Неточные совпадения
Залив Рында находится под 44° 41'
с. ш. и 136° 31' в. д. от Гринвича и состоит из двух заливов: северного, именуемого Джигитом, и южного — Пластун. Оба они открыты со стороны моря и потому во время непогоды не всегда дают судам защиту. Наибольшая глубина их равна 25–28 м. Горный хребет, разделяющий оба упомянутых залива, состоит из кварцевого порфира и порфирита
с включением вулканического стекла. Чем ближе к морю, тем
горы становятся ниже и на самом берегу представляются холмами высотой от 400 до 580 м.
Они тщательно скрывали цели своего приезда, прятались в
горах и нарочно распускали самые нелепые слухи, лишь бы сбить
с толку своих конкурентов.
В нижнем течении река Иодзыхе принимает в себя три небольших притока: справа — Сяо-Иодзыхе длиной 19 км и слева — Дунгоу,
с которой мы познакомились уже в прошлом году, и Литянгоу, по которой надлежало теперь идти А.И. Мерзлякову. Река Сяо-Иодзыхе очень живописная. Узенькая, извилистая долинка обставлена по краям сравнительно высокими
горами. По словам китайцев, в вершине ее есть мощные жилы серебросвинцовой руды и медного колчедана.
В верховьях Литянгоу есть китайская зверовая фанза. От нее тропа поворачивает налево в
горы и идет на Иман. Подъем на перевал Хунтами
с южной стороны затруднителен; в истоках долина становится очень узкой и завалена камнями и буреломным лесом.
Кулему, длиной 40 км, течет
с запада и имеет истоки в
горах Сихотэ-Алиня, а Ханьдахеза — 20 км; по последней можно выйти на реку Сицу (приток Санхобе), где в прошлом году меня застал лесной пожар.
Выбрав один из них, мы стали взбираться на хребет. По наблюдениям Дерсу, дождь должен быть затяжным. Тучи низко ползли над землей и наполовину окутывали
горы. Следовательно, на вершине хребта мы увидели бы только то, что было в непосредственной от нас близости. К тому же взятые
с собой запасы продовольствия подходили к концу. Это принудило нас на другой день спуститься в долину.
Не успели мы отойти от бивака на такое расстояние,
с которого в тихую погоду слышен ружейный выстрел, как дождь сразу прекратился, выглянуло солнце, и тогда все кругом приняло ликующий вид, только мутная вода в реке, прибитая к земле трава и клочья тумана в
горах указывали на недавнее ненастье.
Река Дунгоу. — Непогода. — Медведь, добывающий мед. — Встреча
с Чжан Бао. — Река Бея. — Зоогеографическая граница горалов. — Река Кудяхе. — Фанза Дун-Тавайза. — Реки Фату и Адимил. — Осыпи в
горах. — Мелкие речки, текущие в море. — Береговая тропа. — Дикая кошка. — Нападение жуков.
В то время когда мы сидели у костра и пили чай, из-за
горы вдруг показался орлан белохвостый. Описав большой круг, он ловко,
с налета, уселся на сухоствольной лиственнице и стал оглядываться. Захаров выстрелил в него и промахнулся. Испуганная птица торопливо снялась
с места и полетела к лесу.
Следуя за рекой, тропа уклоняется на восток, но не доходит до истоков, а поворачивает опять на север и взбирается на перевал Кудя-Лин [Гу-цзя-лин — первая (или хребет) семьи Гу.], высота которого определяется в 260 м. Подъем на него
с юга и спуск на противоположную сторону — крутые. Куполообразную
гору с левой стороны перевала китайцы называют Цзун-ган-шань [Цзунь-гань-шань —
гора, от которой отходят главные дороги.]. Она состоит главным образом из авгитового андезита.
От моря Кудя-хе отделяется высокими скалистыми
горами, покрытыми
с подветренной стороны хвойным лесом.
