Неточные совпадения
Этика есть завершающая
часть философии духа, в ней пожинаются плоды философского пути
жизни.
И если бы вся
жизнь человеческая могла превратиться в сплошной творческий акт, то времени больше не будет, не будет и будущего, как
части времени, будет движение вне времени, во вневременном бытии.
Но этой
жизни в себе, этой первожизни нет в значительной
части нашей законнической нравственной
жизни, как ее нет в физиологических процессах, в политике, в цивилизации.
Ее нет в тех нравственных актах и суждениях, которые определяются наслоениями социальной среды, наследственности, общественного мнения, партии и пр., т. е. нет в значительной
части нравственной
жизни.
Христианство учит о воскресении, о победе над смертью для всякой
жизни, для всего тварного мира, и этим оно бесконечно выше и могущественнее греческого учения о бессмертии, обрекающего значительную
часть мира на тление и смерть.
Дети года через три стыдятся своих игрушек, — пусть их, им хочется быть большими, они так быстро растут, меняются, они это видят по курточке и по страницам учебных книг; а, кажется, совершеннолетним можно бы было понять, что «ребячество» с двумя-тремя годами юности — самая полная, самая изящная, самая наша
часть жизни, да и чуть ли не самая важная, она незаметно определяет все будущее.
Гродгаузен, полуголландец и полурусский, приват-доцент Берлинского университета, проводящий большую
часть жизни в Париже, представлял рафинированный скепсис.
Его книга об Апокалипсисе, которую он писал большую
часть жизни и которой придавал особенное значение, — самое слабое из его произведений, очень устаревшее, и сейчас ее читать невозможно.
Тем не менее я имею полное право, по самым точным данным, утверждать, что господину Бурдовскому хотя, конечно, и была слишком хорошо известна эпоха его рождения, но совершенно не было известно обстоятельство этого пребывания Павлищева за границей, где господин Павлищев провел большую
часть жизни, возвращаясь в Россию всегда на малые сроки.
Неточные совпадения
Учителей у него было немного: большую
часть наук читал он сам. И надо сказать правду, что, без всяких педантских терминов, огромных воззрений и взглядов, которыми любят пощеголять молодые профессора, он умел в немногих словах передать самую душу науки, так что и малолетнему было очевидно, на что именно она ему нужна, наука. Он утверждал, что всего нужнее человеку наука
жизни, что, узнав ее, он узнает тогда сам, чем он должен заняться преимущественнее.
И трудолюбивая
жизнь, удаленная от шума городов и тех обольщений, которые от праздности выдумал, позабывши труд, человек, так сильно стала перед ним рисоваться, что он уже почти позабыл всю неприятность своего положения и, может быть, готов был даже возблагодарить провиденье за этот тяжелый <урок>, если только выпустят его и отдадут хотя
часть.
А в пансионах, как известно, три главные предмета составляют основу человеческих добродетелей: французский язык, необходимый для счастия семейственной
жизни, фортепьяно, для доставления приятных минут супругу, и, наконец, собственно хозяйственная
часть: вязание кошельков и других сюрпризов.
Ах! боже мой! неужли я из тех, // Которым цель всей
жизни — смех? // Мне весело, когда смешных встречаю, // А
чаще с ними я скучаю.
Нужно, чтобы он речами своими разодрал на
части мое сердце, чтобы горькая моя участь была еще горше, чтобы еще жалче было мне моей молодой
жизни, чтобы еще страшнее казалась мне смерть моя и чтобы еще больше, умирая, попрекала я тебя, свирепая судьба моя, и тебя — прости мое прегрешение, — Святая Божья Матерь!