Неточные совпадения
Около устья Билимбе по воздуху с быстротой
молнии носились какие-то
темные длиннокрылые птички, похожие на ласточек.
Явление грозы со снегом было так ново и необычно, что все с любопытством посматривали на небо, но небо было
темное, и только при вспышках
молнии можно было рассмотреть тяжелые тучи, двигавшиеся в юго-западном направлении.
Неточные совпадения
Уже совсем
стемнело, и на юге, куда он смотрел, не было туч. Тучи стояли с противной стороны. Оттуда вспыхивала
молния, и слышался дальний гром. Левин прислушивался к равномерно падающим с лип в саду каплям и смотрел на знакомый ему треугольник звезд и на проходящий в середине его млечный путь с его разветвлением. При каждой вспышке
молнии не только млечный путь, но и яркие звезды исчезали, но, как только потухала
молния, опять, как будто брошенные какой-то меткой рукой, появлялись на тех же местах.
Ночь
темная, ни зги не видно, только
молния вдруг обливала нестерпимым блеском весь залив и горы.
Слева сад ограждала стена конюшен полковника Овсянникова, справа — постройки Бетленга; в глубине он соприкасался с усадьбой молочницы Петровны, бабы толстой, красной, шумной, похожей на колокол; ее домик, осевший в землю,
темный и ветхий, хорошо покрытый мхом, добродушно смотрел двумя окнами в поле, исковырянное глубокими оврагами, с тяжелой синей тучей леса вдали; по полю целый день двигались, бегали солдаты, — в косых лучах осеннего солнца сверкали белые
молнии штыков.
Проходя мимо открытого окна, Фленушка заглянула в него… Как в
темную ночь сверкнет на один миг
молния, а потом все, и небо, и земля, погрузится в непроглядный мрак, так неуловимым пламенем вспыхнули глаза у Фленушки, когда она посмотрела в окно… Миг один — и, подсевши к столу, стала она холодна и степенна, и никто из девиц не заметил мимолетного ее оживления. Дума, крепкая, мрачная дума легла на высоком челе, мерно и трепетно грудь поднималась. Молчала Фленушка.
И эти люди, и тени вокруг костра, и
темные тюки, и далекая
молния, каждую минуту сверкавшая вдали, — все теперь представлялось ему нелюдимым и страшным.