Грязная Земля. Том 1

Юрий Викторович Окольнов, 2023

Нелегко умному подростку в наши дни. Буллинг, бедность, хулиганы. Любовь, ревность, интриги. Проблемы экологии, шовинизм, загадочные инопланетяне…Одно спасает – ты не такой, как все.Читайте первую книгу о приключениях обычных старшеклассников с необычными талантами!

Оглавление

Алиса и бывшая

Когда Алиса выскочила на улицу, мама уже прогрела машину и подвела её к подъезду. Несмотря на относительно раннее утро, на скамье рядом уже невероятным образом нарисовались две старушки. При их виде Алиса, уже насупленная, ещё больше напряглась. А старушки — наоборот — словно бы приподнялись, прицельно сузили глаза и изготовились к прыжку. Голодными глазами оглядели нарядные блузку, брючки, курточку, рюкзачок — и чуть осклабились, словно готовясь выдать низкий социальный рейтинг.

В принципе, Алиса осознавала, что бабки могут не любить её за дело. В детстве Алиса имела активную социальную позицию — начиная от рисования на обоях, продолжая мелкими диверсиями на чужих огородах и заканчивая драками с мальчишками во дворе. Но Алиса принимала себя как есть — то есть, чихала на чужое порицание. Однако, родители напрягались, когда старушки им ябедничали. Ну и сама Алиса всё же была живым человеком, и подростковый организм иногда неожиданно реагировал на поведение других людей.

Алиса ускорилась и опустила глаза в землю, инстинктивно избегая дополнительного стресса.

— Здрасте, — невнятно буркнула она.

— Совсем вежеству не обучена! — с наслаждением прошептала ехидная Глафира Семёновна. — Не здоровается со старшими!

Так “тихонько” прошептала, что даже мама в урчащей машине покраснела.

— Да уж, девки нонче совсем бесстыжие! — откликнулась Фёкла Порфирьевна, мыслившая более глобально. — Не то, что мы в свое время!

И они обе благодушно осклабились, вспоминая, как лихо отплясывали на послевоенных танцплощадках, а потом из-за них дрались оглоблями танкисты с трактористами.

Алиса же лишь молча села в машину, кинула им неприязненный взгляд, но ощутила, что перестала быть целью — и выбросила бабок из головы.

Всю дорогу до школы Алиса сидела гордо насупившись, поэтому мама решила её приободрить:

— Не грусти, сейчас друзей своих увидишь. С Лизой наконец наболтаетесь обо всём!

— Если она мне до сих пор подруга, — не выдержала, наконец, Алиса. — Она мне всё лето не отвечала!

— Ну я тоже в молодости не любила письма писать. Это ж так долго и неудобно! То ли дело глаза в глаза, взявшись за руки секретничать…

Глаза мамы затуманились, она чуть улыбнулась, мечтательно глядя вдаль. Алиса не стала объяснять, что не отвечать подруге в век Интернета, СМС и смартфонов — это совсем не то, что не найти для письма заточенное перо, засушенную лилию и рифму про “жду ответа, как соловей лета”. Не поймёт мама, будет поддерживать и успокаивать, как маленькую. Нет уж, не надо!

Алиса выскочила из маминого “Матиса” за сто метров до школы и, поморщившись от запаха выхлопов, влилась в разреженный поток учащихся уже пешком. Маме маленькая машина очень нравилась — и недорого, и парковаться-разъезжаться в точечной застройке легче. Но Алиса немного стеснялась оценивающих взглядов сверстников. Это же не мнение старых кошёлок, это важно! Мажоры и мажорки будут язвить, подкалывать. Сын мэра Лисюкова Пахан наверняка про «Матис» что-то скабрезное ляпнет, как обычно.

То ли дело папин внедорожник!.. Мощный рычащий зверь, гроза просёлочной грязи, пусть и подержанный. Алисе тоже хотелось такую машину. Точнее — такой мотоцикл! Чтобы так же рычал, чтобы нестись по дорогам и ухабам!

