Неточные совпадения
Достоевский с гениальной чуткостью открывает, что беспокойное и мятежное русское скитальчество, странничество нашего
духа есть явление глубоко
национальное, явление русского народного
духа. «В Алеко Пушкин уже отыскал и гениально отметил несчастного скитальца в родной земле, исторического русского страдальца».
Национальная религиозная замкнутость и исключительность, отчужденность от западного христианства и резко отрицательное к нему отношение, особенно к миру католическому, — все это находится в явном противоречии со вселенским
духом христианства.
В русском народе нарушено должное отношение между мужским и женским началом, между
духом и душой. И это — источник всех болезней нашего религиозного и
национального сознания. С изумительной силой интуитивного проникновения изображена жуткая стихия русского народа в романе Андрея Белого «Серебряный голубь». Россия не Запад, но и не Восток. Она есть великий Востоко-Запад, встреча и взаимодействие восточных и западных начал. В этом сложность и загадочность России.
— Особенности
национального духа, община, свирели, соленые грибы, паюсная икра, блины, самовар, вся поэзия деревни и графское учение о мужицкой простоте — все это, Самгин, простофильство, — говорил Кутузов, глядя в окно через голову Клима.
Сверхнационализм, универсализм — такое же существенное свойство русского
национального духа, как и безгосударственность, анархизм.
Неточные совпадения
Русский
дух был окутан плотным покровом
национальной материи, он тонул в теплой и влажной плоти.
Национальный организм, всегда представляющий собой бытие партикуляристическое, а не универсальное, не вмещает в себе вселенского, всечеловеческого
духа, но имеет претензию быть всем и все поглощать.
Все народы, все страны проходят известную стадию развития и роста, они вооружаются орудиями техники научной и социальной, в которой самой по себе нет ничего индивидуального и
национального, ибо в конце концов индивидуален и национален лишь
дух жизни.
Национальные движения XIX века глубоко противоположны универсальному
духу средних веков, которыми владели идеи всемирной теократии и всемирной империи и которые не знали национализма.
Большое дело, совершенное Владимиром Соловьевым для русского сознания, нужно видеть прежде всего в его беспощадной критике церковного национализма, в его вечном призыве к вселенскому
духу Христову, к освобождению Христова
духа из плена у
национальной стихии, стихии натуралистической.