Предисловие
Приключения топпита Дудли начинаются
На заснеженной опушке леса в старом пне приютился домик, в котором жил топпит Дудли.
За порогом стояла суровая зима. Она так крепко вцепилась в домик Дудли колким морозцем, что окончательно приморозила дверь. Но Дудли это нисколечко не беспокоило — он давно уже ни с кем не разговаривал и привык коротать дни в одиночестве.
Это был самый обыкновенный топпит — маленький человечек, не выше серой мышки. И, как все топпиты, он страсть как любил приключения. Со своими верными друзьями он протопал всю Топпию вдоль и поперёк. А, надо сказать, это была огромная страна, граничащая на юге с Далёким шумящим морем, а на севере — с таинственной Страной камней.
Каждый топпит стремился совершить небывалое путешествие. Ведь потом он мог начать рассказ о своих приключениях и помолодеть! Да-да, для топпитов это самое обычное дело — как только они начинали рассказ, то молодели прямо на глазах, как и все, кто участвовал в путешествии.
Но с Дудли произошла неприятность — однажды он забыл, что пора начинать свой рассказ. Это-то «однажды» и привело его в самое неприметное место Топпии, где он потихоньку и незаметно для себя стал стареть и обо всём забывать. Из резвого озорного мальчишки с зелёными листочками за ушами он превратился в сморщенного старичка, напоминавшего засохшую грушу. Это сходство усиливали торчащие из его головы теперь уже сухие листики и засохшие веточки. И самое ужасное, он даже не подозревал, что, спрятавшись от всех, скукожился, как его старые, видавшие виды боты, стоявшие теперь за ненадобностью в чулане.
Он бы и дальше продолжил медленно покрываться пылью и морщинками, охая и что-то бормоча себе под нос, как вдруг раздался стук в дверь. Это произошло в последний день февраля, как раз под вечер. Дудли уже собирался спать и уютно улёгся в своей кроватке, аккуратно подоткнув одеяло со всех сторон, чтобы холод не пробрался к нему ночью. А ночи в Топпии в феврале были самые холодные! И только он угомонился и перестал ворочаться, как вдруг кто-то постучал. От неожиданности Дудли так и подпрыгнул. Как так?! К нему кто-то пришёл?! К нему, о котором позабыли все, даже его друзья!
— Кто бы это мог быть? Может, показалось? — пробормотал он себе под нос.
Но тут опять раздался громкий стук.
— Нет, не показалось! — Дудли завернулся в одеяло, нехотя (ведь он уже собирался спать!) надел тапочки на босу ногу и пошёл открывать незадачливому гостю.
— Если, конечно, повезёт — дверь-то приморозило! — ворчал он. Подойдя вплотную к двери, Дудли прислушался: вдруг тот, кто стучал, уже ушёл. Но этот кто-то даже и не думал уходить, а застучал ещё громче.
— Неужели? Может… — и Дудли медленно протянул, — Фред? Это ты?
— Что за ерунда! Это не Фред! Дудли, открывай скорее!
Дудли даже подпрыгнул на месте, быстро повернул ключ в замке, послышался щелчок… и неожиданно дверь отворилась.
— О! Да ты везучий!
Уже то, что дверь отворилась, произвело на Дудли немалое впечатление. Этот кто-то был не так прост и чрезвычайно везуч. На пороге стоял топпит в меховой шубке, с увесистым свёртком в одной руке и походной палкой — в другой. Он задорно улыбнулся Дудли и смело вошёл в его жилище.
— Ну и холодрыга! — Некто стал притоптывать на месте, и с него во все стороны полетели комки снега и ледяные брызги.
— Ты кто такой?! — Дудли смотрел во все глаза на незнакомца, а тот явно не собирался представляться. Он деловито и по-хозяйски вошёл в гостиную, оставляя за собой мокрые следы на ковре, снял шубку и оказался… симпатичной кругленькой топпиткой. Дудли замер посреди комнаты. Кого-то она ему напоминала, но кого — он никак не мог припомнить. А тут ещё эта такая знакомая походная палка…
Тем временем гостья продолжала хозяйничать в его домике. Она перешла на кухню и поставила чайник на плиту, а затем стала неторопливо разворачивать свёрток, весело поглядывая на Дудли. И вот на свет появился великолепный пируш — черничный пирог с завитушками по краям.
— Дудли, как ты мог позабыть о дне моего рождения!
— Да ведь это же Эмма! — тут уже Дудли от радости запрыгал вокруг себя на одной ножке. Та самая Эмма, с которой он совершил столько невероятных путешествий, его самый верный друг детства, не считая, конечно, Фреда.
Друзья кинулись друг другу в объятия и заговорили, перебивая друг друга:
— Я тебя насилу отыскала!
— Как же ты меня нашла?
— Обошла пол-Топпии и нашла-таки. И где?! В старом пне, на окраине неприметной деревушки. Дудли, я бы могла пройти мимо и не заметить твой домик, не будь со мной нашей Везучей-помогучей палки!
— А ведь я сразу на неё обратил внимание! Только вот не сообразил, что к чему…
Тут надо отметить, что Везучая-помогучая палка Эммы сама по себе была удивительной вещицей. В ней был заключён невероятной силы заряд везения, и топпит, держащий её в руках, становился удачливым во всём. Например, открыть ею какую-то примороженную дверь можно было в два счёта.
Наконец друзья сели пить липовый чай с пирушем. Дудли всё никак не мог налюбоваться на новую для него Эмму. Ведь он помнил её совсем молоденькой, с ярко-зелёными листочками на голове. Поэтому-то он не сразу узнал в ней свою подругу. Сейчас она напоминала, скорее, его матушку: пухленькие щёчки раскраснелись от мороза, вся она была округлая и домашняя, как сдобная ароматная булочка. Её ярко-рыжие волосы, которые раньше завивались во все стороны, были собраны в аккуратный пучок. А листики в волосах пожухли и пожелтели и почти сливались с цветом её волос.
— Эмми, это сколько же времени мы не виделись?! — протянул удивлённый Дудли.
— Что, сильно я изменилась?! — весело подмигнула она.
— Ни капельки! — Дудли только теперь понял, как же сильно он соскучился. — Ну, рассказывай! — просто сказал он.
И Эмма поведала ему обо всех своих приключениях за долгие годы их разлуки. А когда любопытство Дудли было удовлетворено, неожиданно заявила:
— Дудли! Но как же ты можешь сидеть тут и ничего не делать, когда о тебе уже начат рассказ!
— Как начат?! Уже?!
— Ну конечно! Поздоровайся со своими читателями!
Он приосанился, важно наморщил лоб, вспоминая Самое Начало.
— Кхм-кхм! Ну что ж! Приветствую тебя, мой читатель! Видишь ли, Эмма права, я всё откладывал начало своего рассказа, но, как говорится, — время уже пришло. Надо признаться, я немного задержался с ним…
Эмма недовольно фыркнула.
–…и запылился со временем в ожидании вас, — продолжал Дудли, стрельнув взглядом на Эмму так, что та расхохоталась, прикрывая рот ладошкой. — Но теперь — ты только не удивляйся! — я на глазах начну молодеть. У нас, у топпитов, всегда так — без внимания мы стареем, но как только появляется читатель, время поворачивается вспять и молодость к нам возвращается. Вместе с желанием путешествовать.
Эмма вся превратилась в слух, а Дудли заговорил особым рассказывательным голосом:
— Наше путешествие началось, когда в Стране камней разразилась война…
