Глава 6
К замку мы подъехали в сумерках, спустя не менее пяти часов, не через три часа, как планировали. Моя нижняя часть спины, ноги и руки отваливались от напряжения. Я с трудом понимала, как буду сползать с лошади. Да, сползать, спрыгнуть или слезть я точно уже не смогу — сил не хватит.
Когда подъехали к замку, на улице уже стемнело, и разглядеть его мне не удалось, выглядел он как одно большое пятно с башнями. Его окружали каменные стены высотой около двух с половиной метров, ворота, кажется, были железными.
До ворот нам оставалась всего около трёх метров, но неожиданно они начали открываться, хотя я не видела и не слышала, чтобы мсье Аллистер подал какой-то знак — либо пропустила это, либо замок охраняют и нас встречали. Въехав в ворота, я не стала рассматривать двор — на улице окончательно стемнело, и смысла в этом не было. В конце концов, рассмотреть двор можно и позже, а вот в самом замке нас встречали. Посредине холла или гостиной, как это помещение здесь называется, стояла женщина, на вид лет сорока пяти, худая высокая брюнетка, волосы которой были туго завязаны на затылке в шишку. Одета она была в длинное платье некрасивого коричневого цвета. Знаете, есть красивый тёплый коричневый цвет, как шоколад, как кофе с молоком, а есть такой как… не будем называть что, в общем, неприятный. Платье как у чопорной гувернантки в Средние века с длинным рукавом и застёгнуто под горло. Больше ничего, ни одной выделяющейся детали. А её лицо напоминало героя из детского фильма «Королевство кривых зеркал», Нушрока — такое же вытянутое, недовольное, с длинным носом. Судя по её взгляду — ей, я не понравилась. Что же, взаимно.
Рядом с этой дамой стояла полная её противоположность: невысокая полная женщина лет шестидесяти, светло-русые волосы были убраны под чепец, лицо круглое, улыбчивое. Лицо этакой доброй матушки, которой все ходят поплакаться на свою тяжёлую жизнь. И если первая стояла, вытянув руки вдоль тела, то руки круглолицей женщины не переставая теребили передник. Платье на ней было такого же цвета, только несколько пуговок у горла оказались расстёгнутыми, и на темном фоне выделялся передник грязно-белого цвета.
После доброй матушки, следующей на очереди, стояла девушка до двадцати пяти лет, среднего рост, стройная, с хорошей фигурой. Платье того же буро-коричневого цвета. Светлые волосы также убраны под чепец, на личико милая, с большими раскосыми глазами.
И среди всего этого цветника стоял мужчина, длинный, худой, цвет волос сложно определить, так как был полностью седым. Удивительно, но здесь произошёл сбой по цветовой гамме, и одет он был в костюм синего цвета. Обычные брюки и удлинённый пиджак или ливрея. Внешностью чем-то напомнил мне актёра из фильма «Формула любви», который играл графа Калиостро, — такой же невозмутимо-спокойный, кажется, его уже ничем не удивишь.
Распределить эту четвёрку можно было так: чопорная дама — экономка, добрая матушка — кухарка, девушка — горничная, Калиостро — дворецкий. Интересно, угадала? Что скажет мсье Аллистер?
— Ваша Светлость, разрешите представить вам служащих замка Данклав.
— Грета, — чопорная дама, присела в реверансе, — экономка этого замка.
— Алма, — тоже попыталась изобразить реверанс добрая матушка, — кухарка.
— Салли — старшая горничная, — ошибочка, не угадала: девушка оказалась старшей горничной.
— Бертран — дворецкий.
— Всем добрый вечер, приятно познакомиться, — продолжать разговор не видела смысла, всё завтра. — Прошу вас, проводите меня в мою комнату. Уже поздно, все устали, вопросы по управлению замком, мы можем обсудить завтра.
Последние мои слова были обращены к экономке — таким мадам надо сразу показывать, кто главный. А то будешь потом в уборную только после ее разрешения ходить.
— Конечно, Ваша Светлость. Разрешите проводить, а Салли вам поможет привести себя в порядок.
Попрощавшись кивком со всеми остальными, я вслед за Гретой направилась в сторону лестницы. Рассматривать обустройство замка не было никаких сил и желания. Сейчас я мечтала только об одном: принять ванну и спать. От усталости даже есть не хотелось.
Поднявшись на второй этаж, Грета открыла дверь комнаты и, не заходя в неё, пропустила меня зайти первой.
