Неточные совпадения
Люди бегут, падают, опять бегут и стараются собрать веревки. Наконец лодки привязаны,
палатка поймана.
В это время с моря нашла только одна большая волна. С ревом она рванулась на берег, загроможденный камнями. Вода прорвалась сквозь щели и большими фонтанами взвилась кверху. Одновременно сверху посыпались камни. Они прыгали, словно живые, перегоняли друг друга и, ударившись о гальку, рассыпались впрах. На местах падения их, как от взрывов, образовывались облачка пыли, относимые ветром
в сторону.
Туземцы ушли, а мы принялись устраиваться на ночь. Односкатная
палатка была хорошо поставлена, дым от костров ветер относил
в сторону, мягкое ложе из сухой травы, кусок холодного мяса, черные сухари и кружка горячего чая заменили нам самую комфортабельную гостиницу и самый изысканный ужин
в лучшем городском ресторане.
Дней через десять я решил предпринять еще одну экскурсию по речке Токто, впадающей
в Самаргу с левой
стороны,
в 24 километрах от устья. Я намеревался выйти на реку Укумига и от нее через второй перевал выйти на реку Адими, впадающую
в море около мыса Суфрен. На этот раз со мной пошли Ноздрин, удэхеец Дилюнга и Чжан-Бао. Наше походное и бивачное снаряжение состояло из ружей, топора, двух полотнищ
палаток и продовольствия по расчету на пять суток.
Неточные совпадения
По эту
сторону насыпи пейзаж был более приличен и не так густо засорен людями: речка извивалась по холмистому дерновому полю, поле украшено небольшими группами берез, кое-где возвышаются бронзовые стволы сосен, под густой зеленью их крон — белые
палатки, желтые бараки, штабеля каких-то ящиков, покрытые брезентами, всюду красные кресты, мелькают белые фигуры сестер милосердия, под окнами дощатого домика сидит священник
в лиловой рясе — весьма приятное пятно.
Против роскошного дворца Шереметевской больницы вырастали сотни
палаток, раскинутых за ночь на один только день. От рассвета до потемок колыхалось на площади море голов, оставляя узкие дорожки для проезда по обеим
сторонам широченной
в этом месте Садовой улицы. Толклось множество народа, и у всякого была своя цель.
В одном месте река делала изгиб, русло ее проходило у противоположного берега, а с нашей
стороны вытянулась длинная коса. На ней мы и расположились биваком;
палатку поставили у края берегового обрыва лицом к реке и спиною к лесу, а впереди развели большой огонь.
После полудня пурга разыгралась со всей силой. Хотя мы были и защищены утесами и
палаткой, однако это была ненадежная защита. То становилось жарко и дымно, как на пожаре, когда ветер дул нам
в лицо, то холодно, когда пламя отклонялось
в противоположную
сторону.
Часов
в 8 вечера на западе начала сверкать молния, и послышался отдаленный гром. Небо при этом освещении казалось иллюминованным. Ясно и отчетливо было видно каждое отдельное облачко. Иногда молнии вспыхивали
в одном месте, и мгновенно получались электрические разряды где-нибудь
в другой
стороне. Потом все опять погружалось
в глубокий мрак. Стрелки начали было ставить
палатки и прикрывать брезентами седла, но тревога оказалась напрасной. Гроза прошла
стороной. Вечером зарницы долго еще играли на горизонте.