Река Фату (по-удэгейски Фарту) впадает в Санхобе
с левой стороны, в однодневном пути от устья, и течет
с северо-востока параллельно берегу моря. Горный хребет, отделяющий бассейн ее от речек, текущих непосредственно в море, имеет в среднем высоту 600 м. Следующая большая река, которая берет начало
с Сихотэ-Алиня, будет Билимбе, впадающая в море около
горы Железняк, немного южнее мыса Шанца.
Сильный порывистый ветер клубами гнал
с моря туман. Точно гигантские волны, катился он по земле и смешивался в
горах с дождевыми тучами.
Немало трудностей доставил нам переход по затопленному лесу. В наносной илистой почве мулы вязли, падали и выбивались из сил. Только к сумеркам нам удалось подойти к
горам с правой стороны долины. Вьючные животные страшно измучились, но еще больше устали люди. К усталости присоединился озноб, и мы долго не могли согреться.
Мелкие речки, текущие в море. — Кости оленей. — Комета. — Что такое солнце? — Река Конор. — Староверы. — Непогода. — Река Сакхома. — Недоразумение
с условными знаками. — Река Угрюмая. — Жаренье мяса в земле. —
Горы в истоках реки Горелой. — Звезды. — Суеверие дикаря и образованного человека. — Красные волки. — Возвращение.
Ночью, перед рассветом, меня разбудил караульный и доложил, что на небе видна «звезда
с хвостом». Спать мне не хотелось, и потому я охотно оделся и вышел из палатки. Чуть светало. Ночной туман исчез, и только на вершине
горы Железняк держалось белое облачко. Прилив был в полном разгаре. Вода в море поднялась и затопила значительную часть берега. До восхода солнца было еще далеко, но звезды стали уже меркнуть. На востоке, низко над горизонтом, была видна комета. Она имела длинный хвост.
Староверы Бортниковы жили зажиточно, повинностей государственных не несли, земли распахивали мало, занимались рыболовством и соболеванием и на свое пребывание здесь смотрели как на временное. Они не хотели, чтобы мы шли в
горы, и неохотно делились
с нами сведениями об окрестностях.
Река Сакхома около устья шириной 6–8 и глубиной не более 1–1,5 м. Немного выше того места, где она соединяется
с рекой Горелой, долина суживается.
С правой стороны поднимаются высокие
горы, поросшие густым смешанным лесом, а слева тянутся размытые террасы
с лиственным редколесьем.
С этих
гор берут начало и другие реки.
Окрестные
горы состоят из метаморфизированных базальтов, авгитового андезита и туфов и имеют вид размытых невысоких холмов
с пологими скатами.
В
горах с правой стороны реки, против фанзы Сиу Фу, китайцы мыли золото, но бросили это дело вследствие того, что добыча драгоценного металла не оправдывала затрачиваемых на нее усилий.
От устья Илимо Такема поворачивает на север и идет в этом направлении 6 или 7 км. Она все время придерживается правой стороны долины и протекает у подножия
гор, покрытых осыпями и почти совершенно лишенных растительности.
Горы эти состоят из глинисто-кремнистых сланцев и гранитного порфира.
С левой стороны реки тянется широкая полоса земли, свободная от леса. Здесь можно видеть хорошо сохранившиеся двойные террасы. Деревья, разбросанные в одиночку и небольшими группами, придают им живописный вид.
От реки Цимухе Такема делает крутой поворот на запад и проходит по ущелью между
гор, состоящих из полевошпатового порфира
с включениями хлорита;
с правой стороны наблюдаются обнажения фальзитов и кварцевого порфира
с эпидотом.
Между притоками ее, Хумо, Сяо-Кунчи и Такунчи, от
гор в долину выдвигаются отроги, которые ближе к реке переходят в высокие речные террасы
с массивным основанием, состоящим из кварцевого порфира и витрофирового липарита.
Горная страна
с птичьего полета! Какая красота! Куда ни глянешь — всюду
горы, вершины их, то остроконечные, как петушиные гребни, то ровные, как плато, то куполообразные, словно морская зыбь, прятались друг за друга, уходили вдаль и как будто растворялись во мгле.
