Глава пятая. Все для тебя: семья, стена, дом, закон, истина, судья и бог
— Где твои мозги?! — Татья склонилась надо мной.
— Ты как себя чувствуешь? — уточнила Алая.
И мне хотелось ответить, что чувствую я себя плохо. Мое тело будто исполосовали бритвой. И сотни узких, но длинных порезов отдавались болью, одновременно вызывая желание почесаться.
— Тебе повезло, что не убили, — заявила Татья. — Потерять двух друзей в один день! Ты просто эгоист!
— Голова гудит, — озвучил я еще одну проблему. Скосив глаза, заметил, как на руке, в том месте, где болело и чесалось, красуется тонкий шрам, уходящий под одеяло. Молния оставила след на моем теле, его даже время не сотрет.
— Похмелье. Выпей это, — Алая влила мне в горло жидкость с отвратительным вкусом.
— Теперь меня еще и вырвет, — пожаловался я.
— Поздравляю, ты получил учителя. Кровавая Кристал настояла, что ты выиграл пари, — сообщила Татья.
— Я же только заставил его одежду колыхаться.
— Это уже что-то, — улыбнулась девушка. — К тому же твои наставники сказали, что ты лучший боец на посохах.
— Кто мой учитель? Быстрый Янг? Жуткий Кашкин? Или сам Благоразумный Эурон одноногий?!
— Без понятия, — заявила Алая.
— Да уж, ты теперь ученик, поздравляю! — добавила Татья, хотя поздравления в ее голосе не слышалось.
— Прости, я давно не пил. Отвык уже. Но это не оправдание. Я рисковал своей жизнью. И заставил вас волноваться. Это непростительно, особенно после смерти Терея.
— Терей не был мне особо близок, он всегда существовал где-то вдалеке, но ты!.. Ты должен… — Татья покачала головой.
— Татья, я живу для того, чтобы вернуться домой.
— Здесь твой дом, — заявила девушка. — Ты можешь гордо носить фамилию Мор. Но домой ты больше не попадешь.
— Миром правят деньги. Златоград — тому доказательство. Он смеется над войнами и стенами! — возразил я.
— Однажды он уже был сожжен.
— Своими же жителями. Этот поступок переломил ход войны! И позволил победить!
— Ты из семьи, правившей этим городом, ты умен и силен. Но не забывай, что есть те, кому ты дорог. Ты должен быть осторожен, — нахмурилась Татья.
— Терей был осторожен. И вот его нет!
— Да, его нет. Но и на рожон было глупо лезть! — поддержала подругу Алая.
— Позже закончите, — Кристал появилась неожиданно для нашей тройки.
Вокруг нее парили феи. Женщина в кроваво-красной мантии, с каштановыми волосами подошла ко мне.
— Можешь идти? — уточнила она.
— Да, госпожа. Вы проводите меня к моему учителю?
— К несчастью для тебя.
— Отчего же?
— Твой учитель, мягко говоря, не лучший пример для подражания. Но запомни, пока ты у него обучаешься, он для тебя мать, отец, брат, сестра, жена и возлюбленная, в общем — вся вселенная. Если у тебя проблемы, ты идешь к нему, радость делишь с ним. Он — это закон и право. Он — это все!
Войдя в пиршественный зал, я надеялся увидеть Одноногого Талемара или Кашкина. Но их не было.
Из полноправных черных колдунов был какой-то неизвестный мне старик со шрамом во все лицо и без половины зубов. Одного глаза у него не наблюдалось, зато добродушная улыбка говорила, что в душе его распускаются ромашки. Рядом сидела молодая девушка (его ученица?) с черными как чернила и грязными волосами, собранными в хвост. Одежда ее была порвана в нескольких местах. С десяток царапин и порезов ей как будто и не мешали. Глаза же напоминали маленькие льдинки: холодные и жестокие. Она была красива, но безжизненной красотой, подобно бесконечной снежной пустыне. Кожа бледнее, чем у остальных потомков руссов. Видимо, солнце она не любила.
— Это твой учитель, — заявила Кристал.
— Но у него же есть ученица! — возмутился я.
— О, молодой человек, — колдун улыбнулся мне. — Я не ваш учитель. Ваш учитель она. Молодая Эйрис.
— Но она слишком молода!
Девушка пронзила меня взглядом:
— Мне он не подходит. Слишком бесит, я его убью на первой же тренировке.
— Десять лет прошло, Эйрис. Десять лет ты отказывалась от ученика, конклаву это надоело.
— Я тоже вхожу в конклав.
— Я знаю, — колдун засмеялся. — Пацан, тебе ее лучше не злить, а то оставит на лице такую же отметину.
— Не будет у меня ученика, — прошипела девица.
— Каждый, кто закончил обучение, обязан взять ученика, — поставил точку старик.
Кристал нахмурилась, а затем развернулась и ушла.
Мужик со шрамом допил из кубка и тоже удалился. Я же сел на его место.
— Учитель?
— Я тебя ненавижу. Ты умрешь на первой же миссии, — пообещала она. — Но перед этим пройдешь священный обряд. Ты можешь сковать себе меч, сделать посох, волшебную палочку или еще какую-нибудь магическую ерунду. На мой взгляд, меч — это глупо.
— Глупо? — не понял я.
— Меч — оружие рыцаря, паладина, но не колдуна, посох и волшебная палочка — вот наши орудия.
За ее спиной висел посох из ствола ледяного дерева. Сферу обнимала резная фигурка мужчины. На поясе крепился серебряный клинок. Три колечка украшали пальцы.
— Я не согласен, мои педагоги говорили, что многие колдуны используют мечи, сперва зачаровав их, а магические заклинания не у всех получаются. Как и контроль над посохами и палочками.
— Какой из тебя колдун, если все, что ты умеешь, — это использовать зачарованный клинок?
— Я могу биться и им, и посохом! — гордо заявил я.
Она мне уже надоела.
— Покажи мне преимущество меча!
— Вы же не станете избивать своего ученика лишь потому, что вам его навязали, учитель? — уточнил я, поняв, что пахнет жареным.
— Идем! — приказала Эйрис.
Во дворе мы начали бой. Эйрис в гневе бросилась на меня, сжимая в руках свое орудие. Я же атаковал ее, мечтая убить. Однако меч она выбила одним ударом, второй пришелся мне под ребра, третий по спине, а затем я увидел ее башмак, приближающийся к моему лицу, и тьма вновь окутала меня.
