Неточные совпадения
Теперь, принявшись за это дело, я увидел, что в продолжение того времени,
как я оставил ружье, техническая часть ружейной охоты далеко ушла вперед и что я не
знаю ее близко и подробно в настоящем, современном положении.
Лучшее доказательство, что мастера сами не
знают причины, состоит в том, что ни один из них не возьмется сделать двух стволин одинакового боя,
как бы они ни были сходны достоинством железа.
Если и поднимешь нечаянно, то редко убьешь, потому что не ожидаешь; с доброю собакой, напротив, охотник не только
знает, что вот тут, около него, скрывается дичь, но
знает,
какая именно дичь; поиск собаки бывает так выразителен и ясен, что она точно говорит с охотником; а в ее страстной горячности, когда она добирается до птицы, и в мертвой стойке над нею — столько картинности и красоты, что все это вместе составляет одно из главных удовольствий ружейной охоты.
Всякий
знает,
как легко и охотно выучиваются щенки подавать поноску переднюю и заднюю и доставать брошенные на воду щепки или палки.
Одна из этих собак была чистой французской породы, а другая — помесь французской с польскою, несколько псовою собакой: обе не
знали парфорса, имели отличное чутье и были вежливы в поле,
как только желать.
Во-вторых, в охотах, о которых я сейчас говорил, охотник не главное действующее лицо, успех зависит от резвости и жадности собак или хищных птиц; в ружейной охоте успех зависит от искусства и неутомимости стрелка, а всякий
знает,
как приятно быть обязанным самому себе,
как это увеличивает удовольствие охоты; без уменья стрелять — и с хорошим ружьем ничего не убьешь; даже сказать, что чем лучше, кучнее бьет ружье, тем хуже, тем больше будет промахов.
Какие тому причины — не
знаю.
Знаю только, что
как скоро начнет заходить солнце, дупели слетаются на известное место, всегда довольно сухое, ровное и по большей части находящееся на поляне, поросшей чемерикою, между большими кустами, где в продолжение дня ни одного дупеля не бывает.
Как бы то ни было, из всего мною сказанного следует, что я ничего не
знаю,
как, где выводятся гаршнепы, и ничего не могу сказать об этом.
Недавно
узнал я от одного почтенного охотника, П. В. Б — ва, что дупелей, бекасов и, пожалуй, всякую другую дичь, стрелянную даже в июле, сохраняют у него совершенно свежею хоть до будущей весны. Птицу кладут в большую форму, точно такую, в
какой приготовляют мороженое, вертят ее и крепко замораживают; потом форму зарубают в лед, и, покуда он не пропадет в леднике, птица сохраняется так свежа,
как будто сейчас застрелена.
Я слышал, что около Петербурга чернозобики летят весной в баснословном множестве (
как и болотные кулики) и что один известный охотник убил одним зарядом восемьдесят пять куличков. Хотя мне сказывали это люди самые достоверные, но, признаюсь, не умею себе представить возможности убить одним зарядом такое множество чернозобиков. В Оренбургской губернии многие охотники их совсем не
знают.
— Когда и
как прилетают болотные куры — решительно ничего не
знаю и даже сомневаюсь, судя по их тихому, низкому и трудному полету, чтоб они могли выдержать дальнее путешествие.
Точно так же ничего положительно не
знаю,
как, когда и где выводят они детей.
Плохо хозяину, который поздно
узнает о том, что гуси повадились летать на его хлеб; они съедят зерна, лоском положат высокую солому и сделают такую толоку,
как будто тут паслось мелкое стадо. Если же хозяин
узнает во-время, то разными средствами может отпугать незваных гостей.
Весьма понятно, что там, где совокупление происходит на токах, на общих сборищах, — ни самцы, ни самки не могут питать личной взаимной любви: они не
знают друг друга; сегодня самец совокупляется с одною самкой, а завтра с другою,
как случится и
как придется; точно так же и самка.
Не
знаю,
как другие охотники, но я всегда встречал с восхищением прилет нырков и, в благодарность за раннее появление и радостное чувство, тогда испытанное мною, постоянно сохранял к ним некоторое уважение и стрелял их, когда попадались…
Сначала опаленные степи и поля представляют печальный, траурный вид бесконечного пожарища; но скоро иглы яркой зелени,
как щетка, пробьются сквозь черное покрывало, еще скорее развернутся они разновидными листочками и лепестками, и через неделю все покроется свежею зеленью; еще неделя, и с первого взгляда не
узнаешь горелых мест.