“И чтобы волосы развевались, а я стреляла из лука в закат!” — пошутил папа, когда Алиса с горящими глазами рассказала ему эту свою мечту. Однако на саму идею мотоцикла он ответил категорическим отказом: “Хочешь сломать себе шею — пожалуйста, но не за мой счёт. Не хочу потом всю жизнь себя корить за такой подарок.”

Алиса попыталась сделать папе щенячьи глаза, но он погладил её по голове и сказал: “Ты такая у меня милашка выросла! Давай лучше купим тебе пони? Вы так мило будете вместе смотреться!”

Алиса тогда плюнула (про себя) и ушла. Не понимают предки, как душа рвется к свободе… Зато папа с мамой пошушукал и купил ей новый горный велосипед. Двухподвесный, рама карбон, ярко-красный — под цвет волос. Алиса приняла его с холодным лицом, но друзья обзавидовались. И потом она на нём так гоняла по лесным холмам, что аж дух захватывало.

Кстати, вышеупомянутому сыну Пахану мэр Лисюков этим летом подарил мотоцикл Харлей-Дэвидсон. Пахан безмерно гордился, позировал, как крутой байкер, и носился по городу, как безумный хорёк. Целых два дня носился, пока не повстречался с фонарным столбом. К счастью, обошлось без жертв. Разве что — Пахан потом неделю садиться не мог. Ходили слухи, что мэр его ремнем выдрал… Но мало кто, конечно, осмеливался уточнить это лично у Пахана. Только за спиной хихикали. Выдранной.

Мотоцикл только вот жалко. И зачем такому дураку достался?

Но сейчас всё это было уже не так важно, потому что Алиса осознала — нефть и бензин убивают природу. Она всегда любила и жалела животных. И то, что случилось этим летом — заставило её буквально возненавидеть нефтяную индустрию…

— Алиска, привет! — сзади раздался голос Лёшика.

Она остановилась и обернулась. Настроение приподнялось и она улыбнулась. Сзади её нагоняли друзья. Впереди спешил пухлый энергичный паренёк Алексей среднего роста, которого друзья звали Лёшик, хотя он просил называть его Элессар — по-эльфийски. Его длинные русые волосы были собраны в простой хвост на затылке.

С ним был Петя — коренастый, среднего роста, сероглазый, русоволосый. Он не стал кричать, лишь одарил Алису застенчивым взглядом и что-то невнятно пробормотал. Лёшик пришёл пешком, а Петя вёл старый велосипед-универсал. Ещё советский, наверное. Впрочем, надежная стальная рама — это хорошо, хотя Петя и стеснялся каждый раз при виде ало-карбонового велодруга Алисы. “Изменённый углерод, который мы заслужили” — съязвил он тогда, но было видно, что Петя в очередной раз расстроился бедности своей семьи.

— Лизу ещё не видела? — быстро пробормотал Петя, глянув на Алису и опустив глаза.

Говорил он быстро и неразборчиво, а когда стеснялся или смущался — то его совсем было сложно понять.

— Нет, и на СМС мне опять не ответила, — Алиса вздохнула, нахмурилась и огляделась.

Они были уже у ограды школы. И Лизу пока не встретили. Школьники медленно собирались в толпу на плацу перед школой. На крыльце школы тусовались трио местных Mean Girls Изольда и её подпевалы Дарина и Анжелика. Накрашенные, одетые с иголочки, стильно и дорого, они смотрелись, как будто уже вышли на работу, причем не в ту смену. Белокурая голубоглазая Изольда лениво, но внимательно оглядывала толпу. Заметив Алису и друзей, Изольда с презрительным лицом что-то сказала подругам. Те тоже поглядели в их сторону и послушно захихикали. У Алисы дернулась щека и она отвернулась к друзьям.

Пойдёмте на линейку, там, может найдёмся. — заявила она и шагнула вперед.

Они прошли внутрь ограды школы и встали на краю толпы. Алиса опять обернулась к улице, и её взгляд словно прикипел к одной точке. Её сердце застучало сильнее, а на щеках появился румянец, подчеркнувший веснушки.

К школе подошел высокий, мускулистый и привлекательный молодой голубоглазый блондин в джинсах и джинсовой куртке. Короткие волосы были пострижены просто и не модно — но ему шло. Его рубашка была небрежно незастегнута, а рюкзак легко болтался на крепком плече.

