Спальный район. Одинаковые кирпичные пяти — и девятиэтажные дома, расположенные по шаблону. Случайным прохожим в нашем лабиринте сложно сориентироваться, поэтому плутают.
Честное слово, неоднократно выручала растерявшихся людей и выводила их на дорогу, указывая то или иное направление.
Местные жители ни за что на свете не променяют свою спокойную жизнь на суматоху, шум, пыль, многолюдность и загазованность. Они ежедневно ездят на работу в центр города или в промышленные районы, а вечером возвращаются домой для того, чтобы побыть вдали от мегаполиса.
Мне, как и соседям, нравится, где я живу, но многих это место шокирует.
— Почему? — спросите вы.
— Да потому, что я живу на кладбище! И как бы это странно ни звучало, но так и есть. Правда-правда!
Когда-то территория захоронения была гораздо масштабнее, но со временем часть её сократили, сравняли с землёй и застроили жилым комплексом. Расселив людей из бараков (одноэтажных деревянных зданий, в которых ютились сразу несколько семей, и не таких как сейчас, а многодетных), местное самоуправление, так сказать, улучшило им жилищные условия. Насколько смогло, настолько и расширило. Грех жаловаться.
Конечно, в престижных районах из окон домов видны площади, соборы, набережные, парки культуры (красота!), но и минусы есть: бесконечный людской поток и гул машин.
Другое дело у нас — тишина и спокойствие, порой до абсурда этого слова.
Возьмём, к примеру, мой дом и мою квартиру, окна которой выходят на погост! Зимой и летом особо такая картина не напрягает (снег, зелень), а вот весной и осенью… Бр-р-р!
Кресты, ограды — всё как на ладони!
Но человек ко всему привыкает и приспосабливается.
Нет, можно попытаться обменять или продать жильё, но ведь это родовое гнездо, память о моих предках, и к тому же мало кто отважится на столь заманчивое предложение. Ха-ха. Простите, вырвалось.
Если вы сейчас подумали, что у меня"не все дома", то, увы, официально заявляю, я не сошла с ума и со мной всё в порядке. По жизни спокойная, позитивная, общительная девушка-романтик и не из робкого десятка.
Почему не из трусливых? Сами посудите.
Высыпает детвора во двор из душных хоро́м на прогулку, а заняться особо нечем. Детская площадка имеется, но она вроде как для малышей, мы-то уже выросли из этого возраста, чтобы сидеть в песочнице да куличи лепить.
Ну, можно, конечно, по разочку с горки прокатиться, на качелях покачаться, да на турнике повисеть. И всё веселье. Вот и получается, что сами себе развлечения придумываем: то в салки поиграем, то на велосипедах погоняем, то в пиратов заделаемся. Мальчишки у нас хорошие, но иногда им пошалить хочется, вот они и пугают. Подцепят черепушку на палку (не спрашивайте, откуда взяли) да бегают за нами, девчонками. Мы с визгом врассыпную, а ребята ещё для пущей устрашимости отрывок из пиратской песни поют:"…он таращил глаза, как лесная сова, и в хохоте жутком тряслась голова". Какой уж страх после этого — ерунда.
Но это моё детство, прошлое.
***
Вышла из автобуса и по пешеходным переходам пересекла привокзальную площадь. Осталось вглубь по улице пройти — и я дома!
Но у природы свои планы на это!
Внезапный порыв ветра превратился в вихрь с примесью песка и мелкого мусора. Быстро среагировав, прикрыла лицо руками, чтобы не захлебнуться от дорожной пыли.
Когда грязевой поток утих, неторопливо убрала ладони и ахнула. Словно в другой мир попала.
Солнце скрылось за чёрными тучами. Где-то над головой громыхнуло, да так, что я присела. Потом сверкнуло. В общем, началось.
— Сейчас ливанёт! — подумала я и поспешила домой.
А дождь не заставил себя долго ждать.
Впереди дорожная техническая школа, внутрь которой охранник не пустит. Зато спрятаться под козырьком на крыльце и переждать непогоду можно.
Ненастье. Гром, молнии… Сверху обрушился небесный водопад, и по тротуарам побежали ручьи.
Вжалась в стену, стою. Минут пять длилось светопреставление, и в мгновение ока всё стихло. Вот только эта тишина давила своим беззвучием. Что-то будет, ещё, похоже, не всё!
Осмотрелась по сторонам и засеменила домой, пока природа взяла тайм-аут.
Вы же помните, что затишье бывает перед бурей? В нашем случае — перед очередным ливнем!
Пробираясь через бурлящие грязевые реки, бросила взгляд на кладбище и обомлела. Над надгробными плитами и крестами поднимался вверх серый туман.
— Точно мертвецы выдохнули, почувствовав влажную рыхлую почву! — проскочили мысли в моей голове. — Ну и сравнила, жуть! — И продолжила свой путь.
— Дочь, ты что припозднилась сегодня? — взволновано спросила мама.
— Работы много! — ответила я. — Да ещё дождище застал в дороге, пришлось переждать.
От воспоминаний меня передёрнуло.
— Ксюша, ты чего застряла в коридоре? Пошли, ужин готов!
— Да, мам, иду! Сейчас только душ приму, а то вся промокла до нитки и в грязи. Там такие моря-океаны разлились — ни пройти ни проехать. Пришлось прямо по лужам шагать.
Скинув одежду, прошмыгнула в ванную и встала под душ.
Струйки горячей воды обжигающе заскользили по переохлаждённой коже. Подставила под них лицо и зависла на несколько секунд.
