Неточные совпадения
Трехчленное понимание человека как
существа духовного, душевного и телесного имеет вечный смысл и должно
быть удержано.
Человек
есть духовное
существо, в нем
есть духовная энергия, но у него нет объективной духовной природы, духовной субстанции, в противоположность душевной и телесной.
Дух
есть как бы дуновение Божье, проникающее в
существо человека и сообщающее ему высшее достоинство, высшее качество его существования, внутреннюю независимость и единство.
Живое
существо есть тело, заключающее в себе дух жизни.
Но провалом гегелевской философии духа
было непонимание внутреннего
существа личности, личной духовности, личного отношения человека и Бога.
С этим связана по
существу двойственная, но космическая роль техники, которая оборачивается против духа, хотя
есть создание духа.
Человек
есть целостное
существо, духовно-душевно-телесный организм.
Душа
есть сердцевина человеческого
существа, и дух должен
быть соединен с душою, сообщать ей высшие качества и смысл.
Но в восточном христианстве
есть особенное понимание сердца как центрального ядра человеческого
существа и его духовной жизни.
Именно отрезанность духовной жизни от полноты жизни и человеческого труда породила ложную, иллюзорную духовность. В некоторых формах оккультизма, теософизма, спиритизма мы видим такое иллюзорное, галлюцинаторное общение с духами и духовным миром. Это
есть результат нарушения целостности человеческого
существа.
Бог
есть личность, а не универсальное
существо.
У св. Серафима Саровского взгляды на западные вероисповедания, на политику, на культуру
были очень непросветленными, хотя сердечный центр его
существа был лучезарен.
Но в этой возвращенной ему природе не
будет уже духовности, человек
будет окончательно посюсторонним, самодовольным, материальным
существом.
Человек не согласится
быть окончательно объективированным
существом, выброшенным во внешний план.
Существо вполне довольное и счастливое в этом мире, не чувствительное к злу и страданию и не испытывающее страдания, совершенно бестрагическое, не
было бы уже духовным
существом и не
было бы человеком.
Чувствительность к злу мира и способность к страданию
есть один из признаков человека как
существа духовного.
Человек
есть двойственное
существо, в нем
есть божественный элемент и
есть злой титанический элемент, приковывающий его к материальному миру.
Не входя в решение вопроса об Экхарте по
существу, нужно признать, что это противоречие
есть столкновение языка теологии и языка мистики.
В крайних формах восточной аскезы, для которой человек и мир
есть сплошной грех, в кальвинизме с его пафосом могущества и славы Божьей и унижения человека как
существа безнадежно греховного, даже в бартианстве (Бог — все, человек — ничто) мы видим незаметный переход дуализма (трансцендентная бездна между человеком и Богом) в монизм, в пантеизм, основанный не на обоготворении человека и мира, а на унижении человека и мира.
Кто ведает из трепещущих от плети, им грозящей, что тот, во имя коего ему грозят, безгласным в придворной грамматике называется, что ему ни А… ни О… во всю жизнь свою сказать не удалося [См. рукописную «Придворную грамматику» Фонвизина.]; что он одолжен, и сказать стыдно кому, своим возвышением; что в душе своей он скареднейшее
есть существо; что обман, вероломство, предательство, блуд, отравление, татьство, грабеж, убивство не больше ему стоят, как выпить стакан воды; что ланиты его никогда от стыда не краснели, разве от гнева или пощечины; что он друг всякого придворного истопника и раб едва-едва при дворе нечто значащего.
Это
было существо доброе, умное, молчаливое, с теплым сердцем; но, бог знает отчего, от долгого ли житья в деревне, от других ли каких причин, у ней на дне души (если только есть дно у души) таилась рана, или, лучше сказать, сочилась ранка, которую ничем не можно было излечить, да и назвать ее ни она не умела, ни я не мог.
Ребенок, девочка с золотистыми длинными локонами и голыми ногами,
было существо совершенно чуждое отцу, в особенности потому, что оно было ведено совсем не так, как он хотел этого. Между супругами установилось обычное непонимание и даже нежелание понять друг друга и тихая, молчаливая, скрываемая от посторонних и умеряемая приличиями борьба, делавшая для него жизнь дома очень тяжелою. Так что семейная жизнь оказалась еще более «не то», чем служба и придворное назначение.
Неточные совпадения
Генерал жил генералом, хлебосольствовал, любил, чтобы соседи приезжали изъявлять ему почтенье; сам, разумеется, визитов не платил, говорил хрипло, читал книги и имел дочь,
существо невиданное, странное, которую скорей можно
было почесть каким-то фантастическим видением, чем женщиной.
А между тем в
существе своем Андрей Иванович
был не то доброе, не то дурное
существо, а просто — коптитель неба. Так как уже немало
есть на белом свете людей, коптящих небо, то почему же и Тентетникову не коптить его? Впрочем, вот в немногих словах весь журнал его дня, и пусть из него судит читатель сам, какой у него
был характер.
Никак бы нельзя
было сказать, чтобы в комнате сей обитало живое
существо, если бы не возвещал его пребыванье старый, поношенный колпак, лежавший на столе.
И, может
быть, я завтра умру!.. и не останется на земле ни одного
существа, которое бы поняло меня совершенно. Одни почитают меня хуже, другие лучше, чем я в самом деле… Одни скажут: он
был добрый малый, другие — мерзавец. И то и другое
будет ложно. После этого стоит ли труда жить? а все живешь — из любопытства: ожидаешь чего-то нового… Смешно и досадно!
Я не мог полагать, чтоб это
существо сбежало по отвесу берега; однако иначе ему некуда
было деваться.