Блин, страшно, вдруг из-за угла по голове прилетит, но делать нечего — заходим. Уфф… на этот раз обошлось без членовредительства. Следом за мной в комнату вплыла экономка, за ней прошла Салли. В комнате я огляделась: итак, три двери неизвестно куда ведут, два окна зашторенных, у стены красивый комод светлого дерева, далее кровать, высокая и большая, как я люблю, балдахина нет — ура! У кровати небольшие коврики с обеих сторон и прикроватные тумбы, на одной из них стоял графин и стакан. У окна располагался чайный столик и два кресла, в комнате было светло. На стенах и потолке прикреплены шары размером с кулак, которые излучают свет. Память Вилии тут же подсказывает, что эти шары магические и их надо периодически заряжать, но нечасто, достаточно одно раза в три года. Отличные лампы!
— Ваша Светлость, я распоряжусь принести для вас ужин.
— Спасибо, ужин приносить не надо. Сейчас мне нужна только ванна.
— Хорошо, Салли приготовит.
— Тогда не буду вас задерживать, Грета, можете идти.
— Благодарю.
Как только экономка вышла, Салли отмерла:
–Ваша Светлость, разрешите проводить вас в ванную комнату.
— Да, пожалуйста. И Салли, обращайся леди Вилия, а то пока ты выговоришь «Вашу светлость», времени много уйдёт.
— Слушаюсь, Ваша Светлость леди Вилия, — улыбнулась Салли.
Девушка мне понравилась, надеюсь, в этом мире меня не покинула интуиция определять людей, и зла от девушки я не увижу. А пока стоит подружиться хотя бы с одним человеком в этом замке.
Салли открыла одну из дверей, за которой оказалась ванная комната. И она была прекрасна: большая, из светлого мрамора или чего-то похожего на него. Посередине комнаты было углубление, мини-бассейн, к нему-то и подошла девушка, включая воду, которая бежала из крана с двумя вентилями. И унитаз, стоящий в одном из углов, тоже был похож на унитаз моего мира. У одной из стен стояла большая тумба с раковиной, над ней зеркало с полками, заставленные стеклянными бутылочками различной формы и содержания. Рядом шкаф, из которого Салли достала большое полотенце и халат. У бассейна установили лавку с мягким сиденьем. Пока я осматривалась, вода в ванну уже набралась, а девушка у края ванны расставила миски и баночки с жидкостями.
— Разрешите, я помогу вам раздеться, — предложила Салли, но представив, как она снимает с меня платье, а под ним завязанные верёвкой в три узла мужские штаны, мне стало смешно.
— Салли, помоги расшнуровать платье и расскажи, что находится в этих мисках и бутылочках. А после можешь быть свободна.
— Слушаюсь, Ваша Светлость, — и принялась ловко распутывать шнуровку сзади на платье, походу объясняя, что находится в мисках.
Как оказалось, в одной из чаш, самой большой, находилось жидкое мыло, в другой шампунь. Масло для тела стояло на полке у раковины. Можно было выбрать аромат, который мне по душе. Отлично, с этим разобрались.
Как только Салли закончила с платьем, я напомнила, что она может быть свободна. Провожая Салли к выходу из комнаты, я преследовала определённую цель — запереть дверь в комнату и проверить, куда ведут ещё остальные две. Хотелось создать хотя бы видимость безопасности, и по возможности спокойно провести ночь.
— Ваша Светлость, простите меня, пожалуйста, за дерзость. Но разрешите принести вам сорочку для сна, вы прибыли без багажа, а у предыдущей герцогини, матери герцога Адре, сохранилось много одежды, которую она так и не надела. Размер, я думаю, должен вам подойти.
— Буду благодарна, Салли.
Я как-то не подумала об этом. И завалилась бы спать голышом, как привыкла. Надо отвыкать, ты не дома.
Салли, получив разрешение, буквально выбежала из комнаты, и не прошло трёх минут, как вернулась, неся в руках ночную рубашку, судя по её длине, до пола. Интересно, как я буду в ней спать? Сон у меня беспокойный, и к утру эта самая сорочка соберётся комком у меня подмышками.
Еще раз поблагодарив девушку, отчего у неё на лице появилась счастливая улыбка, и пожелав ей добрых снов, проводила её из комнаты.
Так, с чего начать? Проверим двери: за одной, понятно, ванная, открываем следующую — это, судя по всему, гардеробная — большая комната с полками, штангами под плечики и большим зеркалом. Сейчас она была пустой, и было видно, что дополнительных выходов из неё нет.
За третьей дверью оказалась ещё одна комната с кроватью и дверями. Это наверняка смежная комната с мужем, заходить в неё не стала. Закрыв дверь, подпёрла её креслом, оказавшимся довольно тяжёлым, так что пришлось его тащить волоком. С дверьми разобрались, теперь окна. Окна были закрыты на засов, и это радовало, у одного окна была дверь с выходом на балкон. Разглядывать, что на нём, я не стала — всё завтра. Просто убедилась, что эта дверь заперта, и быстро направилась в ванну, зайдя в неё и выдохнув, повернулась к зеркалу.
