Цитаты со словом «древний»

Область
поиска
Область
поиска
Философия теряет свое первородство и не имеет уже оправдательных документов о своем древнем происхождении.
Познание есть всегда победа над древним, изначальным страхом, ужасом.
Когда Клагес видит в возникновении сознания, интеллекта, духа декаданс жизни, болезнь, он, в сущности, выражает на языке науки и философии древнее сказание о грехопадении и утере рая, но натурализирует идею рая и думает, что он возможен в мире падшем.
И Ницше хотел бы преодолеть человека, вернуться к древнему полубогу, герою-сверхчеловеку.
Месть, самая древняя и исконная нравственная эмоция, общая у человека с животным миром, имеет родовой характер.
Проклятие рода преследовало древнего человека, и в нем чувствовалось преломление в природной языческой стихии проклятия первородного греха.
Древний человек ощущал первородный грех в грехе родовом, и в нем не пробуждалось еще сознание греха личного, отличного от греха первородного.
Но как ни преувеличивает он значение Эдипова комплекса, он все же прикасается в этой точке к какой-то древней истине.
Социологи бьются над разрешением проблемы древнего ужаса перед кровосмешением и разрешить ее не могут.
Веления рода и его запреты воспринимались древним человеком как веления Божества.
Миф об Эдипе имеет мировое значение, он отражает борьбу древних космических начал в человеке — материнства и отечества.
Бахофен и открыл древний матриархат.
Это есть миф, всегда ведь заключающий в себе глубокую реальность, о древней борьбе в человеке за преобладание солнечного мужского начала и женственного начала земли.
В современном человеке, которого наблюдает и изучает психология, есть не только современное сознание и современный строй души, в нем есть также древний архаический человек, есть дитя с инфантильными инстинктами, есть неврастеник и сумасшедший.
Душа человеческая терзается и болеет от атавистических, ложных нравственных идей, от деспотии общества, унаследованной от древних времен.
Нравственное сознание, через которое общество диктует свою волю индивидууму, сталкивается с глубокими и древними инстинктами человека, скрытыми в подсознательном.
Нравственное сознание, формулирующее законы и нормы, сталкивается не только с инстинктом, с подсознательным, с древней природой, но и с благодатью, с сверхсознанием, с божественным.
То, что было сознанием в жизни древних обществ, установленные законы, нормы, ограничения, делается потом подсознательным и существует как атавистический инстинкт.
Древние табу установлены социальным сознанием, которое также было сознанием религиозным и нравственным.
Этика закона, этика сознания, подавляющая подсознание и не знающая сверхсознания, есть порождение древнего аффекта страха в человеке, и мы, христиане, видим в ней последствие первородного греха.
Человек и человеческое, человеческая идея и человеческий образ имеют два истока в древнем мире, вечных истока — исток библейский и исток греческий.
Этика законническая имеет свои древние, глубокие корни в человеческом обществе, она восходит к первобытным кланам с их тотемистическими культами, к первобытному табу.
Но древний человек и древняя жизнь были безмерно таинственнее и загадочнее, чем это представляется антропологам и социологам.
Недопустимо переносить на древнее, первобытное человечество наши навыки мысли, нашу психологию, нашу картину мира.
Несомненно, какие-то древние знания, связанные с близостью к истокам бытия, были утеряны человеком впоследствии, и о них осталось у человека лишь воспоминание.
И, характеризуя первобытное нравственное сознание, мы не должны предрешать вопроса об истоках человечества, о древнем человеке.
Психопатология пролила больше света на древнего человека, чем социология.
Древний ужас, страх в значительной степени определял нравственную жизнь.
Древний человек очень ощущал власть умерших над жизнью, и этот ужас перед умершими, перед миром подземным был безмерно глубже беззаботности и легкости современного человека относительно мира умерших.
Замечательно, что древнее чувство мести, терзавшее мстителя, совсем не было инстинктом жестокости и кровожадности, порождением злобы и ненависти, оно было нравственным и религиозным долгом, нравственной эмоцией по преимуществу.
Но древняя этика мести составляет очень глубокий слой нравственных эмоций человека, и она действует и в современном человеке, прошедшем через христианство.
Древнее нравственное суждение не считало возможным оставить преступления без наказания, оно страшилось этого.
Родовая месть есть самый характерный нравственный феномен древнего человечества, и она остается в христианском человечестве, поскольку древняя природа в нем не просветлена и не преображена.
Древняя месть совсем не связана с личной виной.
Древнее насилие клана и рода над человеком, установившее неисчислимое количество табу, запретов и вызывающее страхи и ужасы, из нравственного закона, каким оно было в древние времена, переходит в атавистические инстинкты, с которыми должно бороться более высокое нравственное сознание.
Предрассудки, инерция и насилия каст, пережитки древнего общественного быта некогда были обузданием хаоса, установлением общественного космоса, но они превратились в инстинкты, мешающие свободному социальному устроению человечества.
Табу было основной категорией законнической и родовой этики, и это древнее табу сохранилось, когда личная совесть стала источником оценки.
Нет ничего более тяжелого в жизни, чем атавизм нравственных инстинктов, связанных с нравственными эмоциями древних эпох.
Древние евреи бунтовали, боролись с самим Богом (Иов, пророки, псалмы).
В древних книгах, в законах Ману, в Библии, в Талмуде, в Коране жизнь регулирована, подчинена закону, всюду страх нечистоты, запреты, табу, всюду перегородки и разделительные категории.
Если есть Бог, то трудно представить себе, чтобы он мог окончательно покинуть древний языческий мир, сотворивший столь много великого и прекрасного, и предоставить его себе.
Между тем как она есть самая древняя мораль человечества.
Инстинкт в нравственной жизни человека играет двоякую роль: он унаследован от древней природы, от человека архаического, в нем говорит древний ужас и страх, рабство и суеверие, жестокость и звериность, и в нем же есть напоминание о рае, о древней свободе, о древней силе человека, о древней связи его с космосом, о первобытной стихии жизни.
Так, напр., инстинкт мести, как говорилось уже, есть наследие древней социальной жизни, и он связан с законом.
Древние табу со всех сторон окружают человека, связывают его нравственную жизнь.
Трагедия Гамлета связана с древним верованием, считающим кровавую месть нравственным долгом.
И трагизм вырастал из того, что Гамлет был личностью, переросшей это древнее верование, и инстинкт мести не был у него целостным, он был человек раздвоенный, рефлектирующий и этим ослабленный, мышление уже приобрело слишком большую власть над его жизнью.
Христианство страшно усилило трагические противоречия жизни, ибо христианская вера вступает в конфликт с древними инстинктами человека, с древними верованиями, ставшими суевериями.
Христианскую правду так трудно исполнить в жизни, потому что она сталкивается не только с глубокими нашими инстинктами, сохраненными с древних времен, но и с ценностями, от которых нам трудно отказаться.
Древнее первобытное человечество было одержимо страхом, terror anticus, страхом перед хаосом и неведомыми силами природы, перед которыми человек был беспомощен, страхом перед духами, перед демонами, перед богами, перед магами, перед царями, которые были магами и обладали магической властью.
 

