Неточные совпадения
Чужая рука
расстегивала единственную
пуговицу, портки спадали, и мужицкая тощая задница бесстыдно выходила на свет. Пороли легко, единственно для острастки, и настроение было смешливое. Уходя, солдаты затянули лихую песню, и те, что ближе были к телегам с арестованными мужиками, подмаргивали им. Было это осенью, и тучи низко ползли над черным жнивьем. И все они ушли в город, к свету, а деревня осталась все там же, под низким небом, среди темных, размытых, глинистых полей с коротким и редким жнивьем.
Но даже в том, как судорожно он застегивал и
расстегивал пуговицы пиджака, была очевидна его лживость и тревога человека, который не вполне уверен, что он действует сообразно со своими интересами.
Худые, нервные пальцы Желткова забегали по борту коричневого короткого пиджачка, застегивая и
расстегивая пуговицы. Наконец он с трудом произнес, указывая на диван и неловко кланяясь.
Крискента спрашивали об этом щекотливом обстоятельстве, он, застегивая и
расстегивая пуговицы своего подрясника, выражался очень уклончиво и говорил больше о том, что Гордей Евстратыч по церкви отсчитался начисто, хотя конечно, и т. д.
Её большое тело распускалось, постепенно она
расстёгивала пуговицу за пуговицей, развязывала тесёмки и, полураздетая, разваливалась в кресле, точно перекисшее тесто.
Неточные совпадения
Стоит бледный и
расстегивает и застегивает
пуговицу и пожимает плечами.
Фигура молча повернулась и начала нетерпеливо
расстегивать напереди частые
пуговицы черной шинели.
Иван Иваныч. Заместитель подсудимого! вы не имеете права тормозить правосудие! (К головастикам.) Постойте! в чем же, однако, вы признаете себя виновными, господа? Кажется, никто вас не обвиняет… Живете вы смирно, не уклоняетесь; ни вы никого не трогаете, ни вас никто не трогает… ладком да мирком — так ли я говорю? (В сторону.) Однако эти пироги… (
Расстегивает потихоньку еще несколько
пуговиц.) Ну-с, так рассказывайте: что вам по делу известно?
Иван Иваныч. Кто там еще говорит? Кто позволяет себе? Господа судебные пристава! вы чего смотрите! (К. исправнику.) Так вы, Михал Михалыч, народ распустили… Так набаловали! так распустили… смотреть скверно! (К головастикам.) Ну-с, господа головастики, что же вы стали! Отвечайте! (Незаметно просовывает под мундир руку и
расстегивает у жилета несколько
пуговиц. Вполголоса.) Вот теперь — хорошо.
«Погоди», — говорит мать, — а сама
пуговицы на кофте
расстёгивает, он её поднял, под мышки взяв, и повёл, и ушли, а я — за ними, ну, они, конечно, дверь заперли, да ведь это всё равно уж!