Неточные совпадения
Залив Рында находится под 44° 41' с. ш. и 136° 31' в. д. от Гринвича и состоит из двух заливов:
северного, именуемого Джигитом, и южного — Пластун. Оба они открыты со стороны моря и потому во время непогоды не всегда дают судам защиту. Наибольшая глубина их равна 25–28 м. Горный хребет, разделяющий оба упомянутых залива, состоит из кварцевого порфира и порфирита с включением вулканического стекла. Чем ближе к морю, тем горы становятся ниже и на самом
берегу представляются холмами высотой от 400 до 580 м.
Небольшая речка Бея [Бэй-я —
северное разветвление.] (по-удэгейски Иеля), по которой я пошел от бухты Терней, впадает в Санхобе в 2 км от устья. Она длиной около 12 км и течет по заболоченной долине, расположенной параллельно
берегу моря. С правой стороны ее тянутся пологие увалы, с левой — скалистые сопки, состоящие из кварцевого порфира, диабаза и диорита.
По
берегам Уссурийского края нерпы встречаются повсеместно, но чем
севернее, тем больше, что объясняется безлюдностью побережья.
Северной границей его распространения в бассейне Уссури можно считать реку Иман и на
берегу моря реку Амагу (мыс Арка).
С правой стороны на значительном протяжении тянется высокий, террасообразный
берег, похожий на плоскогорье и известный у китайцев под названием Лао-бей-лаза [Лао-бей-ла-цзы — старая
северная скала.].
Россия, уничтожив последнее татарское царство, вместе с тем приобрела весь
северный берег Черного моря, откуда неприятельские корабли при первом удобном случае могли появиться под стенами Константинополя.
И вот тут-то, в отдалении, у самого
северного берега жил одиноко, в просторной пещере, темнолицый мемфит, по имени Пеох.
На другой день Екатерина посетила порт и ездила за двадцать верст в море, где флот произвел в глазах ее учение с пальбою и разные эволюции, окончившиеся примерным нападением на деревянную крепостицу, нарочно для этого устроенную на
северном берегу рейда.
Неточные совпадения
Вы знаете, что были и есть люди, которые подходили близко к полюсам, обошли
берега Ледовитого моря и
Северной Америки, проникали в безлюдные места, питаясь иногда бульоном из голенища своих сапог, дрались с зверями, с стихиями, — все это герои, которых имена мы знаем наизусть и будет знать потомство, печатаем книги о них, рисуем с них портреты и делаем бюсты.
Я писал вам, как мы, гонимые бурным ветром, дрожа от
северного холода, пробежали мимо
берегов Европы, как в первый раз пал на нас у подошвы гор Мадеры ласковый луч солнца и, после угрюмого, серо-свинцового неба и такого же моря, заплескали голубые волны, засияли синие небеса, как мы жадно бросились к
берегу погреться горячим дыханием земли, как упивались за версту повеявшим с
берега благоуханием цветов.
Небо и море серые. А ведь это уж испанское небо! Мы были в 30-х градусах ‹
северной› широты. Мы так были заняты, что и не заметили, как миновали Францию, а теперь огибали Испанию и Португалию. Я, от нечего делать, любил уноситься мысленно на
берега, мимо которых мы шли и которых не видали.
Вчера и сегодня, 20-го и 21-го, мы шли верстах в двух от Корейского полуострова; в 36˚ ‹
северной› широты. На юте делали опись ему, а смотреть нечего: все пустынные
берега, кое-где покрытые скудной травой и деревьями. Видны изредка деревни: там такие же хижины и так же жмутся в тесную кучу, как на Гамильтоне. Кое-где по
берегу бродят жители. На море много лодок, должно быть рыбацкие.
Вообще весь рейд усеян мелями и рифами. Беда входить на него без хороших карт! а тут одна только карта и есть порядочная — Бичи. Через час катер наш, чуть-чуть задевая килем за каменья обмелевшей при отливе пристани, уперся в глинистый
берег. Мы выскочили из шлюпки и очутились — в саду не в саду и не в лесу, а в каком-то парке, под непроницаемым сводом отчасти знакомых и отчасти незнакомых деревьев и кустов. Из наших
северных знакомцев было тут немного сосен, а то все новое, у нас невиданное.