Глава 9
Кассандра
Когда мы переместились в Филориум, я сразу побежала в особняк Калипсо. Встретившись с Блэр, мы без слов кинулись обнимать друг друга, словно только телесная связь могла подтвердить, что все происходит наяву. Немного отстранившись, мы посмотрели друг на друга, на лице подруги появилось удивление:
— Ты плачешь? Неужели, правда, так по мне соскучилась?
— Прости, — смутилась я, редко показывая слезы другим людям.
— Все правильно. Если бы ты не растрогалась при виде меня, я бы вряд ли тебя простила, — усмехнулась Блэр и снова прижала меня к себе.
Больше часа мы разговаривали, делясь историями, что приключились с нами за время разлуки. Моим друзьям пришлось не сладко, и меня обуяло огромное чувство вины, что оставила их. Чем я лучше своих родителей? Они хотя бы сбежали ради благого дела, а не из-за любовного помешательства.
— Я больше никогда вас не брошу. Обещаю! — заверила я и надеялась, что сдержу слово.
— Не убивайся ты так, все мы сходили с ума от любви, — ободрила меня Блэр, — я рада, что с тобой все в порядке. Ирис поступил подло, не ожидала от него такого, и Ривер в последнее время удивляет. Кстати, где он?
— Сказал, что должен встретиться с Нумибусом. Я не понимаю, на чьей он сейчас стороне.
— Я тоже, но вряд ли Нумибус похвалит его за своеволие. Знаешь, мне вспомнилась одна фраза из книги, а я их сейчас много читаю. «Герой пожертвует тобой, чтобы спасти, мир. Злодей пожертвует миром, чтобы спасти тебя».
— Не очень поняла, к чему это, — нахмурилась я.
— Потому что ты дубина, Кассандра Лайн, — закатила глаза Блэр.
Как же приятно снова оказаться дома, увидеть дорогих людей. В общежитии меня встретили Антария, Лулу и Домовой, который тоже разрешил себя обнять, несмотря на строгий характер.
Больше всего меня волновало состояние Луция, особенно после рассказов Блэр. Нашла приятеля в лесной хижине, конечно, в образе тигра. Он не выглядел агрессивно, и я осторожно к нему приблизилась.
— Ты вернулась! — обрадовался Луций.
Я поняла, что он в человеческом сознании, и, совершенно осмелев, присела, чтобы прижать лохматое тело к себе. Хотелось думать, что рассказы Блэр — лишь плод ее воображения, но я верила подруге и не могла оправдывать Луция.
— Почему ты позволил отцу напасть на Блэр? — спросила прямо.
— Он завладел моим разумом, не было возможности сопротивляться.
— Значит, Ривер сказал правду, — задумчиво проговорила я.
— Ривер? — поразился Луций, — Откуда этому проныре так много известно? Я ему не доверяю, но он исцелил Блэр, и за это я благодарен.
— Да, он рассказал, что господин Овини строит козни против вас. Не думай, я тоже не особо ему доверяю.
— Он не считает наш союз уместным, — поведал приятель с грустью.
Мне все еще было сложно поверить, что Господин Овини способен на такие злодеяния. Что им движет? