«Рассказ о семи повешенных» (Андреев Л. Н., 1908) по всей классике
Но шевелясь, но хваля, но усмехаясь насильственной кривой улыбкой, чтобы выразить свою насмешку над глупыми террористами-неудачниками, он все еще не верил в свое спасение, в то, что жизнь вдруг, сразу, не уйдет от него.
Смерть, которую замыслили для него люди и которая была только в их мыслях, в их намерениях, как будто уже стояла тут, и будет стоять, и не уйдет, пока тех не схватят, не отнимут у них бомб и не посадят их в крепкую тюрьму.
Сани стояли боком, почти лежали, лошадь по пузо уходила в сугроб раскоряченными ногами и изредка тянула морду вниз, чтобы лизнуть мягкого пушистого снега, а Янсон полулежал в неудобной позе на санях и как будто дремал.
И вот этот самый Иван Янсон, не доверявший ружью, в один зимний вечер, когда другого работника услали на станцию, совершил весьма сложное покушение на вооруженный грабеж, на убийство и на изнасилование женщины.
— То дождаться не мог, а то шутишь. У нас шуток не полагается. Это вы шутить любите, а у нас шуток не полагается, — сказал надзиратель с достоинством и ушел.
Последним преступлением его, установленным точно, было убийство трех человек и вооруженное ограбление; а дальше уходило в загадочную глубину его темное прошлое.
И они ушли. Как-то ушли. Были, стояли, говорили — и вдруг ушли. Вот здесь сидела мать, вот здесь стоял отец — и вдруг как-то ушли. Вернувшись в камеру, Сергей лег на койку, лицом к стене, чтобы укрыться от солдат, и долго плакал. Потом устал от слез и крепко уснул.
Наконец ушла. Плакала горько, утираясь кончиками платка, не видела дороги. И чем дальше отходила от тюрьмы, тем горючее лились слезы. Пошла назад к тюрьме, потом заблудилась дико в городе, где родилась, выросла, состарилась. Забрела в какой-то пустынный садик с несколькими старыми, обломанными деревьями и села на мокрой оттаявшей лавочке. И вдруг поняла: его завтра будут вешать.
И тогда огромная крепость, в плоских стенах которой не было ни одного огонька, уходила в мрак и тишину, чертою молчания, неподвижности и тьмы отделяла себя от вечно живого, движущегося города.
«Ушли!» — думает Муся с легкой грустью. Ей жаль ушедших звуков, таких веселых и смешных; жаль даже ушедших солдатиков, потому что эти старательные, с медными трубами, с поскрипывающими сапогами совсем иные, совсем не те, в кого хотела бы она стрелять из браунинга.
Потный, с прилипшей к телу мокрой рубахой, распустившимися, прежде курчавыми волосами, он судорожно и безнадежно метался по камере, как человек, у которого нестерпимая зубная боль. Присаживался, вновь бегал, прижимался лбом к стене, останавливался и что-то разыскивал глазами — словно искал лекарства. Он так изменился, что как будто имелись у него два разных лица, и прежнее, молодое ушло куда-то, а на место его стало новое, страшное, пришедшее из темноты.
Но дело в этот раз шло почему-то плохо. С неприятным чувством, что он совершил какую-то крупную, даже грубую ошибку, он несколько раз возвращался назад и проверял игру почти сначала. Ошибки не находилось, но чувство совершенной ошибки не только не уходило, а становилось все сильнее и досаднее. И вдруг явилась неожиданная и обидная мысль: не в том ли ошибка, что игрою в шахматы он хочет отвлечь свое внимание от казни и оградиться от того страха смерти, который будто бы неизбежен для осужденного?
Одна за другою мягко подкатывали темные кареты, забирали по двое, уходили в темноту, туда, где качался под воротами фонарь. Серыми силуэтами окружали каждый экипаж конвойные, и подковы их лошадей чокали звонко или хлябали по мокрому снегу.