Выдержки из русской классики со словом «древний»

Пела древний киевский престол,
Поединок славила старинный,
Где Мстислав Редедю заколол
Перед всей касожскою дружиной,
И Роману Красному хвалу
Пела лебедь, падая во мглу.
Старуха вздохнула и замолчала. Ее скрипучий голос звучал так, как будто это роптали все забытые века, воплотившись в ее груди тенями воспоминаний. Море тихо вторило началу одной из древних легенд, которые, может быть, создались на его берегах.
Нашел, настиг, но прежня сила
Питомцу битвы изменила,
И Руси древний удалец
В пустыне свой нашел конец.
Они шли вовсе не в Киев, а к Мценску, к уездному городу Орловской губернии, в котором стоит древняя «камнесеченная» икона Св.
Действительность раздражала его, пугала, держала в постоянной тревоге, и, быть может, для того, чтобы оправдать эту свою робость, свое отвращение к настоящему, он всегда хвалил прошлое и то, чего никогда не было; и древние языки, которые он преподавал, были для него, в сущности, те же калоши и зонтик, куда он прятался от действительной жизни.
Смотреть все выдержки из русской классики со словом «древний»

Предложения со словом «древний»

Значение слова «древний»

  • ДРЕ́ВНИЙ, -яя, -ее; -вен, -вня, -вне. 1. Существующий издавна, сохранившийся от далекого прошлого; старинный. Древний обычай. Древняя рукопись. Древние памятники искусства. Древний боярский род. (Малый академический словарь, МАС)

    Все значения слова ДРЕВНИЙ

Афоризмы русских писателей со словом «древний»

Отправить комментарий

@
Смотрите также

Значение слова «древний»

ДРЕ́ВНИЙ, -яя, -ее; -вен, -вня, -вне. 1. Существующий издавна, сохранившийся от далекого прошлого; старинный. Древний обычай. Древняя рукопись. Древние памятники искусства. Древний боярский род.

Все значения слова «древний»

Предложения со словом «древний»

  • За это время история древних времён была полностью переделана.

  • О́дин, повелитель асов, метнул своё копьё, и начался такой бой, что стены древнего города богов рухнули и развалились в пыль.

  • Археолог находит вещи, принадлежавшие в своё время древним людям.

  • (все предложения)

Синонимы к слову «древний»

Ассоциации к слову «древний»

Что (кто) бывает «древним»

Морфология

Правописание

 
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я