Стоицизм и буддизм — высокие типы нехристианских
нравственных учений — боятся страдания и учат, как избежать страдания, как стать к нему нечувствительным, как достигнуть бесстрастия.
С первых же времен апостолы и первые христиане до такой степени не понимают сущности учения Христа, что учат принимающих христианство прежде всего верить в воскресение Христа, в чудесное действие крещения, в сошествие святого духа и т. п., но ничего или очень мало говорят о
нравственном учении Христа, как это видно по всем речам апостолов, записанным в Деяниях.
Шаг этот в том, что все прежние религиозные и
нравственные учения о любви, признавая, как это и не могло быть иначе, благодетельность любви для жизни человечества, вместе с тем допускали возможность таких условий, при которых исполнение закона любви становилось необязательным, могло быть обойдено.
Неточные совпадения
— Я не могу вполне с этим согласиться, — отвечал Алексей Александрович. — Мне кажется, что нельзя не признать того, что самый процесс изучения форм языков особенно благотворно действует на духовное развитие. Кроме того, нельзя отрицать и того, что влияние классических писателей в высшей степени
нравственное, тогда как, к несчастью, с преподаванием естественных наук соединяются те вредные и ложные
учения, которые составляют язву нашего времени.
Но помощь Лидии Ивановны всё-таки была в высшей степени действительна: она дала
нравственную опору Алексею Александровичу в сознании ее любви и уважения к нему и в особенности в том, что, как ей утешительно было думать, она почти обратила его в христианство, то есть из равнодушно и лениво верующего обратила его в горячего и твердого сторонника того нового объяснения христианского
учения, которое распространилось в последнее время в Петербурге.
Но даже и тут Прудону удавалось становиться во весь рост и оставлять середь перебранок яркий след. Тьер, отвергая финансовый проект Прудона, сделал какой-то намек о
нравственном растлении людей, распространяющих такие
учения. Прудон взошел на трибуну и с своим грозным и сутуловатым видом коренастого жителя полей сказал улыбающемуся старичишке:
Эта сущность
учения среди моих
нравственных побуждений занимает почетное место.
Л. Толстой будет тоже проповедовать личное
нравственное совершенствование, но он не построит рабьего
учения об обществе, наоборот, он будет обличать ложь этого общества.