Неточные совпадения
Против Хабаровска левый берег Амура низменный. Бесчисленное
множество проток, слепых рукавов и озерков создают такой лабиринт, из которого без опытного провожатого выбраться трудно. Когда-то все пространство, где Амур течет в широтном направлении, от станицы Екатерино-Никольской до озера Болон-Оджал на протяжении около 500 и шириною в 150 километров, представляло собой громадную впадину, заполненную водой. Высоты у слияния
реки Уссури с Амуром являются древним, берегом этого обширного водоема.
Когда гольды узнали, что мы хотим итти по Анюю, они начали рассказывать про
реку всякие страхи. Говорили о том, что плавание по ней весьма опасно вследствие быстроты течения и
множества завалов. Итти к истокам они отказались наотрез, и даже такие подарки, как ружье с патронами, не могли соблазнить их на это рискованное предприятие. Далее из расспросов выяснилось, что в нижнем течении Анюя живут гольды, а выше — удэхейцы.
От
реки Кольмы берег меняет юго-западное направление на южное. От прибрежного хребта отходит к морю
множество отрогов. Распадки между ними послужили путями для стока воды. Так образовались мелкие речки: Кольги, Бигиси и Гинугу.
Судя по тому, что долина Кии изрезана
множеством протоков, стариц, вообще судя по тем следам, которые оставила здесь вода, видно, что эта
река еще в недавнем прошлом была руслом Хора.
Так образовалось
множество заводей, слепых рукавов, длинных озерков, которые сопровождают
реку с обеих сторон.
Река Иггу делала бесчисленное
множество мелких изгибов, которые я должен был наносить на планшет. Это вынуждало меня часто останавливаться, чтобы делать все новые и новые измерения. Идя с удэхейцем, я спрашивал его, как дальше пойдет
река, и он указывал мне отдаленные предметы, к которым мы подойдем вплотную.
Неточные совпадения
Все молчали, глядя на
реку: по черной дороге бесшумно двигалась лодка, на носу ее горел и кудряво дымился светец, черный человек осторожно шевелил веслами, а другой, с длинным шестом в руках, стоял согнувшись у борта и целился шестом в отражение огня на воде; отражение чудесно меняло формы, становясь похожим то на золотую рыбу с
множеством плавников, то на глубокую, до дна
реки, красную яму, куда человек с шестом хочет прыгнуть, но не решается.
На дачах Варавки поселились незнакомые люди со
множеством крикливых детей; по утрам
река звучно плескалась о берег и стены купальни; в синеватой воде подпрыгивали, как пробки, головы людей, взмахивались в воздух масляно блестевшие руки; вечерами в лесу пели песни гимназисты и гимназистки, ежедневно, в три часа, безгрудая, тощая барышня в розовом платье и круглых, темных очках играла на пианино «Молитву девы», а в четыре шла берегом на мельницу пить молоко, и по воде косо влачилась за нею розовая тень.
Но картина угрюмых скал,
реки, ущелья и моста оживлена была присутствием
множества людей.
Изложив таким манером нечто в свое извинение, не могу не присовокупить, что родной наш город Глупов, производя обширную торговлю квасом, печенкой и вареными яйцами, имеет три
реки и, в согласность древнему Риму, на семи горах построен, на коих в гололедицу великое
множество экипажей ломается и столь же бесчисленно лошадей побивается. Разница в том только состоит, что в Риме сияло нечестие, а у нас — благочестие, Рим заражало буйство, а нас — кротость, в Риме бушевала подлая чернь, а у нас — начальники.
Барыня обнаружила тут свою обычную предусмотрительность, чтобы не перепились ни кучера, ни повара, ни лакеи. Все они были нужны: одни готовить завтрак, другие служить при столе, а третьи — отвезти парадным поездом молодых и всю свиту до переправы через
реку. Перед тем тоже было работы немало. Целую неделю возили приданое за Волгу: гардероб, вещи,
множество ценных предметов из старого дома — словом, целое имущество.