Я чувствовал такое нервное, невыразимо сладкое раздражение, такое
внутреннее стремление вперед, что желал бы сам полететь, как птица!
Восстановление прежнего положения для искусства потому не может явиться желанным для современности, что отношения между религией и искусством, потребностями культа и
внутренними стремлениями творчества тогда имели все-таки несвободный характер, хотя это и не сознавалось.
Все эти факты убеждают нас, что тогдашним административным и правительственным деятелям действительно чуждо было, по выражению г. Устрялова («Введение», стр. XXVIII), «то, чем европейские народы справедливо гордятся пред обитателями других частей света, —
внутреннее стремление к лучшему, совершеннейшему, самобытное развитие своих сил умственных и промышленных, ясное сознание необходимости образования народного».
Первое воспитание определяет судьбу одних обыкновенных душ; великие, разрывая, так сказать, его узы, свободно предаются
внутреннему стремлению, подобно Сократу внимают тайному Гению, ищут своего места на земном шаре и образуют себя для оного.
Неточные совпадения
Плохо верили обломовцы и душевным тревогам; не принимали за жизнь круговорота вечных
стремлений куда-то, к чему-то; боялись как огня увлечения страстей; и как в другом месте тело у людей быстро сгорало от волканической работы
внутреннего, душевного огня, так душа обломовцев мирно, без помехи утопала в мягком теле.
Разум, мысль на конце — это заключение; все начинается тупостью новорожденного; возможность и
стремление лежат в нем, но, прежде чем он дойдет до развития и сознания, он подвергается ряду внешних и
внутренних влияний, отклонений, остановок.
Масонство было у нас
стремлением к
внутренней церкви, на видимую церковь смотрели, как на переходное состояние.
«Богословие на Западе приняло характер рассудочной отвлеченности, — в православии оно сохранило
внутреннюю целость духа; там развитие сил разума, — здесь
стремление к
внутреннему, живому».
Бельтов с юношеской запальчивостью и с неосновательностью мечтателя сердился на обстоятельства и с
внутренним ужасом доходил во всем почти до того же последствия, которое так красноречиво выразил Осип Евсеич: «А делают-то одни чернорабочие», и делают оттого, что барсуки и фараоновы мыши не умеют ничего делать и приносят на жертву человечеству одно желание, одно
стремление, часто благородное, но почти всегда бесплодное…