Петя глянул на Алису, тоже оглянулся и ревниво нахмурился. Снова глянул на Алису, открыл рот и закрыл.

— Кирилл, приветик! — прямо за блондином, словно из ниоткуда, появилась девушка.

Стройная, спортивная жгучая брюнетка с серыми глазами, симпатичная, ярко накрашенная. Джинсовые юбка и топ, стильный рюкзачок со стразами. Но не это заставило Алису и Петю застыть, раскрыв рот.

Кирилл обернулся — а девушка, легко и непринужденно сократив дистанцию, закинула руки ему на плечи и впилась в губы поцелуем. Кирилл этого не ожидал, дёрнул руками, но не стал сопротивляться и обнял девушку, положив руку ей на попу и даже, вроде бы, чуть сжал. Девушка прекратила поцелуй, игриво шлепнула ладошкой по широкой ладони Кирилла и вдруг бросила внимательный, глубокий взгляд в сторону Алисы и Пети. В её глазах мелькнули самые разные эмоции. Страсть, зависть, ревность, вызов.

— Увидимся после линейки! — пообещала девушка Кириллу.

И быстрой походкой рванула вперед. Гордо задрав нос, чуть виляя бедрами, она прошла в пяти метрах от друзей, не глядя на них, и направилась прямиком к Изольде.

— О, а вот и Лиза, вы заметили? — проснулся Лёшик.

Алиса же с Петей ошарашенно следили за тем, как Лиза подошла к Изольде:

— Привет. Местечко найдётся?

Та оглядела её пристально, сложив руки на груди и чуть презрительно бросила:

— Раскрасила свои космы?

Подружки захихикали. А Лиза хладнокровно ответила:

— Ага. Теперь я тоже сучка крашеная.

Дарина с Анжеликой переглянулись шокировано и прыснули уже искренне. Впрочем, сразу осеклись и испуганно глянули на Изольду.

Мало кто уже помнил, что полгода-год тому назад Изольда тоже покрасила свои волосы в тёмный цвет. Ненадолго — но было такое, было…

Изольда хмыкнула, ещё раз смерила взглядом Лизу. В её глазах появился проблеск оценивающего интереса. Она сделала легкий приглашающий жест рукой. Подружки выдохнули, Лиза ступила вперед, и трио превратилось в квартет.

— Кто-то за лето обрёл свой крюк, — ляпнул Петя.

Алиса ошарашенно перевела взгляд на него. В уголках её глаз появилась влага:

— Что?

— Говорю, Гермиона сильно изменилась за лето, — попытался пояснить Петя с улыбкой.

Впрочем, он сразу стушевался и испугался, заметив у Алисы подступающие слезы:

— Ты как?

Алиса поняла, что её выражение видят все, отвернулась, утерла рукавом глаза и хлюпнула. Обернулась, выпрямилась гордо:

— Нормально. Всё ок.

Но не удержалась, кинула страдальческий взгляд исподлобья на проходящего мимо Кирилла:

— Привет, ботаны, — тот махнул им рукой и чуть улыбнулся. — До встречи на физре!

— Ха-ха, — с кислой улыбкой ответил Лёшик. — До встречи на геометрии!

Кирилл не ответил, лишь криво улыбнулся ответной подколке. Он двинулся к Лизе и Изольде. Похоже, ему тоже хотелось обсудить и понять произошедшее. Алиса глянула ему вслед и её лицо снова напряглось. Петя поднял руку, собираясь успокаивающе положить её Алисе на плечо, застыл, дернулся и опустил обратно — постеснялся.

— Привет, бледнолицые!

К друзьям подошел Рафик — худощавый, невысокий, чуть сутулый, смуглый паренёк со слегка раскосыми глазами и в очках. Он был единственным ребенком семейной пары таджиков (или узбеков?), осевших в их родном Бурильске лет пять назад. Сам Рафик при этом хорошо учился и прилично говорил по-русски. Разве что — иногда выговаривал слова слишком медленно и старательно.

— Здорово, желтокожий вождь! — с ехидной улыбкой ответил Петя и подал руку.

