Неточные совпадения
Погода нам не благоприятствовала. Все время моросило, на дорожке
стояли лужи, трава была мокрая, с деревьев падали редкие крупные капли.
В лесу
стояла удивительная
тишина. Точно все вымерло. Даже дятлы и те куда-то исчезли.
Кругом
в лесу и на поляне
стояла мертвящая
тишина, нарушаемая только однообразным жужжанием комаров. Такая
тишина как-то особенно гнетуще действует на душу. Невольно сам уходишь
в нее, подчиняешься ей, и, кажется, сил не хватило бы нарушить ее словом или каким-нибудь неосторожным движением.
В ней всегда
стоит мертвая
тишина, нарушаемая только однообразным свистом ветра по вершинам сухостоев.
Раньше всех проснулись бакланы. Они медленно, не торопясь, летели над морем куда-то
в одну сторону, вероятно, на корм. Над озером, заросшим травой, носились табуны уток.
В море, на земле и
в воздухе
стояла глубокая
тишина.
Действительно, перед закатом солнца птицы всегда проявляют особую живость, а теперь
в лесу
стояла мертвая
тишина. Точно по приказу, они все сразу куда-то спрятались.
Неточные совпадения
—
Стой,
стой! — прервал кошевой, дотоле стоявший, потупив глаза
в землю, как и все запорожцы, которые
в важных делах никогда не отдавались первому порыву, но молчали и между тем
в тишине совокупляли грозную силу негодования. —
Стой! и я скажу слово. А что ж вы — так бы и этак поколотил черт вашего батька! — что ж вы делали сами? Разве у вас сабель не было, что ли? Как же вы попустили такому беззаконию?
Полдень знойный; на небе ни облачка. Солнце
стоит неподвижно над головой и жжет траву. Воздух перестал струиться и висит без движения. Ни дерево, ни вода не шелохнутся; над деревней и полем лежит невозмутимая
тишина — все как будто вымерло. Звонко и далеко раздается человеческий голос
в пустоте.
В двадцати саженях слышно, как пролетит и прожужжит жук, да
в густой траве кто-то все храпит, как будто кто-нибудь завалился туда и спит сладким сном.
Вдруг, где-то
в отдалении, раздался протяжный, звенящий, почти стенящий звук, один из тех непонятных ночных звуков, которые возникают иногда среди глубокой
тишины, поднимаются,
стоят в воздухе и медленно разносятся, наконец, как бы замирая.
Варвара сидела на борту, заинтересованно разглядывая казака, рулевой добродушно улыбался, вертя колесом; он уже поставил баркас носом на мель и заботился, чтоб течение не сорвало его;
в машине ругались два голоса, стучали молотки, шипел и фыркал пар. На взморье, гладко отшлифованном солнцем и
тишиною, точно нарисованные,
стояли баржи, сновали, как жуки, мелкие суда, мухами по стеклу ползали лодки.
За окнами — осенняя тьма и такая
тишина, точно дом
стоит в поле, далеко за городом.