Неточные совпадения
Спектакль состоял из двух
небольших пиес: комедии «Холостой заряд», не знаю кем написанной, и пословицы (proverbe) «У
семи нянек дитя без глазу» (кажется, так), сочиненной самим хозяином.
Через месяц после «Двух Фигаро» составился опять спектакль у князя Ив. Мих. Долгорукова. Я сам напросился сыграть какую-нибудь роль, и хозяин с благодарностью принял мое предложение; кажется, спектакль состоял из
небольшой комедии Н. И. Хмельницкого «Нерешительный, или
Семь пятниц на неделе», и также маленькой комедии Коцебу «Новый век»; в последней я играл старого купца или банкира Верлова. Спектакль был миленький, но должно признаться, что Кокошкин говорил правду: это были пиески!
Жаль, очень жаль нам было Матвея. Матвей в нашей
небольшой семье играл такую близкую роль, был так тесно связан со всеми главными событиями ее последних пяти лет и так искренно любил нас, что потеря его не могла легко пройти.
Неточные совпадения
Итак, наконец затворничество родительского дома пало. Я был au large; [на просторе (фр.).] вместо одиночества в нашей
небольшой комнате, вместо тихих и полускрываемых свиданий с одним Огаревым — шумная
семья в семьсот голов окружила меня. В ней я больше оклиматился в две недели, чем в родительском доме с самого дня рождения.
Вместо почтенной столовой Платона Богдановича мы отправились сначала под Новинское, в балаган Прейса (я потом встретил с восторгом эту
семью акробатов в Женеве и Лондоне), там была
небольшая девочка, которой мы восхищались и которую называли Миньоной.
Деревенька Шатель, близ Мора (Муртен), соглашалась за
небольшой взнос денег в пользу сельского общества принять мою
семью в число своих крестьянских
семей.
Один из них был
небольшого роста, лет двадцати
семи, курчавый и почти черноволосый, с серыми, маленькими, но огненными глазами.
Встреча с Лиодором в Кунаре окончательно вырешила дело. Галактион дальше не мог оставаться у тестя. Он нанял себе
небольшую квартирку за хлебным рынком и переехал туда с
семьей. Благодаря бубновскому конкурсу он мог теперь прожить до открытия банка, когда Штофф обещал ему место члена правления с жалованьем в пять тысяч.