Это с Алисой и другими девчонками Петя смущался и терялся, а с друзьями — шутил много. Иногда удачно, иногда нет. “Мимикрирую и подстраиваюсь” — как он однажды пояснил Алисе в приступе откровенности.

На крыльцо школы вышел директор Душевский — костлявый мужчина с нездоровым желтоватым оттенком кожи, а за ним и учителя. Директор сделал куртуазно-вежливый жест рукой и Изольда с подругами царственно сошла с крыльца, встав неподалеку.

— Начинаем торжественную линейку, — объявил директор. — Вначале подъем флага России и гимн! Желающие могут подпевать!

Желающие были. Певцы школьного хора, большинство учителей, ну и младшеклассники некоторые. Старшеклассники, в основном, держались независимо, кто-то перешептывался. Хотя — отличники всё же подпевали. Рафик негромко пел. И Петя тоже. Он давно не ходил в школьный хор, но петь любил. Алиса, зная, что ей белый медведь на ухо наступил, стояла с независимым видом, лишь иногда кидая смурные взгляды на Лизу и стоящего рядом с ней Кирилла.

Гимн закончился, выступил директор, за ним некоторые учителя. Школьники зевали, но держались. Всё же, лучше линейка, чем урок. Наконец, Душевский объявил учебный год официально начатым и позвал всех в школу. Первыми пошли самые мелкие, ну а старшеклассники, конечно, не торопились.

— Не успели на Душного, без нас он душил… — услышала Алиса позади и скривилась.

— Пошли в школу уже, — громко сказала она, не желая дослушивать шуточку Пахана.

Сзади раздался гогот Вадика, которому полная версия шутки, очевидно, зашла. Но громкий голос Алисы привлек внимание Пахана, и он среагировал:

— Эй, ботаны, а ну, чтобы хорошо учились! А то на работу не возьму через год! — и уже более угрожающим голосом. — В глаза смотреть, когда с вами начальство говорит!

Друзья нехотя обернулись навстречу Пахану. Алиса стояла прямо и смотрела с вызовом. Петя чуть сжался и чуть опустил плечи. Лёшик нервничал, у него дергался глаз. Рафик стоял с расслабленным спокойствием, глядя в землю. Он знал главное правило общения с агрессивными животными: не смотреть им в глаза, ведь они могут воспринять это как вызов на бой.

А перед ними была стая ещё тех агрессивных животных — “банда” Пахана, а точнее — Паши Лисюкова, сына мэра.

Незнакомому наблюдателю, в первый раз увидавшему банду, вначале почти всё поле зрения занимал здоровенный бугай Владимир, которого Пахан звал в зависимости от настроения “Боб” или “Бобик”. В переходном возрасте Боб злоупотреблял качалкой и стероидами, поэтому теперь выглядел как Халк — разве что, не зелёный. Спокойный, но мрачный, с тяжёлым лицом — Бобик был самим воплощением скрытой угрозы. Хотя, пожалуй, был самым безопасным в банде.

Когда глаз наблюдателя привыкал к малоподвижному Бобику и начинал скучать, то взгляд реагировал на движение и цеплялся за энергичного кикбоксера Вадика. Тот который крутился вокруг Бобика туда-сюда, словно заводной апельсин. Вадик был среднего роста, спортивный, жилистый, но не мощный — зато быстрый, ловкий и опасный на ринге и в подворотне. Тренер как-то назвал его “наш Мухамед Али”, ну а Пахан потом звал просто “Муха”.

Сам Пахан слегка терялся на фоне примечательных миньонов. Коренастый, с пузиком, среднего роста — он вполне мог бы вписаться в компанию Алисы, Пети, Лёшика и Рафика. Но жизнь подарила ему отца, ставшего мэром и бросившего мать. И его судьба изменилась навсегда…

— Вот так-то! — довольно подчеркнул Пахан, не придумав больше ничего остроумного.

Он двинулся вперед. Друзья спешно расступились, в основном реагируя на айсбергоподобное движение громилы Бобика. Пахан следовал за этим своим танком, а Вадик крутился вокруг — и неловкий Лёшик получил от него локтем под ребро, не успев сдвинуться с дороги.