Было странно и волнительно: мне сорок лет, и я не знаю, как выгляжу. Почему-то в воспоминаниях Вилии свою новую внешность я не видела. При осмотре комнаты, проходя мимо зеркал, я умышленно старалась не смотреть в отражение. Но как ни оттягивай этот момент, пора уже познакомиться. Ну вот, немного смелости, и я смотрю на своё отражение.
— Здравствуй, Вилия, а ты красивая, — в зеркале отражалась девушка лет восемнадцати. Немного чумазая, с тёмными кругами под глазами, но это её не портило. Ростом, как и я в прошлой жизни, около сто шестидесятая пяти сантиметров. Вес в норме, от пятидесяти до шестидесяти. На лице большие глаза в обрамлении густых тёмных ресниц. Такие же тёмные брови, не соболиные, но и не ниточки. Аккуратный носик, пухлые губы. И да, я действительно стала блондинкой с косой до попы.
Чтобы рассмотреть фигуру, доставшуюся мне в наследство, принялась раздеваться, сбросив с плеч платье, за ним что-то похожее на комбинацию, которая, видимо, относилась в этом мире к нижнему белью. Следом после того как я распутала морские узлы, на пол сползли штаны и миленькие бабушкины панталоны. Снова стала разглядывать себя в зеркале. Фигурка у меня что надо, я, конечно, не уверена, но похоже на навязанный эталон моего прошлого мира. Высокая грудь третьего размера, тонкая талия, круглые бёдра. От меня прошлой — ничего. Я, конечно, была не модельной внешности, но тоже была красивой. Фигура скорее спортивного телосложения, без ярко выраженной талии, и грудь была меньшего размера, но зато я была подтянутой, без грамма лишнего жира. Приятным бонусом оказался размер ноги — у Вилии ножка была небольшой, скорее, тридцать седьмого размера. У меня же был сорок первый, и это меня всё же раздражало. Имея длинные стройные ноги, я досадовала, что сорок первый размер превращал мои ступни в ласты.
Ещё раз взглянув в лицо стоящей передо мной девушки, попыталась найти хоть что-то от меня прошлой. И не нашла. Отворачиваясь от зеркала к ванне, я поймала ускользающую мысль: «Глаза! У Вилии цвет глаз был зелёный, а сейчас синий, как у меня прошлой!» И точно, цвет глаз мой, синий, как океан в шторм.
— Всё! На сегодня хватит впечатлений. Сейчас хватило бы сил умыться и добраться до кровати, — н-да, разговариваю сама с собой. Явно со мной что-то не так. Ага, смешно. Вообще-то, точно не так.
Ладно, первым делом проверим, как работает местный клозет — работает отлично. Забралась в ванну. Было опасение, что за время обследования комнаты и своей новой внешности, вода остынет, но нет, вода была нужной температуры, чтобы смыть с себя грязь и расслабиться. Полежать себе в ванне я не позволила, был риск уснуть прямо в ней. Поэтому, набрав в руки шампунь, стала намыливать волосы. Шампунь не мылился совсем, пены не было. Как промыть таким шампунем столько волос, я не понимала и уже пожалела, что отказалась от помощи Салли. Кое-как, используя всё, что было в миске, вымыла голову и приступила к мытью тела. Жидкое мыло напоминало кисель сопливый, и оно тоже не пенилось, я просто водила кусочком ткани, вымоченным этим жидким чуть желтоватым составом по телу. Минут через десять, бросив это бесполезное занятие, решила, что вода в любом случае смыла пыль и пот, а завтра узнаю́ у Салли, есть ли другое средство.
Нехотя выбравшись из ванны и с трудом вытерев полотенцем волосы, нацепила халат. Радуясь, что в комнате тепло, и я не простыну, если усну с мокрыми волосами, направилась в сторону большой и, надеюсь, уютной кровати. Но радовалась я недолго: спустя пару минут после того как я надела халат, мою кожу по всему телу стянуло, она стала сухой и неприятной на ощупь, посмотрев на руки, увидела, что те стали шелушиться. Я была в шоке. Теперь понятно, почему Салли настойчиво показывала мне на ряд бутылочек с маслами. Подойдя к ним, стала поочерёдно открывать каждую стекляшку и проверять на запах.
Вы когда-нибудь наносили косметическое масло или крем, которое имеет запах нерафинированного подсолнечного масла с лёгким шлейфом мяты или лаванды? Я нет, это какое-то гастрономическое извращение. Но выбора не было, пришлось спасать кожу тем, что есть, надеясь на натуральность этого продукта. Намазав себя с головы до ног маслом с лавандой, если я, конечно, не ошиблась в определении запаха, я наконец-то добралась до спальни, где, нацепив ночную рубашку, залезла под одеяло и вырубилась, на краю сознания уловив запах свежего белья.
