— Так, так! — гудел он, — всегда надо знать, что
люди читают. Здорово, того-этого. Ого! — а вы и по-французски читаете?
Неточные совпадения
Но уже близилось страшное для матерей. Когда появились первые подробные известия о гибели «Варяга»,
прочла и Елена Петровна и заплакала: нельзя было
читать без слез, как возвышенно и красиво умирали
люди, и как сторонние зрители, французы, рукоплескали им и русским гимном провожали их на смерть; и эти герои были наши, русские. «
Прочту Саше, пусть и он узнает», — подумала мать наставительно и спрятала листок. Но Саша и сам
прочел.
Утром за чаем — они еще пили чай! — Саша
прочел в газете фамилию нового губернатора, который только недавно к ним был назначен и уже повесил трех
человек, и Елене Петровне вдруг что-то вспомнилось...
Задумчиво, с тем выражением, которое бывает у припоминающих далекое, она смотрит на Сашу, но Саша молчит и
читает газету. Обе руки его на газете, и в одной руке папироса, которую он медленными и редкими движениями подносит ко рту, как настоящий взрослый
человек, который курит. Но плохо еще умеет он курить: пепла не стряхивает и газету и скатерть около руки засыпал… или задумался и не замечает?
Самгин подумал, что, вероятно, вот так же глупо-шумно сейчас во множестве интеллигентских квартир; везде полуодетые, непричесанные
люди читают газету, радуются, что убит министр, соображают — что будет?
В том же приходе жил бедный человек. У него было много детей, а сам он был болен и не мог работать. Бедный
человек читал раз псалтырь и прочел эти слова: я был молод и состарелся и не видал праведного оставленного и детей его просящих хлеба.
До какой степени опасно и вредно для молодого
человека читать молодой девице что-нибудь, кроме курса чистой математики, это рассказала на том свете Франческа да Римини Данту, вертясь в проклятом вальсе della bufera infernale [адского вихря (ит.).]: она рассказала, как перешла от чтения к поцелую и от поцелуя к трагической развязке.
Неточные совпадения
Я знал красавиц недоступных, // Холодных, чистых, как зима, // Неумолимых, неподкупных, // Непостижимых для ума; // Дивился я их спеси модной, // Их добродетели природной, // И, признаюсь, от них бежал, // И, мнится, с ужасом
читал // Над их бровями надпись ада: // Оставь надежду навсегда. // Внушать любовь для них беда, // Пугать
людей для них отрада. // Быть может, на брегах Невы // Подобных дам видали вы.
Учителей у него было немного: большую часть наук
читал он сам. И надо сказать правду, что, без всяких педантских терминов, огромных воззрений и взглядов, которыми любят пощеголять молодые профессора, он умел в немногих словах передать самую душу науки, так что и малолетнему было очевидно, на что именно она ему нужна, наука. Он утверждал, что всего нужнее
человеку наука жизни, что, узнав ее, он узнает тогда сам, чем он должен заняться преимущественнее.
Прочие тоже были более или менее
люди просвещенные: кто
читал Карамзина, кто «Московские ведомости», кто даже и совсем ничего не
читал.
Могила милосерднее ее, на могиле напишется: «Здесь погребен
человек!», но ничего не
прочитаешь в хладных, бесчувственных чертах бесчеловечной старости.
Он сделался бледен как полотно, схватил стакан, налил и подал ей. Я закрыл глаза руками и стал
читать молитву, не помню какую… Да, батюшка, видал я много, как
люди умирают в гошпиталях и на поле сражения, только это все не то, совсем не то!.. Еще, признаться, меня вот что печалит: она перед смертью ни разу не вспомнила обо мне; а кажется, я ее любил как отец… ну, да Бог ее простит!.. И вправду молвить: что ж я такое, чтоб обо мне вспоминать перед смертью?