Неточные совпадения
Это внутренняя
трагедия единой
человеческой судьбы, единого
человеческого духа, раскрывающегося лишь с разных сторон в различные моменты своего пути.
Он уже не только психолог, он — метафизик, он исследует до глубины
трагедию человеческого духа.
И мы увидим, что Достоевский обнаруживает внутреннюю порочность гуманизма, его бессилие разрешить
трагедию человеческой судьбы.
Все его романы —
трагедии — испытание
человеческой свободы.
Но на ангелоподобном образе Мышкина, которому многое
человеческое было чуждо, нельзя было остановиться как на выходе из
трагедии человека.
Свобода
человеческого духа предполагает свободу избрания, свободу добра и зла, а следовательно, и неизбежность страдания в жизни, иррациональность жизни,
трагедии жизни.
Возможны три решения вопроса о мировой гармонии, о рае, об окончательном торжестве добра: 1) гармония, рай, жизнь в добре без свободы избрания, без мировой
трагедии, без страдания и творческого труда; 2) гармония, рай, жизнь в добре на вершине земной истории, купленная ценой неисчисляемых страданий и слез всех обреченных на смерть
человеческих поколений, превращенных в средство для грядущих счастливцев; 3) гармония, рай, жизнь в добре, к которым приходит человек через свободу и страдание в плане, в который войдут все когда-либо жившие и страдавшие, т. е. в Царстве Божьем.
Экстатическая, дионисическая стихия, рождающая
трагедию, должна быть принята как первичная данность, как первооснова бытия, как атмосфера, в которой свершается наша
человеческая судьба.
Утопия хочет совершенной жизни, принудительного добра, рационализации
человеческой трагедии без действительного преображения человека и мира, без нового неба и новой земли.
Неточные совпадения
Это есть главная
трагедия истории,
трагедия свободы и необходимости,
человеческой судьбы и исторической судьбы.
Именно эта потенциальная абсолютность
человеческого творчества, которая не становится актуальной, и порождает его
трагедию, которой человек не испытывает, только погружаясь в самодовольство и духовную лень.
Ибо ныне
человеческая история есть существенно
трагедия, и такова она уже в своей основе.
Но я изначально сознал глубокую
трагедию человеческого творчества и его роковую неудачу в условиях мира.
Вместе с тем я раскрывал
трагедию человеческого творчества, которая заключается в том, что есть несоответствие между творческим замыслом и творческим продуктом; человек творит не новую жизнь, не новое бытие, а культурные продукты.