Дальше мы по нему не пошли и начали спуск в долину реки Сицы.
С большой
горы всегда надо спускаться осторожно, не торопясь, иногда останавливаться.
От Такемы на север идут два пути: один —
горами, вдали от моря, другой — по намывной полосе прибоя. А.И. Мерзляков
с лошадьми пошел первым, а я — вторым.
После Такемы в последовательном порядке идут горные речки: Коами (по-удэгейски Агана, а на морских картах — Лоаенгоу), потом около мыса Большева будет речка Шооми (по-китайски Сеами, по-удэгейски Соми). Долины их близ моря слились вместе и образовали обширную низину, покрытую редколесьем. Шооми длиной 12 км. Истоки ее находятся около
горы Туманной
с перевалом на реку Такему, к местности Илимо.
Долина последней речки непропорционально широка, в особенности в верхней части.
Горы с левой стороны так размыты, что можно совершенно незаметно перейти в соседнюю
с ней реку Кулумбе. Здесь я наблюдал такие же каменные россыпи, как и на реке Аохобе. Воронки среди них, диаметром около 2 м и глубиной 1,5 м, служат водоприемниками. Через них вода уходит в землю и вновь появляется на поверхности около устья.
Осмотр реки Шооми отнял довольно много времени. После полудня мы повернули назад, к морю, и направились к
горам, расположенным
с левой стороны долины. Удэгейцы называют их Саха-дуони и Канда-дуони (мыс Черта Канда). Каждая из них высотой около 240 м.
Сейчас же за скалой течет маленький ключ Дзалянкуни (на картах — Талянкуни), рядом
с ним
гора Уонгу и затем две речки: Момокчи и Асектани (на картах — Остегни). От устья Кулумбе до Асектани — 10 км.
27 сентября было посвящено осмотру реки Найны, почему-то названной на морских картах Яходеи-Санка. Река эта длиной 20 км; истоки ее находятся в
горах Карту, о которых будет сказано ниже. Сначала Найна течет
с севера на юг, потом поворачивает к юго-востоку и последние 10 км течет к морю в широтном направлении. В углу, где река делает поворот, находится зверовая фанза. Отсюда прямо на запад идет та тропа, по которой прошел А.И. Мерзляков со своим отрядом.
Дерсу стал вспоминать дни своего детства, когда, кроме гольдов и удэге, других людей не было вовсе. Но вот появились китайцы, а за ними — русские. Жить становилось
с каждым годом все труднее и труднее. Потом пришли корейцы. Леса начали
гореть; соболь отдалился, и всякого другого зверя стало меньше. А теперь на берегу моря появились еще и японцы. Как дальше жить?
По выходе из
гор течение реки Квандагоу становится тихим и спокойным. Река блуждает от одного края долины к другому, рано начинает разбиваться на пороги и соединяется
с рекой Амагу почти у самого моря.
Следующие три дня были дневки. Мы отдыхали и собирались
с силами. Каждый день я ходил к морю и осматривал ближайшие окрестности. Река Амагу (по-удэгейски Амули, а по-китайски Амагоу) образуется из слияния трех рек: самой Амагу, Квандагоу, по которой мы прошли, и Кудя-хе, впадающей в Амагу тоже
с правой стороны, немного выше Квандагоу. Поэтому когда смотришь со стороны моря, то невольно принимаешь Кудя-хе за главную реку, которая на самом деле течет
с севера, и потому долины ее из-за
гор не видно.
Кудя-хе — быстрая и порожистая речка длиною около 20 км. Она протекает по широкой долине и тоже берет начало
с хребта Карту. Верхняя часть долины покрыта горелым сухостоем. Вновь появившийся молодняк состоит главным образом из осины, лиственницы и белой березы; ближе к морю, в
горах, преобладают хвойные породы.
По наблюдениям староверов, если на западе в
горах небо чистое — погода будет тихая, но если
с утра там поднимаются кучевые облака — это верный признак сильного северо-западного ветра.
