Про силу лебедя рассказывают чудеса: говорят, что он
ударом крыла убивает до смерти собаку, если она приблизится к нему, легко раненному, или бросится на его детей.
Неточные совпадения
Он жестоко дерется
крыльями, и мне случалось видеть, что гусь с переломленным
крылом давал такой
удар собаке
крылом здоровым, что она долго визжала и потом нескоро решалась брать живого гуся.
Весьма естественно, что журавль — сильная птица, но к этой силе присоединяются особенные оборонительные оружия, которыми снабдила его природа; они состоят в крепости костей его
крыльев,
удар которых ужасно силен, в длинных ногах и крепких пальцах с твердыми ногтями и, наконец, в довольно длинном, очень крепком и остром клюве.
Лошадь вдруг напряглась — и пошла // Как-то боком, нервически скоро, // А погонщик при каждом прыжке, // В благодарность за эти усилья, // Поддавал ей
ударами крылья // И сам рядом бежал налегке.
Неточные совпадения
Но в это самое мгновенье оба вдруг услыхали пронзительный свист, который как будто стегнул их по уху, и оба вдруг схватились за ружья, и две молнии блеснули, и два
удара раздались в одно и то же мгновение. Высоко летевший вальдшнеп мгновенно сложил
крылья и упал в чащу, пригибая тонкие побеги.
Опять блеснула молния, и послышался
удар; и, трепля
крыльями, как бы стараясь удержаться на воздухе, птица остановилась, постояла мгновенье и тяжело шлепнулась о топкую землю.
Иногда хозяин побежденного петуха брал его на руки, доказывал, что он может еще драться, и требовал продолжения боя. Так и случилось, что один побежденный выиграл ставку. Петух его, оправившись от
удара, свалил с ног противника, забил его под загородку и так рассвирепел, что тот уже лежал и едва шевелил
крыльями, а он все продолжал бить его и клевом и шпорами.
Жирные осенние вороны озабоченно шагали по голым пашням, холодно посвистывая, налетал на них ветер. Вороны подставляли
ударам ветра свои бока, он раздувал им перья, сбивая с ног, тогда они, уступая силе, ленивыми взмахами
крыльев перелетали на новое место.
— Все испытывают эти вещи, — продолжал Петр Иваныч, обращаясь к племяннику, — кого не трогают тишина или там темнота ночи, что ли, шум дубравы, сад, пруды, море? Если б это чувствовали одни художники, так некому было бы понимать их. А отражать все эти ощущения в своих произведениях — это другое дело: для этого нужен талант, а его у тебя, кажется, нет. Его не
скроешь: он блестит в каждой строке, в каждом
ударе кисти…