Неточные совпадения
— Моя тихонько ходи, —
говорил он. — Думай, какой
люди далеко сопках ходи? Посмотри — капитан есть, казак есть. Моя тогда прямо ходи.
Рассказывал про свои встречи с тиграми,
говорил о том, что стрелять их нельзя, потому что это боги, охраняющие женьшень от
человека,
говорил о злых духах, о наводнениях и т.д.
— Давно один
люди ходи, —
говорил Дерсу как бы про себя. —
Люди ходи кончай, дождь ходи. — И он стал высчитывать, когда был последний дождь.
Я не понял, про какого «
человека» он
говорил, и посмотрел на него недоумевающе.
Долго мне
говорил этот первобытный
человек о своем мировоззрении. Он видел живую силу в воде, видел ее тихое течение и слышал ее рев во время наводнений.
Я понял, что «
люди», о которых
говорил Дерсу, были пернатые.
Первый много
говорит, все зло критикует и с видом бывалого
человека гордо едет впереди отряда, едет до тех пор, пока не надоест ему безделье и пока погода благоприятствует.
Так, например, он
говорил, что есть
люди, которые умеют чувствовать присутствие золота в земле, к числу их он присоединял и себя.
Сна как не бывало. На биваке поднялся шум. Голоса
людей смешивались с лаем собак. Каждый старался рассказать, что он видел. Загурский
говорил, что видел кабана, а Туртыгин спорил и доказывал, что это был медведь. Собаки отбегали от костра, лаяли, но тотчас же возвращались обратно. Только перед рассветом они немного успокоились.
Когда мы окончили осмотр пещер, наступил уже вечер. В фанзе Че Фана зажгли огонь. Я хотел было ночевать на улице, но побоялся дождя. Че Фан отвел мне место у себя на кане. Мы долго с ним разговаривали. На мои вопросы он отвечал охотно, зря не болтал,
говорил искренно. Из этого разговора я вынес впечатление, что он действительно хороший, добрый
человек, и решил по возвращении в Хабаровск хлопотать о награждении его чем-нибудь за ту широкую помощь, какую он в свое время оказывал русским переселенцам.
— Моя недавно Тадушу пришел, —
говорил он. — Моя слыхал, 4 капитана и 12 солдат в Шимыне (пост Ольги) есть. Моя думай, надо туда ходи. Сегодня один
люди посмотри, тогда все понимай.
Он пошел снова вперед и долго еще
говорил мне о своих воззрениях на природу, где все было живым, как
люди.
— О, нет! — ответил Дерсу. — Его худо посмотри. Наша так
говори. Такой
люди, который никогда амба посмотри нету, — счастливый. Его всегда хорошо живи.
Дерсу считал их самыми «вредными
людьми» и
говорил...
Дерсу шел молча и смотрел на все равнодушно. Я восторгался пейзажами, а он рассматривал сломанный сучок на высоте кисти руки
человека, и по тому, куда прутик был нагнут, он знал о направлении, в котором шел
человек. По свежести излома он определял время, когда это произошло, угадывал обувь и т.д. Каждый раз, когда я не понимал чего-нибудь или высказывал сомнение, он
говорил мне...
Китайцы-проводники
говорили, что здесь с
людьми всегда происходит несчастье: то кто-нибудь сломает ногу, то кто-нибудь умрет и т.д. В подтверждение своих слов они указали на 2 могилы тех несчастливцев, которых преследовал злой рок на этом месте. Однако с нами ничего не случилось, и мы благополучно прошли мимо Проклятых скал.
— Моя не знаю, как по-русски
говори, — отвечал гольд. — Его мало-мало бог, мало-мало
люди, сопка постоянно живи, ветер могу гоняй, дерево ломай. Наша
говори — Каньгу.
Голод сильно мучил
людей. Тоскливо сидели казаки у огня, вздыхали и мало
говорили между собой. Я несколько раз принимался расспрашивать Дерсу о том, не заблудились ли мы, правильно ли мы идем. Но он сам был в этих местах первый раз, и все его соображения основывались лишь на догадках. Чтобы как-нибудь утолить голод, казаки легли раньше спать. Я тоже лег, но мне не спалось. Беспокойство и сомнения мучили меня всю ночь.
— Вредный
люди, —
говорил он, — мой такой не хочу посмотри. У него лица нету.
— Я не знаю этого, — сухо ответила Дуня, — я слышала только какую-то очень странную историю, что этот Филипп был какой-то ипохондрик, какой-то домашний философ,
люди говорили, «зачитался», и что удавился он более от насмешек, а не от побой господина Свидригайлова. А он при мне хорошо обходился с людьми, и люди его даже любили, хотя и действительно тоже винили его в смерти Филиппа.
Феклуша. Конечно, не мы, где нам заметить в суете-то! А вот умные люди замечают, что у нас и время-то короче становится. Бывало, лето и зима-то тянутся-тянутся, не дождешься, когда кончатся; а нынче и не увидишь, как пролетят. Дни-то, и часы все те же как будто остались; а время-то, за наши грехи, все короче и короче делается. Вот что умные-то
люди говорят.
Неточные совпадения
Вообще
говоря, он любил первенствовать, любил фимиам, любил блеснуть и похвастаться умом, любил знать то, чего другие не знают, и не любил тех
людей, которые знают что-нибудь такое, чего он не знает.
Купец, который на рысаке был помешан, улыбался на это с особенною, как говорится, охотою и, поглаживая бороду,
говорил: «Попробуем, Алексей Иванович!» Даже все сидельцы [Сиделец — приказчик, продавец в лавке.] обыкновенно в это время, снявши шапки, с удовольствием посматривали друг на друга и как будто бы хотели сказать: «Алексей Иванович хороший
человек!» Словом, он успел приобресть совершенную народность, и мнение купцов было такое, что Алексей Иванович «хоть оно и возьмет, но зато уж никак тебя не выдаст».
— В том-то и дело, что есть. Зять делал выправки:
говорит, будто и след простыл, но ведь он
человек военный: мастер притопывать шпорой, а если бы похлопотать по судам…
— Но знаете ли, что такого рода покупки, я это
говорю между нами, по дружбе, не всегда позволительны, и расскажи я или кто иной — такому
человеку не будет никакой доверенности относительно контрактов или вступления в какие-нибудь выгодные обязательства.
Губернатор об нем изъяснился, что он благонамеренный
человек; прокурор — что он дельный
человек; жандармский полковник
говорил, что он ученый
человек; председатель палаты — что он знающий и почтенный
человек; полицеймейстер — что он почтенный и любезный
человек; жена полицеймейстера — что он любезнейший и обходительнейший
человек.