Староверы говорили мне, что обе упомянутые реки очень порожисты и в
горах много осыпей. Они советовали оставить мулов у них в деревне и идти пешком
с котомками. Тогда я решил отправиться в поход только
с Дерсу.
Река Амагу длиной около 50 км. Начало она берет
с хребта Карту и огибает его
с западной стороны. Амагу течет сначала на северо-восток, потом принимает широтное направление и только вблизи моря немного склоняется к югу. Из притоков ее следует указать только Дунанцу длиною 19 км. По ней можно перевалить на реку Кусун. Вся долина Амагу и окаймляющие ее
горы покрыты густым хвойно-смешанным лесом строевого и поделочного характера.
Случай
с тигром. — Запретное место. — Дерсу и ворона. — Верховья реки Амагу. — Водопад. — Жертвоприношение. — Хребет Карту. — Брусника. — Ночлег в
горах. — Спуск в долину реки Кулумбе. — Забота о животных.
Удивительные птицы вороны: как скоро они узнают, где есть мясо! Едва солнечные лучи позолотили вершины
гор, как несколько их появилось уже около нашего бивака. Они громко перекликались между собой и перелетали
с одного дерева на другое. Одна из ворон села очень близко от нас и стала каркать.
Хребет Карту
с восточной стороны очень крут,
с западной — пологий. Здесь можно наблюдать, как происходит разрушение
гор. Сверху все время сыплются мелкие камни; они постепенно засыпают долины, погребая под собой участки плодородной земли и молодую растительность. Таковы результаты лесных пожаров.
Ближе к
горам, на местах открытых, приютились: даурский шиповник, обыкновенная рябина, а около нее — каменная полынь
с листвой, расположенной у основания стебля.
По сторонам высились крутые
горы, они обрывались в долину утесами. Обходить их было нельзя. Это отняло бы у нас много времени и затянуло бы путь лишних дня на четыре, что при ограниченности наших запасов продовольствия было совершенно нежелательно. Мы
с Дерсу решили идти напрямик в надежде, что за утесами будет открытая долина. Вскоре нам пришлось убедиться в противном: впереди опять были скалы, и опять пришлось переходить
с одного берега на другой.
Точно сговорившись, мы сделали в воздух два выстрела, затем бросились к огню и стали бросать в него водоросли. От костра поднялся белый дым. «Грозный» издал несколько пронзительных свистков и повернул в нашу сторону. Нас заметили… Сразу точно
гора свалилась
с плеч. Мы оба повеселели.
Оказалось, что он, возвращаясь
с Шантарских островов, зашел на Амагу и здесь узнал от А.И. Мерзлякова, что я ушел в
горы и должен выйти к морю где-нибудь около реки Кулумбе.
Километрах в 10 от реки Соен тропа оставляет берег и через небольшой перевал, состоящий из роговообманкового андезита, выходит к реке Витухэ — первому правому притоку Кусуна. Она течет в направлении
с юго-запада на северо-восток и по пути принимает в себя один только безымянный ключик. Окрестные
горы покрыты березняком, порослью дуба и сибирской пихтой.
Левый, возвышенный, террасообразный берег реки имеет высоту около 30 м и состоит из белой глины, в массе которой можно усмотреть блестки колчедана. Где-то в
горах удэгейцы добывают довольно крупные куски обсидиана. Растительность в низовьях Кусуна довольно невзрачная и однообразная. Около реки, на островах и по сухим протокам, — густые заросли тальников, имеющих вид высоких пирамидальных тополей,
с ветвями, поднимающимися кверху чуть ли не от самого корня. Среди них попадается осина, немало ольхи.
24-го числа мы дошли до реки Бали, а 25-го стали подходить к водоразделу.
Горы утратили свои резкие очертания. Места их заняли невысокие сопки
с пологими склонами.
Он развел еще один огонь и спрятался за изгородь. Я взглянул на Дерсу. Он был смущен, удивлен и даже испуган: черт на скале, бросивший камни, гроза со снегом и обвал в
горах — все это перемешалось у него в голове и, казалось, имело связь друг
с другом.