Неточные совпадения
В моей книге читатель найдет картины из природы страны и ее
населения. Многое из этого уже в прошлом и приобрело интерес исторический. За последние двадцать лет Уссурийский край сильно изменился.
Ночевка около деревни Ляличи. — Море травы. — Осенний перелет птиц. — Стрельба Дерсу. — Село Халкидон. — Живая вода и живой огонь. — Пернатое
население болот. — Теневой сегмент земли. — Тяжелое состояние после сна. — Перемена погоды
Население этих болотистых степей главным образом пернатое.
Раньше я думал, что это от лени, но потом убедился, что такое обеднение тазов происходит от других причин — именно от того положения, в котором они очутились среди китайского
населения.
До сумерек было еще далеко. Я взял свою винтовку и пошел осматривать окрестности. Отойдя от бивака с километр, я сел на пень и стал слушать. В часы сумерек пернатое
население тайги всегда выказывает больше жизни, чем днем. Мелкие птицы взбирались на верхушки деревьев, чтобы взглянуть оттуда на угасающее светило и послать ему последнее прости.
Теперь ущелье превратилось в узкую долину, которую местное манзовское
население называет Синь-Квандагоу [Син-гуань-да-гоу — пыльная, большая, голая долина.].
У местного манзовского
населения сильно развито внимание к путнику. Всякий прохожий может бесплатно прожить в чужой фанзе 3 суток, но если он останется дольше, то должен работать или уплачивать деньги за харчи по общей раскладке.
Да и теперь еще
население его, в ожидании лучших дней, перебивается с хлеба на квас.
Река Тадушу. — Тапоуза. — Происхождение названия Тадушу. — Низовье реки. — Притоки. — Фанза Сиян. — Рассказы старика маньчжура. —
Население. — Сумерки и ненастье. — Бивак незнакомца. — Встреча. — Ночная беседа. — Речные террасы. — Лудевая фанза. — Истоки Тадушу. — Сихотэ-Алинь. — Перевал Венюкова. — Река Ли-Фудзин и река Дунбейца
Далее он говорил о какой-то страшной болезни, которая уничтожила почти все оставшееся после войны
население.
Большая часть инородческого
населения Южноуссурийского края, в том числе и на Тадушу, именно такие нечистокровные тазы.
Здесь проходит та самая тропа, которой местное манзовское
население пользуется для сообщения с рекой Ното.
Бухта Терней. — Птицы на берегу моря. —
Население реки Санхобе. — Река Сица. — Сихотэ-Алинь. — Да-Лазагоу. — Изучение следов. — Заноза. — Нарыв на подошве. — Лесной пожар. — Операция. — Возвращение. — Драмы на берегу моря
Население Санхобе смешанное и состоит из китайцев и тазов. Первые живут ближе к морю, вторые дальше — в горах.
Как и везде, местное туземное
население находилось в полном порабощении.
В 2 км от устья ее с правой стороны издавна живут удэгейцы. Стойбище их состоит из 4 фанз. В 1906 году их тут было только 15 человек обоего пола. В одном переходе от Арму, ниже по Иману, есть другое удэгейское стойбище, Лаолю, с
населением в восемь человек. Лаолю представляет собой поляну с правой стороны реки длиной 4 км и шириной 1,5 км.
Все иманские китайцы хорошо вооружены и живут очень зажиточно. Они относились к нам крайне враждебно. На мои вопросы о дороге и о численности
населения они отвечали грубо: «Бу чжи дао» (не знаю), а некоторые говорили прямо: «Знаю, да не сказу ».
Чем ближе мы приближались к железной дороге, тем хуже относилось к нам
население. Одежда наша изорвалась, обувь износилась, крестьяне смотрели на нас как на бродяг.
Неточные совпадения
Близость Сенной, обилие известных заведений и, по преимуществу, цеховое и ремесленное
население, скученное в этих серединных петербургских улицах и переулках, пестрили иногда общую панораму такими субъектами, что странно было бы и удивляться при встрече с иною фигурой.
Какая же прибыль, что из пустыни соделал селитьбы, если другие
населения тем сделал пустыми?
Хотя он и должен был признать, что в восточной, самой большой части России рента еще нуль, что заработная плата выражается для девяти десятых восьмидесятимиллионного русского
населения только пропитанием самих себя и что капитал еще не существует иначе, как в виде самых первобытных орудий, но он только с этой точки зрения рассматривал всякого рабочего, хотя во многом и не соглашался с экономистами и имел свою новую теорию о заработной плате, которую он и изложил Левину.
Либеральная партия говорила или, лучше, подразумевала, что религия есть только узда для варварской части
населения, и действительно, Степан Аркадьич не мог вынести без боли в ногах даже короткого молебна и не мог понять, к чему все эти страшные и высокопарные слова о том свете, когда и на этом жить было бы очень весело.
— Я никогда не разумел, — сказал он за супом, обращаясь к Алексею Александровичу, — одну густоту
населения, но в соединении с основами, а не с принципами.