По другую сторону Кавказского хребта
В конце 40-х годов XIX века в Тифлисской губернии проживало, по меньшей мере, одиннадцать семейств Арешевых, включенных в «Общий посемейный список…». Из них можно насчитать 53 человека (не считая супруг): 37 мужчин и 16 женщин. Все они, несомненно, родственники или прямые потомки Григора, жившего во второй половине XVI века в селе Вархуно. Часть рода (Арешидзе) с первой половины XVII века, а возможно и ранее, проживала в Западной Грузии. В этой имеретинской части клана к середине XIX столетия числилось 34 человека: 19 мужчин и 15 женщин, согласно тому же списку. Вместе с тем, уже в начале XVIII века образовалась и кизлярская ветвь семьи. Кроме того, несколько представителей фамилии тогда же успели осесть в Астрахани, Санкт-Петербурге и Москве. Видимо, цены на жилье были еще доступными.
Дорогой читатель, если мне до сих пор не удалось окончательно утомить тебя датами, именами и названиями всяких населенных пунктов, попрошу мобилизовать оставшиеся силы и собрать волю в кулак. Будем с моими родственниками перебираться через Большой Кавказский хребет. Дело это не легкое, к тому же придется опять нарушить последовательность повествования и вернуться в петровскую эпоху.
После окончания Северной войны со шведами (1700 — 1721 гг.) Петр I решил совершить поход на западное побережье Каспийского моря и проложить торговый путь из Центральной Азии в Европу через Россию. Путь этот должен был проходить по территории Персии, затем через Армению и Грузию в Астрахань, откуда планировалось развозить товары по всей Российской империи. Конечно, для успешных боевых действий необходима поддержка местных правителей. Петр быстро наладил отношения с грузинским царем Вахтангом VI, армянским главой духовенства Аствацатуром I и калмыцким ханом Аюком. Конные формирования степняков участвовали еще в русско-польских и русско-турецких войнах XVII века. Руководил всем Персидским (или Каспийским) походом 1722—1723 гг. генерал Матюшкин М. А., а корпусом в Персии — генерал Левашов В. Я. В состав корпуса входил и грузино-армянский кавалерийский шквадрон (эскадрон) в 150 сабель.
В указе Правительствующего Сената от 22 апреля 1725 года генерал-лейтенанту Матюшкину рекомендовалось, чтобы он не только призывал на службу армян и грузин, но и определил их затем на поселение на Северном Кавказе. Русское правительство, стремившееся к освоению кавказских территорий и заинтересованное в привлечении христиан-поселенцев, щедро раздавало земли для распространения здесь помещичьих хозяйств. Основание городов-крепостей Кизляр и Моздок способствовало и дальнейшему развитию торговли. С середины XVIII века шла неуклонная работа по колонизации этих мест. По сути, весь Северный Кавказ заселялся выходцами из других территорий, лояльными российскому правительству и служившими интересам России в регионе. Офицеры и чиновники жаловались землей за определенные заслуги перед государством и, выходя в отставку, оставались в новом крае навсегда.
При основании города-крепости Кизляр в 1735 году, грузинской службы капитану Захару Арешеву (из того самого эскадрона) по распоряжению генерала Левашова отведено 6 596 десятин земли в степях на левой стороне реки Терек.
Позже, спустя полвека, дворянину Гургину Эстатову сыну Арешева (Гургену Эстатовичу Арешеву) за усердие в выделке шелка и разведение тутовых плантаций17, по предписанию астраханского губернатора Жукова отведены земли здесь же, к востоку от Кизляра, при урочище Ачес и реке Березене: в 1782 году — 221 и в 1787 году — 4 557 десятин18.
Крепости Моздок и Кизляр находились на самой южной окраине молодой империи, стремительно прирастающей пространством и новыми народами. Окрестные леса, степи и невысокие холмы кавказских предгорий в те стародавние времена изобиловали зверьем. В небе носились бесчисленные стаи птиц. Река Терек местами кишела осетром и лососем, а в прохладных верховьях ее скользили в кристально чистой, прозрачной воде косяки пятнистой форели. Осетровая икра не считалась деликатесом (вспоминаются кадры известного фильма Леонида Гайдая). Эти Богом забытые места населяли кабардинские племена, чеченцы, осетины, кумыки, ногайцы, а также беглые крепостные крестьяне, солдаты-дезертиры и скрывающиеся от преследования церкви и государства еретики. После основания городов-крепостей здесь начали селиться и армяне с грузинами, спасающиеся от набегов турок и персов, а также вывезенные Петром I из плена во время Персидского похода.
Заложение крепостей имело не только военное, оборонительное значение, но и способствовало дальнейшему развитию торговли. Купцы завозили из Индии и Китая шелк, джут, пряности и драгоценные камни. За высокими стенами кизлярской крепости, на безопасной территории образовался шумный базар, где сходились друзья и враги. Здесь можно было встретить осетина, продающего сыр, масло и бурки, чеченца с ружьями и шашками, лезгина с медной посудой, черкеса с сотами диких пчел, караногайца с овцами и козами, калмыцкими тулупами и терского казака с рыбой. Кумыки торговали дровами, грузины — овощами, фруктами и вином. Армяне производили шелковое сырье и тутовую водку. Товары нередко предлагались на обмен, поскольку денег в широком обращении еще не было19.
Золотая медаль, пожалованная шелкозаводчику Варламу Арешеву
Известна именная медаль на ленте, пожалованная в 1800 году кизлярскому шелкозаводчику Арешеву. В книге «Медали в честь русских государственных деятелей и частных лиц», изданной Ю. Иверсеном (бывшим старшим хранителем Императорского Эрмитажа) указано, что медаль золотую, въ 8,5 золотниковъ, назначенную для ношенія на шее, величина ея 4'5
Конец ознакомительного фрагмента.
