Наступила уже ночь, а с ее тишиной стало ощутительным то особенное явление, которое летом всегда замечается на Волге: вдруг, откуда-то с юга
пахнет в лицо тебе струя теплого, сильно нагретого воздуха, обвеет всего тебя своим нежащим, мягким дыханием, то вдруг вслед за тем, с северо-востока резким холодком потянет и опять, спустя некоторое время, теплая струя, и опять холодок, а в промежутках — ровная тишь и мягкая ночная прохлада.
Мы вышли на паперть, звук колес густо раздался под сводом церкви, свежим воздухом
пахнуло в лицо, он надел шляпу и за руку подсадил меня в карету.
Мы поднялись по тропинке вверх. Над обрывом высились три молодых дубка, а дальше без конца тянулась во все стороны созревавшая рожь. Так и
пахнуло в лицо теплом и простором. Внизу слабо дымилась неподвижная река.
В гости я к тебе // Не один пришел: // Я пришел сам-друг // С косой вострою; // Мне давно гулять // По траве степной, // Вдоль и поперек // С ней хотелося… // Раззудись, плечо, // Размахнись, рука! // Ты
пахни в лицо, // Ветер с полудня! // Освежи, взволнуй // Степь просторную! // Зажужжи, коса, // Засверкай кругом! // Зашуми, трава // Подкошенная; // Поклонись, цветы, // Головой земле!
Неточные совпадения
Одна из них нарочно прошла мимо его, чтобы дать ему это заметить, и даже задела блондинку довольно небрежно толстым руло своего платья, а шарфом, который порхал вокруг плеч ее, распорядилась так, что он махнул концом своим ее по самому
лицу;
в то же самое время позади его из одних дамских уст изнеслось вместе с
запахом фиалок довольно колкое и язвительное замечание.
Так, были какие-то мысли или обрывки мыслей, какие-то представления, без порядка и связи, —
лица людей, виденных им еще
в детстве или встреченных где-нибудь один только раз и об которых он никогда бы и не вспомнил; колокольня
В—й церкви; биллиард
в одном трактире и какой-то офицер у биллиарда,
запах сигар
в какой-то подвальной табачной лавочке, распивочная, черная лестница, совсем темная, вся залитая помоями и засыпанная яичными скорлупами, а откуда-то доносится воскресный звон колоколов…
Вдруг Штольц изменился
в лице, поймав истину. На него
пахнуло холодом.
Когда Агафья Матвеевна внезапно отворит дверь шкафа, исполненного всех этих принадлежностей, то сама не устоит против букета всех наркотических
запахов и на первых порах на минуту отворотит
лицо в сторону.
Свежий ветер так и режет ему
лицо, за уши щиплет мороз,
в рот и горло
пахнуло холодом, а грудь охватило радостью — он мчится, откуда ноги взялись, сам и визжит и хохочет.