Если
человек стремится к свободе путем насилия, к любви путем ненависти, к братству путем раздора, к истине путем лжи, то возвышенная цель этого человека не может смягчить нравственно неблагоприятной его оценки.
Я даже думаю, что если бы
человек стремился к насилию путем свободы, к ненависти путем любви, к лжи путем правдивости, к раздору путем братства, то он нравственно оказался бы выше.
Неточные совпадения
И потому
человек так
стремится забыться, потерять сознание в экстазе, опьянении, если не высшего, то низшего порядка.
Человек восстал против этого преобладания логоса над материнским лоном и
стремится возвратиться к материнскому лону и соединиться с ним.
Как совершенно верно учит Адлер,
человек всегда
стремится себя компенсировать и, пережив чувство слабости и унижения, в чем-то другом получит преобладание.
Человек совсем не
стремится к счастью.
Человек бескорыстно
стремится к насилию, к власти, к преобладанию, к жестокости, к сладострастию и разрушает себя.
Ужас законнического морализма в том, что он
стремится сделать
человека автоматом добродетели.
Томисты и до сих пор еще утверждают психологию, согласно которой
человек всегда
стремится к счастью и блаженству.
Человек не должен считать себя правым, а других виновными, не должен
стремиться к тому, чтобы пережить состояние самооправданности.
Ибо
человек должен прежде всего
стремиться к преодолению рабства и к свободе.
И человеческая душа нисходит в грешный мир, разделяет судьбу мира и
людей,
стремится помочь братьям своим, отдает им духовную энергию, накопленную в движении души вверх, в стяжании духовной силы.
Если для осуществления нравственной жизни в чистом виде вы будете
стремиться к совершенному строю, в котором по-новому должна осуществиться совершенная свобода
человека, то вы сталкиваетесь с самой первоосновой человеческой свободы и можете подорвать и лишить всякого смысла нравственную жизнь
человека.
Человек должен быть свободен, и нужно
стремиться к освобождению
человека.
Человек, стремящийся к осуществлению какой-нибудь утопической идеи во что бы то ни стало, может быть бескорыстным и руководиться мотивами, которые признаются нравственными, — он
стремится к совершенной жизни, но он все же эгоцентрик и может стать нравственным идиотом, потерять различие между добром и злом.
В то время как любовь обращена на личность
человека, на образ Божий в нем и
стремится утвердить ее для вечности, похоть знает лишь себя, она эгоцентрична и не видит никакой реальности в мире.
Но в государстве
люди не только пресекают проявления своей злой воли, в государстве
люди осуществляют свои жизненные возможности, и государство
стремится поставить под свой знак всю полноту жизни, вплоть до жизни религиозной, до духовной культуры.
Люди вступают в брак вследствие непреодолимых влечений, потому что любят и влюблены, потому что
стремятся к соединению с любимым, близким, а иногда и вследствие интересов.
И потому
человек почитает себя принадлежащим к вечности и
стремится к вечности.
Да и
человек никогда не
стремится к счастью, он
стремится к предметным ценностям и благам, достижение которых уже может дать счастье.
И учение, и верования их разнятся: образованные
люди стремятся более к совершенствованию духа, но и они, как простолюдины, стараются «умерщвлять» плоть усиленными движениями и неистовыми плясками до изнеможения, и они, подобно им, убеждены, что во время исступления на них нисходит благодать, зато не верят в сказания о новых беспрерывных появлениях божества в человеческом образе.
Христианское сознание не допускает, чтобы
человек стремился к могуществу, к славе, к преобладанию над другими, к гордому величию.
Неточные совпадения
Чичиков тоже
устремился к окну. К крыльцу подходил лет сорока
человек, живой, смуглой наружности. На нем был триповый картуз. По обеим сторонам его, сняв шапки, шли двое нижнего сословия, — шли, разговаривая и о чем-то с <ним> толкуя. Один, казалось, был простой мужик; другой, в синей сибирке, какой-то заезжий кулак и пройдоха.
В этом
человеке есть что-то подозрительное, очень холодное, пристальный взгляд его кричащих глаз — взгляд соглядатая, который
стремится обнаружить скрытое.
Торжественно звонил соборный колокол, трещали пролетки извозчиков,
люди шагали быстро, говорили крикливо и необычно перепутались: рядом с горожанами, одетыми празднично, шла растрепанная мастеровщина, всюду сновали оборванные ребятишки,
стремясь как на пожар или на парад.
Вскрикивая, он черпал горстями воду, плескал ее в сторону Марины, в лицо свое и на седую голову.
Люди вставали с пола, поднимая друг друга за руки, под мышки, снова становились в круг, Захарий торопливо толкал их, устанавливал, кричал что-то и вдруг, закрыв лицо ладонями, бросился на пол, — в круг вошла Марина, и
люди снова бешено, с визгом, воем, стонами, завертелись, запрыгали, как бы
стремясь оторваться от пола.
Люди, выгибая спины, держась за головы, упирались ногами в землю, толкая друг друга, тихонько извинялись, но, покорствуя силе ветра, шагали все быстрей, точно
стремясь догнать улетающее пение: