Неточные совпадения
После я
узнал, что мой отец и Княжевичи продолжали уговаривать мою мать отдать меня немедленно на казенное содержание в казанскую гимназию, убеждая ее тем, что теперь есть ваканция, а впоследствии, может быть, ее
не будет; но мать моя ни за что
не согласилась и сказала решительно, что ей надобно по крайней мере год
времени, чтобы совладеть с своим сердцем, чтобы самой привыкнуть и меня приучить к этой мысли.
Я
не знаю, как пошла бы моя жизнь дальше; но тут внезапно все переменилось; на третий день, во
время обеда, Евсеич подал мне записочку от матери, которая писала ко мне, что она стосковалась,
не простившись со мною как следует, и что она, отъехав девяносто верст, воротилась назад, чтоб еще раз взглянуть на меня хотя одну минуту.
Напрасно уверял меня дядька, что теперь распутица, что из Аксакова нельзя проехать в Бугуруслан (уездный город, находящийся в двадцати пяти верстах от нашей деревни), — я ничего
не хотел слушать; я хорошо
знал и помнил, что, несмотря ни на какое
время, каждую неделю ездили на почту.
Мать моя
не знала, что и делать; особенно пугало ее то, что во
время обморока показывались у меня на лице судорожные подергиванья и пена на губах, признак зловещий.
Директором гимназии точно был определен помещик Лихачев; но своекоштные ученики долго его и в глаза
не знали, потому что он посещал гимназию обыкновенно в обеденное
время, а в классы и
не заглядывал.
Товарищи ли мои были совсем другие мальчики, чем прежде, или я сделался другим —
не знаю, только я
не замечал этого, несносного прежде, приставанья или тормошенья учеников; нашлись общие интересы, родилось желание сообщаться друг с другом, и я стал ожидать с нетерпением того
времени, когда надо ехать в гимназию.
Третью причину я
узнал впоследствии: мать моя хотела, чтобы все
время, свободное от ученья, на праздниках зимней вакации, я проводил с нею, а
не в семействе жены Ивана Ипатыча.
Я
знал, что Григорий Иваныч
не прекратит своих занятий со мной и отнимет у меня много
времени; к тому же мне показалась неприятною его скрытность.
За несколько дней до возвращения моего с Григорьем Иванычем из Аксакова, когда в гимназии собрались уже почти все ученики, какой-то отставной военный чиновник,
не знаю почему называвшийся квартермистром, имевший под своею командой всех инвалидов, служивших при гимназии, прогневался на одного из них и стал его жестоко наказывать палками на заднем дворе, который отделялся забором от переднего и чистого двора, где позволялось играть и гулять в свободное
время всем воспитанникам.
Воспитанникам, назначенным в студенты,
не произвели обыкновенных экзаменов, ни гимназических, ни университетских, а, напротив, все это
время употребили на продолжение ученья, приготовительного для слушанья университетских лекций;
не знаю, почему Григорий Иваныч, за несколько дней до акта, отправил меня на вакацию, и мы с Евсеичем уехали в Старое Аксаково, Симбирской губернии, где тогда жило все мое семейство.
Я
не знаю, какая была тому первоначальная причина, и сам очень бы желал уяснить себе эту перемену; правда, несколько ничего
не значущих неудовольствий поселяли на
время некоторую холодность между нами, но без постороннего участия, без каких-нибудь посторонних влияний они никак
не могли бы произвести таких важных последствий, каких никто
не мог ожидать.
Я
не стану распространяться о том, как устроивала свое городское житье моя мать, как она взяла к себе своих сестер, познакомилась с лучшим казанским обществом, делала визиты, принимала их, вывозила своих сестер на вечера и на балы, давала у себя небольшие вечера и обеды; я мало обращал на них внимания, но помню, как во
время одного из таких обедов приехала к нам из Москвы первая наша гувернантка, старуха француженка, мадам Фуасье, как влетела она прямо в залу с жалобою на извозчиков и всех нас переконфузила, потому что все мы
не умели говорить по-французски, а старуха
не знала по-русски.
Неточные совпадения
Гм! гм! Читатель благородный, // Здорова ль ваша вся родня? // Позвольте: может быть, угодно // Теперь
узнать вам от меня, // Что значит именно родные. // Родные люди вот какие: // Мы их обязаны ласкать, // Любить, душевно уважать // И, по обычаю народа, // О Рождестве их навещать // Или по почте поздравлять, // Чтоб остальное
время года //
Не думали о нас они… // Итак, дай Бог им долги дни!
Что думал он в то
время, когда молчал, — может быть, он говорил про себя: «И ты, однако ж, хорош,
не надоело тебе сорок раз повторять одно и то же», — Бог ведает, трудно
знать, что думает дворовый крепостной человек в то
время, когда барин ему дает наставление.
Старуха задумалась. Она видела, что дело, точно, как будто выгодно, да только уж слишком новое и небывалое; а потому начала сильно побаиваться, чтобы как-нибудь
не надул ее этот покупщик; приехал же бог
знает откуда, да еще и в ночное
время.
Это займет, впрочем,
не много
времени и места, потому что
не много нужно прибавить к тому, что уже читатель
знает, то есть что Петрушка ходил в несколько широком коричневом сюртуке с барского плеча и имел, по обычаю людей своего звания, крупный нос и губы.
Но так как все же он был человек военный, стало быть,
не знал всех тонкостей гражданских проделок, то чрез несколько
времени, посредством правдивой наружности и уменья подделаться ко всему, втерлись к нему в милость другие чиновники, и генерал скоро очутился в руках еще больших мошенников, которых он вовсе
не почитал такими; даже был доволен, что выбрал наконец людей как следует, и хвастался
не в шутку тонким уменьем различать способности.