Но вот и сам Тумнин! Удэхейцы называют его Томди, а орочи — Тумни (к последнему названию прибавили букву «н»). Большая величественная река спокойно текла к морю. Левый берег ее нагорный, правый — частью низменный и поемный и слагается из невысоких террас. Кое-где виднелись небольшие островки, поросшие древесной растительностью. Они отражались в воде, как в зеркале, до мельчайших подробностей, словно там, под водою, был другой мир, такой же реальный, как и тот, в котором мы обитали.
Как только мы отошли от берега, мы сразу попали в непролазную чащу: неровная почва, сухие протоки, полосы гальки, рытвины и ямы, заваленные колодником и заросшие буйными, теперь уже засохшими травами; кустарниковая ольха, перепутавшаяся с пригнутыми к земле ветвями черемушника; деревья с отмершими вершинами и мусор, нанесенный водой, — таков поемный лес в долине реки Самарги, куда мы направились с Глеголой на охоту.
Как раз напротив, с левой стороны реки, располагается обширное низменное пространство, поросшее поемным, хвойным и лиственным лесом и известное под названием Чжангда Мукудуони.
Внизу около самой реки — поемные леса, состоящие из самых разнообразных хвойных и широколиственных пород с преобладанием ясеня, ильма, тополя, черемухи и тальника.
Прибавьте к этому пригнутые к земле и обезображенные наводнениями деревья, кусты, росшие в беспорядке, и завалы колодника вперемешку с мусором, нанесенным сюда водою, и вы получите полное представление поемного леса, у которого мы стали биваком.
Действительно, он прекрасен и является, пожалуй, наилучшим выражением русской природы, с её перелесками, поёмными приокскими лугами, озёрами, с широкими закатами, дымом костров, блеском звёзд над спящими деревнями, с её простодушными талантливыми людьми – лесниками, паромщиками, пасечниками, мальчишками, плотниками, бакенщиками и рыбаками.
Ассирийцы брали с собой в походы мальчиков лет 13–15, и именно им поручали выкалывать поёмным глаза, отрезать им языки и конечности, вскрывать их заживо… перечислять можно долго.
Стрежнем реки, самой быстриной, безудержным потоком неслись льдины, громоздились одна на другую, с плесканием рушились в холодную мутную воду, тяжко ворочались и иногда выносились в поёмные места и там, среди густого тальника, застревали и, плача по зиме, точили в согревающуюся землю холодные, чистые слёзы.
Действительно, он прекрасен и является, пожалуй, наилучшим выражением русской природы, с её перелесками, поёмными приокскими лугами, озёрами, с широкими закатами, дымом костров, блеском звёзд над спящими деревнями, с её простодушными талантливыми людьми – лесниками, паромщиками, пасечниками, мальчишками, плотниками, бакенщиками и рыбаками.
Ассирийцы брали с собой в походы мальчиков лет 13–15, и именно им поручали выкалывать поёмным глаза, отрезать им языки и конечности, вскрывать их заживо… перечислять можно долго.
Стрежнем реки, самой быстриной, безудержным потоком неслись льдины, громоздились одна на другую, с плесканием рушились в холодную мутную воду, тяжко ворочались и иногда выносились в поёмные места и там, среди густого тальника, застревали и, плача по зиме, точили в согревающуюся землю холодные, чистые слёзы.