— Козёл, — тихо выдохнул Лёшик, охнув.

Но Вадик услышал. Резко обернувшись, он недобро оскалился, глядя на друзей:

— Ты чо сказал? Кто чо сказал?

Он быстро обшаривал их лица внимательным взглядом. Друзья опустили глаза.

— Козёл ты, говорю, а не Муха, — сделала шаг вперед Алиса, сжав кулаки и напрягшись.

Вадик сплюнул. С девкой драться — себя не уважать, пацаны засмеют. Пахан, обернувшийся было с интересом, хохотнул и снова двинулся в школу. Вадик погрозил друзьям указательным пальцем, изображая пистолет, и поспешил за своим боссом.

Пахан же подошел к Изольде, стоящей у крыльца с отстранённо-холодным лицом, и осклабился:

— Ба, кого я вижу! Такие красотки и без охраны!

Изольда ответила непроницаемым взглядом, но всё же повернулась к нему. Лиза с Кириллом уже ушли — отметила Алиса, ощутив укол в сердце. Два укола.

— Изольда, ты мне должна один танец с летнего бала, помнишь? — развязно подмигнул Пахан.

— Времена изменились, Павлуша, — равнодушно ответила Изольда. — Улетело твоё счастье. Теперь, вон, с Бобиком танцуй. И с Мухой. Танго втроем.

Анжелика и Дарина захихикали. Пахан поморщился, но снова заулыбался:

— Да ладно тебе, Изя! Ты же мне тогда обещала приватный танец. Такие обещания надо держать. Долг есть долг!

Дарина и Анжелика наморщили носики и переглянулись. Изольда почему-то очень не любила, когда её звали “Изя”. Может быть, слышала в этом неприятный намёк, что она easy. А может — имела что-то против евреев. В общем — лед треснул и Изо льда проступил оскал:

— Какой тебе нахрен долг? Я скорее вон с джамшутом приватно станцую, чем с тобой! — и она, не глядя, кивнула в сторону Рафика. — Так что вали, танцуй соло… Писюков!

Изольда отвернулась и широкими шагами двинулась в школу. Анжелика и Дарина захихикали и поспешили вслед.

Вокруг раздались смешки. Пахан побагровел. Его кулаки сжимались и разжимались. Он оглянулся в поисках жертвы, на которой можно было бы сорвать злобу. Бобик с туповатым лицом смотрел в небо. Вадик злобно глядел вслед девушкам. Но рядом были ещё и ботаны.

Алиса успела напустить на лицо безразличие. Петя и Лёшик опустили хихикающие лица и спрятались в толпе. А вот Рафик замешкался. С задумчивой улыбкой он смотрел вслед Изольде. Бесправный, нищий, слабый. Идеальная жертва.

— Эй ты! Какого хрена на белых женщин пялишься! — невпопад заорал Пахан, накручивая себя. — Охренел, черножопый?

Быстрее всех сориентировался Вадик. Он мухой подскочил к Рафику, ухватил того за ворот старой рубашки и поднес кулак к носу, глядя на Пахана. На лице Вадика было жестокое предвкушение. Алиса, Петя и Лёшик остолбенели и замерли. Рафик застыл в изумлении. На его лице проступили недоумение и запоздалый страх.

— Держи его, — запоздало скомандовал Пахан, оглянувшись на Изольду.

Но та уже ушла, не оборачиваясь. Он сплюнул и подошел к Рафику:

Тащи его за угол, там поговорим с уродом. — добавил Пахан, оглядевшись.

Вокруг стояли остальные старшеклассники и внимательно наблюдали за сценой. Кто-то из обеспеченных достал смартфон.

— Вы охренели? — с возмущением сказала Алиса.

По сути, она нарушила неписанное правило разборок — девочки молчат в тряпочку, когда мальчики меряются рогами. Но Алиса никогда не могла стерпеть подобного. И если бы под рукой оказался кирпич — Вадику с Паханом бы не поздоровилось. Однако кирпича на ухоженном плацу не было, да и Пахан был слишком высокоуровневой целью.

Подошёл Бобик, перехватил у Вадика ворот Рафика, и без усилия потащил в сторону от крыльца. Рафик захрипел.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я