Неточные совпадения
Старших дочерей своих он пристроил: первая, Верегина, уже давно умерла,
оставив трехлетнюю дочь; вторая, Коптяжева, овдовела и опять вышла замуж за Нагаткина; умная и гордая Елисавета какими-то судьбами попала за генерала Ерлыкина, который, между прочим, был стар, беден и пил запоем; Александра нашла себе столбового русского дворянина, молодого и
с состоянием, И. П. Коротаева, страстного любителя башкирцев и кочевой их жизни, — башкирца душой и телом; меньшая, Танюша, оставалась при родителях; сынок был уже двадцати семи лет, красавчик, кровь
с молоком; «кофту да юбку, так больше бы походил на барышню, чем все сестры» — так говорил про него сам
отец.
Батюшка, — продолжала она, и крупные слезы закапали из ее глаз, — я полюбила вас, как родного
отца; поступайте со мной всегда, как
с родной дочерью; остановите, побраните меня, если я провинюсь в чем-нибудь, и простите, но не
оставляйте на сердце неудовольствия.
Неточные совпадения
— Я помню про детей и поэтому всё в мире сделала бы, чтобы спасти их; но я сама не знаю, чем я спасу их: тем ли, что увезу от
отца, или тем, что
оставлю с развратным
отцом, — да,
с развратным
отцом… Ну, скажите, после того… что было, разве возможно нам жить вместе? Разве это возможно? Скажите же, разве это возможно? — повторяла она, возвышая голос. — После того как мой муж,
отец моих детей, входит в любовную связь
с гувернанткой своих детей…
Она рассказала, что в юности дядя Хрисанф был политически скомпрометирован, это поссорило его
с отцом, богатым помещиком, затем он был корректором, суфлером, а после смерти
отца затеял антрепризу в провинции. Разорился и даже сидел в тюрьме за долги. Потом режиссировал в частных театрах, женился на богатой вдове, она умерла,
оставив все имущество Варваре, ее дочери. Теперь дядя Хрисанф живет
с падчерицей, преподавая в частной театральной школе декламацию.
Он говорил долго, солидно и
с удивлением чувствовал, что обижен завещанием
отца. Он не почувствовал этого, когда Айно сказала, что
отец ничего не
оставил ему, а вот теперь — обижен несправедливостью и чем более говорит, тем более едкой становится обида.
Ведь ограбили же вас, сирот;
отец оставил вам Шатровские заводы в полном ходу; тогда они больше шести миллионов стоили, а теперь, если пойдут за долг
с молотка, и четырех не дадут.
Отцу Пантелея Еремеича досталось имение уже разоренное; он в свою очередь тоже сильно «пожуировал» и, умирая,
оставил единственному своему наследнику Пантелею заложенное сельцо Бессоново,
с тридцатью пятью душами мужеска и семидесятью шестью женска пола да четырнадцать десятин
с осьминником неудобной земли в пустоши Колобродовой, на которые, впрочем, никаких крепостей в бумагах покойника не оказалось.