Читатель, пожалуй, и не знает, что такое оморочка. Это маленькая лодочка, выдолбленная из тополя или тальника. Русское название «оморочка» она получила от двух слов — омо (один) и ороч (человек). Буквальный перевод, значит, будет «одночеловечка». Кроме того, русские иногда в шутку называют ее «душегубкой». Она очень неустойчива. От одного неосторожного движения она перевертывается, и неопытный человек
попадает в воду.
Неточные совпадения
Когда лодка у поворота
попадала в струю быстро идущей
воды, где шесты не доставали дна, они брались за весла и гребли что есть силы.
Она не замечала опасности и едва отделилась от берега, как сильная струя
воды подхватила ее и понесла к сулою. Несчастное животное
попало в водоворот и на наших глазах утонуло.
Покончив с наблюдениями, смотритель маяка лег
спать, но зачем-то позвал меня к себе. Войдя
в его «каюту», как он называл свою комнату, я увидел, что она действительно обставлена, как каюта.
В заделанное окно был вставлен иллюминатор. Графин с
водой и стакан стояли
в гнездах, как на кораблях. Кровать имела наружный борт, стол и стулья тоже были прикреплены к полу, тут же висел барометр и несколько морских карт. Майданов лежал
в кровати одетый
в сапогах.
На этот раз бивак был устроен неудачно. Резкий, холодный ветер дул с материка и забивал дым
в палатку. Я всю ночь не
спал и с нетерпением ждал рассвета. Наконец ночная тьма стала редеть. Я поспешно оделся и вышел из палатки. От
воды в море поднимался пар, словно его подогревали снизу. Кругом было тихо. Занималась кроваво-красная заря.
Люди бегут,
падают, опять бегут и стараются собрать веревки. Наконец лодки привязаны, палатка поймана.
В это время с моря нашла только одна большая волна. С ревом она рванулась на берег, загроможденный камнями.
Вода прорвалась сквозь щели и большими фонтанами взвилась кверху. Одновременно сверху посыпались камни. Они прыгали, словно живые, перегоняли друг друга и, ударившись о гальку, рассыпались впрах. На местах падения их, как от взрывов, образовывались облачка пыли, относимые ветром
в сторону.
От него пошла большая волна, которая окатила меня с головой и промочила одежду. Это оказался огромный сивуч (морской лев). Он
спал на камне, но, разбуженный приближением людей, бросился
в воду.
В это время я почувствовал под ногами ровное дно и быстро пошел к берегу. Тело горело, но мокрая одежда смерзлась
в комок и не расправлялась. Я дрожал, как
в лихорадке, и слышал
в темноте, как стрелки щелкали зубами.
В это время Ноздрин оступился и
упал. Руками он нащупал на земле сухой мелкий плавник.
Я с наслаждением переоделся, умылся, напился чаю и лег
спать. Все невзгоды ночного маршрута, холод, купанье
в морской
воде, испугавший нас сивуч — все это осталось теперь только
в воспоминаниях.
Отбежав от
пала шагов двадцать, лиса отряхнулась, оглянулась
в нашу сторону и, увидев, что собака выходит из
воды на берег, пустилась наутек.
Как только мы отошли от берега, мы сразу
попали в непролазную чащу: неровная почва, сухие протоки, полосы гальки, рытвины и ямы, заваленные колодником и заросшие буйными, теперь уже засохшими травами; кустарниковая ольха, перепутавшаяся с пригнутыми к земле ветвями черемушника; деревья с отмершими вершинами и мусор, нанесенный
водой, — таков поемный лес
в долине реки Самарги, куда мы направились с Глеголой на охоту.
Через полчаса мы были
в юрте. Там все уже
спали, только удэхеец сидел у огня и ожидал нас. Мы с Крыловым согрели
воду, поели мороженой рыбы, напились чаю, затем легли на медвежью шкуру и тотчас заснули как убитые.
Теперь, когда он не мешал ей, она знала, что делать, и, не глядя себе под ноги и с досадой спотыкаясь по высоким кочкам и
попадая в воду, но справляясь гибкими, сильными ногами, начала круг, который всё должен был объяснить ей.
Мгновенно изменился масштаб видимого: ручей казался девочке огромной рекой, а яхта — далеким, большим судном, к которому, едва не
падая в воду, испуганная и оторопевшая, протягивала она руки.
Один из них, натуралист, хотел, кажется, избавиться от этого неудобства, громоздился, громоздился на седле, подбирая ноги, и кончил тем, что, к немалому нашему удовольствию,
упал в воду.
Неточные совпадения
До половины не дойдёт — // Провалится и
в воду упадёт;
Дверь тихо отворилась, и явилась Ольга: он взглянул на нее и вдруг
упал духом; радость его как
в воду канула: Ольга как будто немного постарела. Бледна, но глаза блестят;
в замкнутых губах, во всякой черте таится внутренняя напряженная жизнь, окованная, точно льдом, насильственным спокойствием и неподвижностью.
Полдень знойный; на небе ни облачка. Солнце стоит неподвижно над головой и жжет траву. Воздух перестал струиться и висит без движения. Ни дерево, ни
вода не шелохнутся; над деревней и полем лежит невозмутимая тишина — все как будто вымерло. Звонко и далеко раздается человеческий голос
в пустоте.
В двадцати саженях слышно, как пролетит и прожужжит жук, да
в густой траве кто-то все храпит, как будто кто-нибудь завалился туда и
спит сладким сном.
Обед и сон рождали неутолимую жажду. Жажда
палит горло; выпивается чашек по двенадцати чаю, но это не помогает: слышится оханье, стенанье; прибегают к брусничной, к грушевой
воде, к квасу, а иные и к врачебному пособию, чтоб только залить засуху
в горле.
Старался его уговорить, чтоб возвратился
в Петербург, старался ему доказать, что малые и частные неустройства
в обществе связи его не разрушат, как дробинка,
падая в пространство моря, не может возмутить поверхности
воды.