Неточные совпадения
В открытом море нам встретились киты-полосатики и косатки. Киты плыли медленно в раз взятом направлении, мало обращая внимания на миноносцы, но косатки погнались за судами и, когда поравнялись с нами, начали выскакивать из воды. Стрелок Загурский стрелял; два раза он промахнулся, а в третий раз попал. На воде появилось большое кровавое пятно. После этого
все косатки
сразу исчезли.
Мы
все расхохотались.
Сразу сказался взгляд бродячего туземца. Лучший выход из этого положения, по его мнению, — сделать лодку и перекочевать на другое место.
По следам он узнал
все, что произошло у нас в отряде: он видел места наших привалов, видел, что мы долго стояли на одном месте — именно там, где тропа вдруг
сразу оборвалась, видел, что я посылал людей в разные стороны искать дорогу.
Не успели мы отойти от бивака на такое расстояние, с которого в тихую погоду слышен ружейный выстрел, как дождь
сразу прекратился, выглянуло солнце, и тогда
все кругом приняло ликующий вид, только мутная вода в реке, прибитая к земле трава и клочья тумана в горах указывали на недавнее ненастье.
Слова старика
сразу согнали с людей апатию.
Все оживились, поднялись на ноги. Дождь утратил постоянство и шел порывами, переходя то в ливень, то в изморось. Это вносило уже некоторое разнообразие и давало надежду на перемену погоды. В сумерки он начал заметно стихать и вечером прекратился совсем. Мало-помалу небо стало очищаться, кое-где проглянули звезды…
Часов в девять вечера прошел короткий, но сильный дождь, после которого туман
сразу исчез и мы увидели красивое звездное небо. И это небо, по которому широкой полосой протянулся Млечный Путь, и темный океан, в котором разом отражались
все светила небесные, одинаково казались беспредельно глубокими.
Маленькая, едва заметная тропинка, служившая нам путеводной нитью,
все время кружила: она переходила то на один берег реки, то на другой. Долина становилась
все у же и у же и вдруг
сразу расширилась. Рельеф принял неясный, расплывчатый характер. Это были верховья реки Такунчи. Здесь 3 ручья стекались в одно место. Я понял, что нахожусь у подножия Сихотэ-Алиня.
От фанзочки
сразу начался подъем на Сихотэ-Алинь, сначала пологий, а потом
все круче и круче. На восточном склоне хребта растет хвойно-смешанный лес; главную массу его составляют кедр, ель, пихта, лиственница, клен и береза с мохнатой желтой корой. Травяная растительность состоит из папоротников, чемерицы, ландышей, царского скипетра, трилистника, заячьей кислицы и различных мелких осок.
Нам посчастливилось найти
все это
сразу в одном месте.
Утром, когда я проснулся, первое, что бросилось мне в глаза, был туман. Скоро
все разъяснилось — шел снег. Хорошо, что мы ориентировались вчера, и потому сегодня с бивака могли
сразу взять верное направление.
Обыкновенно к лодке мы всегда подходили весело, как будто к дому, но теперь Нахтоху была нам так же чужда, так же пустынна, как и всякая другая речка. Было жалко и Хей-ба-тоу, этого славного моряка, быть может теперь уже погибшего. Мы шли молча; у
всех была одна и та же мысль: что делать? Стрелки понимали серьезность положения, из которого теперь я должен был их вывести. Наконец появился просвет; лес
сразу кончился, показалось море.
Сразу с бивака начался подъем на Сихотэ-Алинь. Сначала мы перенесли на вершину
все грузы, а затем втащили пустые нарты.
Я подумал было, что он говорит про удэгейцев, и мысленно удивился, как ночью они ходят по тайге на лыжах. Но вспомнил, что Дерсу «людьми» называл не одних только людей, и
сразу все понял: кабанов преследовал тигр. Значит, хищник был где-то поблизости от нас.
В нем все открыто,
все сразу видно для наблюдателя, все слишком просто, не заманчиво, не таинственно, не романтично. Про него нельзя было сказать «умный человек» в том смысле, как обыкновенно говорят о людях, замечательно наделенных этою силою; ни остроумием, ни находчивостью его тоже упрекнуть было нельзя.
Неточные совпадения
А уж куды бывает метко
все то, что вышло из глубины Руси, где нет ни немецких, ни чухонских, ни всяких иных племен, а
всё сам-самородок, живой и бойкий русский ум, что не лезет за словом в карман, не высиживает его, как наседка цыплят, а влепливает
сразу, как пашпорт на вечную носку, и нечего прибавлять уже потом, какой у тебя нос или губы, — одной чертой обрисован ты с ног до головы!
— А тебе бы
сразу весь капитал?
А теперь вижу, что опять-таки глупа была, потому захочешь,
все теперь себе
сразу достанешь, умом и талантом.
И по одному этому взгляду он уже понял
сразу, что ей
все известно.
Осмотрел тебя внимательно и
сразу сказал, что
все пустяки, — в голову, что ли, как-то ударило.