Неточные совпадения
Русская революционная
интеллигенция, которая претендует нести свет народу, никогда не была истинно просвещенной, образованной, культурной, она была полупросвещенной, ее сознание было задето лишь поверхностным просветительством.
Я говорю не о той
интеллигенции, которая бесстыдно эксплуатирует революционную стихию в свою пользу и на этом наживается, я говорю об
интеллигенции, которая создает и поддерживает
русскую культуру.
Но это наглядное обучение слишком дорого стоит, грядущие поколения призовут нас к ответу за слишком большие расходы по обучению
русской революционной
интеллигенции в элементарной школе.
Причины эти прежде всего в ложном направлении духа, в ложных идеях, которыми в течение многих десятилетий жила
русская революционная
интеллигенция и которыми она отравила народные массы.
Русская революционная
интеллигенция, которая пожинает плоды своей деятельности в направлении и характере
русской революции, которая и сама оказалась выброшенной за борт темными народными массами, слишком долго жила ложной верой, верой в идолов, а не в Бога живого, и душа была искажена этой ложью и этим идолопоклонством, была развращена и потеряла связь с духовными истинами жизни.
Самый революционный переворот был делом национальным, он совершен
русским народом как великим целым, он не был делом одной революционной
интеллигенции или рабочего класса, ему не предшествовало усиление революционно-социалистического движения.
Нравственному вырождению
русской революционной
интеллигенции и самой революции очень способствовало традиционное отождествление нравственного и доброго с «левым» и безнравственного и злого с «правым».
Русская идейная
интеллигенция, принадлежащая к разным лагерям, жила иллюзиями, вдохновлялась ложной верой и призрачными идеями.
Русская революционная
интеллигенция, вся изъеденная застарелыми болезнями, отравившая народ злобными нигилистическими чувствами и мыслями, начала кричать, что в «революционной демократии» раскрывается какая-то неслыханная и невиданная на Западе правда, брезжит свет с Востока.
Многое гениально прозревал он в природе
русского человека, в особенности в природе
русской революционной
интеллигенции.
Вся эта новая для
русской революционной
интеллигенции терминология означает лишь, что государственные младенцы наши проходят первоначальную школу и учатся по складам произносить слова: отечество, нация, государство.
Большевистская бацилла имеет превосходную культуру в крови
русской революционной
интеллигенции, это — лишь новая форма ее исконного социального максимализма, который есть лишь обратная сторона ее исконного религиозного нигилизма.
Теперь уже на веки веков
русская революционная
интеллигенция не вправе будет говорить, что рай на земле водворится, когда она будет у власти: она побывала у власти, и на земле водворился ад.
Русская левая
интеллигенция в своей массе всегда находилась в рабстве у мужицкого царства и идолопоклонствовала перед «народом».
По мере «развития» революции власть постепенно перешла к
русской революционной
интеллигенции, к
русским социалистам-революционерам и социал-демократам, т. е. к людям, которым и во сне никогда не снилось, что они могут быть у власти, все миросозерцание и вся психология которых отрицает самый принцип власти.
У
русской социалистической
интеллигенции не было ни одного чувства, ни одной мысли, которые подготовляли бы ее к власти.
Русская революционно-социалистическая
интеллигенция кристаллизовалась в особую расу, в особую породу людей, которую можно узнать даже по физическому облику, и раса эта не может господствовать.
Ответственность за несчастную судьбу России, за все зло
русской жизни привыкла
интеллигенция возлагать на «них», на власть, противополагаемую народу, но никогда на себя.
И нужно прямо сказать, что
русская революционная
интеллигенция есть, быть может, самое инертное и самое реакционное наследие, полученное новой Россией от России старой — она живет в старом, дышит старыми, отрицательными чувствами, она неспособна проникнуться творческой психологией.
Русская социалистическая
интеллигенция подверглась опасности быть сметенной ею же самой разнузданной народной стихией.
Революционная же демократия, которая есть революционная
интеллигенция, с
русской революцией кончает свою историю.
Русская социалистическая
интеллигенция у власти есть явление трагикомического бессилия.
История подстроила ловушку
русской социалистической
интеллигенции, и за экстатические мгновения силы и славы ей предстоит тяжелая расплата.
Для меня совершенно ясно, что пребывание у власти
русской революционной
интеллигенции и те эксперименты, которые она делает над несчастной Россией, есть ее конец, ее могила, есть демонстрация лжи ее основных идей и принципов.
Широкие круги радикальной и социалистической
интеллигенции в эти дни ужасает то, что торжествующий большевизм отдает
русскую культуру на погром и разграбление, что он отрицает литературу, отрицает духовный труд и выбрасывает за борт всю
интеллигенцию, весь культурный слой.
Меня любили отдельные люди, иногда даже восторгались мной, но мне всегда казалось, что меня не любило «общественное мнение», не любило светское общество, потом не любили марксисты, не любили широкие круги
русской интеллигенции, не любили политические деятели, не любили представители официальной академической философии и науки, не любили литературные круги, не любили церковные круги.
— Господа, я, пожалуй, готов с вами поехать… Не подумайте, однако, что меня убедили софизмы египетского фараона Рамзеса… Нет, просто мне жаль разбивать компанию… Но я ставлю одно условие: мы там выпьем, поврем, посмеемся и все прочее… но чтобы ничего больше, никакой грязи… Стыдно и обидно думать, что мы, цвет и краса
русской интеллигенции, раскиснем и пустим слюни от вида первой попавшейся юбки.
Неточные совпадения
— Да, царь — типичный
русский нигилист, интеллигент! И когда о нем говорят «последний царь», я думаю; это верно! Потому что у нас уже начался процесс смещения
интеллигенции. Она — отжила. Стране нужен другой тип, нужен религиозный волюнтарист, да! Вот именно: религиозный!
Связь с этой женщиной и раньше уже тяготила его, а за время войны Елена стала возбуждать в нем определенно враждебное чувство, — в ней проснулась трепетная жадность к деньгам, она участвовала в каких-то крупных спекуляциях, нервничала, говорила дерзости, капризничала и — что особенно возбуждало Самгина — все более резко обнаруживала презрительное отношение ко всему
русскому — к армии, правительству,
интеллигенции, к своей прислуге — и все чаще, в разных формах, выражала свою тревогу о судьбе Франции:
— Достоевский считал характернейшей особенностью
интеллигенции — и Толстого — неистовую, исступленную прямолинейность грузного, тяжелого
русского ума. Чепуха. Где она — прямолинейность? Там, где она есть, ее можно объяснить именно страхом. Испугались и — бегут прямо, «куда глаза глядят». Вот и все.
Очень характерно, что не только в
русской народной религиозности и у представителей старого
русского благочестия, но и у атеистической
интеллигенции, и у многих
русских писателей чувствуется все тот же трансцендентный дуализм, все то же признание ценности лишь сверхчеловеческого совершенства и недостаточная оценка совершенства человеческого.
Русская радикально-демократическая
интеллигенция, как слой кристаллизованный, духовно консервативна и чужда истинной свободе; она захвачена скорее идеей механического равенства, чем свободы.