Неточные совпадения
Призадумался честной купец и, подумав мало ли, много ли времени, говорит ей таковые слова: «Хорошо, дочь моя милая, хорошая и пригожая, достану я тебе таковой хрустальный тувалет; а и есть он у дочери короля персидского, молодой королевишны, красоты несказанной, неописанной и негаданной: и схоронен тот тувалет в терему каменном, высокиим, и стоит он
на горе каменной, вышина той горы в триста сажен, за семью дверьми железными, за семью
замками немецкими, и ведут к тому терему
ступеней три тысячи, и
на каждой
ступени стоит по воину персидскому и день и ночь, с саблею наголо булатного, и ключи от тех дверей железныих носит королевишна
на поясе.
Неточные совпадения
Призадумался честной купец и, подумав мало ли, много ли времени, говорит ей таковые слова: «Хорошо, дочь моя милая, хорошая и пригожая, достану я тебе таковой хрустальный тувалет; а и есть он у дочери короля персидского, молодой королевишны, красоты несказанной, неописанной и негаданной: и схоронен тот тувалет в терему каменном, высокиим, и стоит он
на горе каменной, вышина той горы в триста сажен, за семью дверьми железными, за семью
замками немецкими, и ведут к тому терему
ступеней три тысячи, и
на каждой
ступени стоит по воину персидскому и день и ночь, с саблею наголо булатного, и ключи от тех дверей железныих носит королевишна
на поясе.
Когда мы спустились по последним
ступеням, Дюрок взял от Попа длинный ключ и вставил его в
замок узорной железной двери; она открылась
на полутемный канал с каменным сводом.
Старухи и мальчик, увидев в сумраке что-то двигающееся, от страха почли его за привидение или зверя и что было мочи побежали в противную от
замка сторону. Отчаяние придало Густаву силы, он привстал и, шатаясь, сам не зная, что делает, побрел прямо в
замок.
На дворе все было тихо. Он прошел его, взошел
на первую и вторую
ступень террасы, с трудом поставил ногу
на третью — здесь силы совершенно оставили его, и он покатился вниз…
Он не спеша отпер
замок, отодвинул засов и стал спускаться в погребицу, в которую вели пять каменных
ступеней, затворив за собой дверь. Потревоженный стуком отпираемой и затворяемой двери и шорохом человеческих шагов, волк заметался
на цепи, завыл и залаял, но среди этого гама до слуха Кузьмы Терентьева донесся и человеческий стон и даже голос, произнесший: