь — господин,
человек —
раб; государство — господин,
человек —
раб; общество — господин,
человек —
раб; семья — господин,
человек —
раб; природа — господин,
человек —
раб; объект — господин, человек-субъект —
раб.
Но
человек становится господином другого потому, что по структуре своего сознания он стал
рабом воли к господству.
Этот универсализм пытаются осуществить через ложную объективацию, через выбрасывание человеческого существования вовне, через экстериоризацию, делающую
человека рабом.
Человек лишается свободы и становится
рабом не только от физического насилия.
Человек может быть
рабом общественного мнения,
рабом обычаев, нравов, социально навязанных суждений и мнений.
Человек все ещё остается
рабом.
Человек —
раб потому, что свобода трудна, рабство же легко.
И
человек становится
рабом средств, которые якобы дают ему силу.
Примитивный
человек, который все ещё живёт в современном
человеке, находится во власти страха, он
раб прошлого, обычного, духа предков.
И историческое время хочет сделать
человека своим
рабом.
Господин и
раб будут делать нечеловеческие усилия помешать концу объективации, «концу мира», наступлению царства Божьего — царства свободы и свободных, они будут создавать все новые формы господства и рабства, будут совершать новые переодевания, все новые формы объективации, в которых творческие акты
человека будут претерпевать великие неудачи, будут продолжаться преступления истории.
Человек был признан
рабом бытия, которое его целиком детерминирует, он не свободен в отношении бытия, самая его свобода порождена бытием.
На отношения между Богом и
человеком перенесены были отношения между господином и
рабом, взятые из социальной жизни.
Когда говорили, что Бог есть господин, а
человек есть
раб, то мыслили социоморфично.
Объективированная природа с её детерминизмом мстила за своё кажущееся отрицание и делала
человека рабом, но психологически это носило иной характер, чем обыкновенная природная детерминация.
Но это делает
человека рабом.
Общество свободных
людей, не
рабов должно быть создано не по образу космоса, а по образу духа, т. е. не по образу иерархизма, а по образу персонализма, не по образу детерминации, а по образу свободы, не по образу господства силы и сильного, а по образу солидарности и милосердия.
В цивилизации есть яд, есть неправда, и она делает
человека рабом, мешает ему достигнуть целостности и полноты жизни.
Человек делается
рабом цивилизации.
Культурные
люди становятся
рабами литературы,
рабами последних слов в искусстве.
Человек превращает в идолы науку, искусства, все качества культуры, и это делает его
рабом.
Самое же главное, что
человек и в отношении к культуре и в отношении к технике должен быть господином, а не
рабом.
Последней истиной о рабстве
человека является то, что
человек есть
раб у самого себя.
Человек всегда является
рабом того, что находится как бы вне его, что отчуждено от него, но источник рабства внутренний.
Рабство
человека заключается не только в том, что внешняя сила порабощает его, но ещё глубже, в том, что он соглашается быть
рабом, что он по-рабски принимает действие порабощающей его силы.
Так, например, в тоталитарном государстве все
люди рабы.
Человек —
раб окружающего внешнего мира, потому что он
раб самого себя, своего эгоцентризма.
Человек бывает
рабом и своей возвышенной природы, и это гораздо важнее и беспокойнее.
Человек бывает
рабом своего рафинированного «я», очень отошедшего от «я» животного, он бывает
рабом своих высших идей, высших чувств, своих талантов.
Рабство
человека у самого себя, делающее его
рабом «не-я», всегда означает разорванность и раздробленность.
Человек всегда есть
раб «не-я» через «я», через состояние, в котором «я» находится.
Если государство и нация есть личность и к личности этой применяется иная, не человеческая мораль, то
человек не личность,
человек —
раб.
Человек, отличающийся военной храбростью, может проявлять самую постыдную гражданскую и моральную трусость И именно тоталитарные государства, которые стремятся к могуществу и требуют военной храбрости, не допускают моральной и гражданской храбрости и воспитывают трусов-рабов.
Человек делается
рабом, но без рабства он бы чувствовал себя ещё ниже стоящим.
Национализм есть самая распространенная в мире эмоция, наиболее человеческая, так как наиболее свойственная
человеку, и наиболее античеловеческая, наиболее делающая
человека рабом экстериоризированной силы.
Страстные эмоции национализма выбрасывают
человека на поверхность и потому делают
человека рабом объектности.
Отнимите от
человека собственность, передайте собственность обществу и государству, и
человек станет
рабом, утеряет всякую независимость.
Но собственность же может сделать
человека рабом,
рабом материального мира,
рабом объектов.
Человек не должен стать
рабом «хлеба», не должен за «хлеб» отдать свою свободу.
Эта точка зрения также безнравственна (хотя и не лицемерна), потому что она делает
человека рабом своей низшей природы и сталкивается с достоинством личности, как свободного духа.
Два процесса необходимы, когда ставится тема пола и любви-эроса: внешнее освобождение от гнета и рабства общества и авторитарного понимания семьи и внутренняя аскеза, без которой
человек делается
рабом самого себя и своей низшей природы.
Человек делается
рабом своих частичных состояний, овладевающих им эмоциональных чар.
Эстетическое прельщение делает
человека рабом космоса, ставит его вне логоса.