Обыкновенным образом стрелять журавлей очень трудно и мало убьешь их, а надобно употреблять для этого особенные приемы и хитрости, то есть подкрадываться к ним из-за кустов, скирдов хлеба, стогов сена и проч. и проч. также,
узнав предварительно, куда летают журавли кормиться, где проводят полдень, где ночуют и чрез
какие места пролетают на ночевку, приготовить заблаговременно скрытное место и ожидать в нем журавлей на перелете, на корму или на ночевке; ночевку журавли выбирают на местах открытых, даже иногда близ проезжей дороги; обыкновенно все спят стоя, заложив голову под крылья, вытянувшись в один или два ряда и выставив по краям одного или двух сторожей, которые только дремлют, не закладывая голов под крылья, дремлют чутко, и
как скоро заметят опасность, то зычным, тревожным криком разбудят товарищей, и все улетят.
Вышибить из стаи одним или двумя выстрелами несколько штук только в том случае, если местность позволит подкрасться из-за чего-нибудь к бродящей стае или если она налетит на охотника, который имел возможность притаиться в кусту, в рытвине, в овражке, в камыше или просто на земле, но для этого нужно, чтобы охотник
знал заранее, когда прилетают кроншнепы и на
каком любимом месте садятся, чтоб он дожидался их или увидел по крайней мере издали летящую стаю.
Я должен упомянуть, что
знал одного охотника, который уверял меня, что перепелки не улетают, а уходят и что ему случилось заметить,
как они пропадали в одном месте и показывались во множестве, но не стаей, в другом, где их прежде было очень мало, и что направление этого похода, совершаемого днем, а не ночью, по ею замечаниям, производилось прямо на юг.
Я совершенно незнаком с нравами лесных куропаток, даже один раз только в жизни видел их живых, но
знаю, что охотники стреляют их в глубокую осень в узерк, точно
как выцветших побелевших зайцев.
Вот мое предположение: клинтухи начинают лететь с севера на юг ранее, чем мы думаем, даже в феврале; но летят по ночам и высоко,
как многие породы дичи, почему никто о том не
знает; в больших стаях, вероятно, всегда есть усталые и слабые, которые отстают от станиц в продолжение дороги, где случится, и
как некуда более деваться, то поселяются до настоящей весны на гумнах: их-то так рано встречают охотники.
Один раз наловили деревенские мальчики множество подорожников лучками с сеткой; это случилось в январе; я насажал их с сотню в холодную комнату, и они жили благополучно до исхода марта, были очень жирны и вкусны: их всех употребили для стола, и потому не
знаю,
как стали бы они жить в теплом воздухе.
Неточные совпадения
Купцы. Так уж сделайте такую милость, ваше сиятельство. Если уже вы, то есть, не поможете в нашей просьбе, то уж не
знаем,
как и быть: просто хоть в петлю полезай.
Городничий (в сторону).О, тонкая штука! Эк куда метнул!
какого туману напустил! разбери кто хочет! Не
знаешь, с которой стороны и приняться. Ну, да уж попробовать не куды пошло! Что будет, то будет, попробовать на авось. (Вслух.)Если вы точно имеете нужду в деньгах или в чем другом, то я готов служить сию минуту. Моя обязанность помогать проезжающим.
Хлестаков. Право, не
знаю. Ведь мой отец упрям и глуп, старый хрен,
как бревно. Я ему прямо скажу:
как хотите, я не могу жить без Петербурга. За что ж, в самом деле, я должен погубить жизнь с мужиками? Теперь не те потребности; душа моя жаждет просвещения.
Как бы, я воображаю, все переполошились: «Кто такой, что такое?» А лакей входит (вытягиваясь и представляя лакея):«Иван Александрович Хлестаков из Петербурга, прикажете принять?» Они, пентюхи, и не
знают, что такое значит «прикажете принять».
Хлестаков. Черт его
знает, что такое, только не жаркое. Это топор, зажаренный вместо говядины. (Ест.)Мошенники, канальи, чем они кормят! И челюсти заболят, если съешь один такой кусок. (Ковыряет пальцем в зубах.)Подлецы! Совершенно
как деревянная кора, ничем вытащить нельзя; и зубы почернеют после этих блюд. Мошенники! (Вытирает рот салфеткой.)Больше ничего нет?