Они ехали, чтобы через два часа стать перед лицом неразгаданной великой тайны, из жизни уйти в смерть, — и знакомились. В двух плоскостях одновременно шли жизнь и смерть, и до конца, до самых смешных и нелепых мелочей оставалась жизнью жизнь.
Флагов не было. По-ночному был темен, пуст и безжизнен вокзал; пассажирские поезда уже не ходили, а для того поезда, который на пути безмолвно ожидал этих пассажиров, не нужно было ни ярких огней, ни суеты. И вдруг Вернеру стало скучно. Не страшно, не тоскливо, — а скучно огромной, тягучей, томительной скукой, от которой хочется куда-то уйти, лечь, закрыть крепко глаза. Вернер потянулся и продолжительно зевнул. Потянулся и быстро, несколько раз подряд зевнул и Янсон.
Ушли. Стало тихо. Фонарики за деревьями остановились неподвижно. Ждали вскрика, голоса, какого-нибудь шума, — но было тихо там, как и здесь, и неподвижно желтели фонарики.
И мгла исчезает, и тучи уходят, Но, полное прошлой тревоги своей, Ты долго вздымаешь испуганны волны, И сладостный блеск возвращенных небес Не вовсе тебе тишину возвращает; Обманчив твоей неподвижности вид: Ты в бездне покойной скрываешь смятенье, Ты, небом любуясь, дрожишь за него.
УХОДИ́ТЬ2, ухожу́, ухо́дишь; прич. страд. прош.ухо́женный, -жен, -а, -о; сов., перех. Прост.1. Длительной ходьбой, работой и т. п. утомить, изнурить.
УХОДИ́ТЬ3, ухожу́, ухо́дишь; прич. страд. прош.ухо́женный, -жен, -а, -о; сов., перех. (обычно в форме прич. страд. прош., другие формы употр. редко и имеют просторечный характер). Присмотреть за кем-, чем-л., позаботиться о ком-, чем-л. От души радуюсь, что телесно Вы успокоены и ухожены Грушей. А. Бородин, Письмо Е. А. Протопоповой-старшей, 31 окт. 1882. Главный герой повествования [Багрицкого] соболь, и все это в целом посвящено питомнику, где должен быть выведен, и ухожен, и воспитан --- ценный пушной зверек. П. Антокольский, Путь поэта. Пиджак грубой шерсти, не новый галстук в крупную горошинку, совсем растоптанные --- штиблеты. Но все это выглядит опрятным, ухоженным бережливой рукой. Сартаков, Вечерний чай. (Малый академический словарь, МАС)
Чем дальше уходит дорога жизни, тем с большим удивлением двое, идущие рядом, вспоминают начало пути. Огни прошлого исчезают иногда где-то за поворотом… Чтобы события на расстоянии казались все теми же, теми же должны оставаться и чувства.
УХОДИ́ТЬ2, ухожу́, ухо́дишь; прич. страд. прош.ухо́женный, -жен, -а, -о; сов., перех. Прост.1. Длительной ходьбой, работой и т. п. утомить, изнурить.
УХОДИ́ТЬ3, ухожу́, ухо́дишь; прич. страд. прош.ухо́женный, -жен, -а, -о; сов., перех. (обычно в форме прич. страд. прош., другие формы употр. редко и имеют просторечный характер). Присмотреть за кем-, чем-л., позаботиться о ком-, чем-л. От души радуюсь, что телесно Вы успокоены и ухожены Грушей. А. Бородин, Письмо Е. А. Протопоповой-старшей, 31 окт. 1882. Главный герой повествования [Багрицкого] соболь, и все это в целом посвящено питомнику, где должен быть выведен, и ухожен, и воспитан --- ценный пушной зверек. П. Антокольский, Путь поэта. Пиджак грубой шерсти, не новый галстук в крупную горошинку, совсем растоптанные --- штиблеты. Но все это выглядит опрятным, ухоженным бережливой рукой. Сартаков, Вечерний чай.