Умиротворение нарушило дуновение прохладного ветерка, точно кто-то выдохнул за моей спиной. Вздрогнув, открыла глаза и оглянулась. Никого и ничего, показалось. Быстро ополоснулась, выключила воду и поспешила из ванной, намотав мягкое махровое полотенце на волосы и накинув на тело халат.
На столе стояли две тарелки горячего ароматного пюре с котлетами.
— О-о-о, моё любимое блюдо! — обрадовалась вкусному ужину.
— Да, дочь, присаживайся и кушай, пока не остыло! — подтвердив, поторопила мама.
Я отломила кусочек котлеты вилкой и закинула в рот вместе с картофельным пюре.
— Ням-ням, чавк-чавк, очень вкусно! — причмокивая, похвалила мамину кулинарию.
Наслаждаясь очередной порцией, краем глаза заметила проскользнувшую в дверном проёме тень. От удивления перестала не только жевать, но и дышать.
Уставилась на вход, в ожидании повтора.
— Ксюша, ты на что так смотришь? — поймав мой взгляд, мать оглянулась.
— Что? Да нет, так, показалось. Устала, наверное!
— Что показалось?
— Сама не знаю. Чёрное пятно боковым зрением увидела! — ответила я.
— Боже мой, ты действительно переутомилась! Доедай и иди отдыхай! Посуду я сама помою!
— Спасибо, мам. Чтобы я без тебя делала! — промурлыкала, подлизываясь. Закончив с трапезой, встала из-за стола и пошла в свою комнату.
— А чай?
— Не хочу. Спасибо мамуль.
— Ну, как знаешь!
Я подошла к зеркалу, размотала полотенце и взяла с полки фен. Наклонившись вперёд и опустив голову, перекинула чёрную шевелюру с затылка на лоб. Затем приступила к сушке волос, активно перебирая спутанные локоны. Когда убедилась, что можно вернуться в обратное положение, выпрямилась и посмотрела на себя в зеркало.
Там меня ждал сюрприз. Я столкнулась с чужим отражением и машинально отпрыгнула в сторону. Сердце бешено заколотилось, пытаясь проломить грудную клетку. Я шумно выдохнула и, набравшись смелости, снова подошла к зеркалу. Никого. Опять показалось. В трюмо была я сама с широко раскрытыми от ужаса глазами.
— Ксюша, у тебя всё хорошо? Ты меня звала?
— Да, всё в порядке! Нет-нет! — ответила и пожала плечами. Я и не заметила, как в испуге выкрикнула:"Мама!"
Просушив непослушные волосы, отложила фен и причесалась. Затем добралась до кровати, скинула покрывало, сняла халат, легла.
— Какое счастье, что завтра выходной и никуда не надо! — подумала и с этой мыслью провалилась в сон.
Ночью я проснулась оттого, что кто-то или что-то тихонько барабанили в стекло. Решив, что это капли дождя, перевернулась на другой бок и задремала. Стук повторился. Я открыла глаза и прислушалась. Нет, не показалось, снова постучали. Я встала и, не включая свет, прокралась на цыпочках к окну и потянула на себя край занавески. Посмотрела в темноту — плохо видно. Приблизилась к стеклу. В этот самый момент со стороны улицы сверкнули два маленьких огонька и, громко каркнув, подпрыгивая, захлопала крыльями взъерошенная чёрная ворона. Затем, царапая и цепляясь когтистыми лапами за отлив, несколько раз клюнула стеклопакет.
— Тьфу! Зараза, из-за тебя чуть в белые тапки не нарядилась! — смачно выругалась, зажав рот рукой. Опомнилась — ведь мама спит. — Кыш! Кыш! Пошла вон отсюда, тварюга пернатая! — взмахнула второй рукой, прогоняя ночную гостью.
Ворона ещё раз каркнула и, звонко щёлкнув клювом, улетела.
Я задернула занавеску и вернулась в кровать. Холод проник в мои внутренности. Меня бросило в дрожь. Сон как рукой сняло.
— Что за день-то такой? Мне всё кажется, мерещится, теперь это! Нет, завтра в церковь с утра схожу, а то так и умом тронуться недолго! — пробормотав, устроилась поудобнее и всё-таки задремала.
Через некоторое время услышала поскрипывание половиц и лёгкое шарканье по линолеуму. Открыла глаза. Застыла.
— Мам, ты? — спросила и притихла в ожидании ответа. Ни звука.
Тусклый свет луны через неплотно задёрнутые занавески, немного рассеивал мрак комнаты. Мелькнула чья-то тень.
— Что за шут… — не успела договорить, как показался чёрный силуэт. По коже пробежал табун мурашек. Я вжалась в кровать и стала наблюдать за приближающейся ко мне тенью. По очертаниям фигуры поняла, что это сгорбившаяся женщина. Она была в разодранной одежде, так как лохмотья дрыгались в разные стороны.
Я крепко зажмурилась и постаралась не дышать, мысленно повторяя, что это всего-навсего плохой сон. А через мгновение почувствовала, что на моей кровати кто-то есть. Попробовала пошевелиться, сделав неимоверное усилие, но ничего не вышло. Потом я ощутила давление чужого веса на моё тело. Паника усилилась. Я открыла глаза и заорала, так как на меня смотрела страшная, отвратительная старуха. Пожилая женщина чем-то напоминала ведьму с выбившимися из-под платка седыми длинными космами, морщинистым лицом, торчащими в разные стороны бровями, чёрными пронзительными глазами и крючковатым носом. Она протянула худощавую руку и, захватив костлявыми пальцами, откинула с лица прядь моих волос.
Конец ознакомительного фрагмента.
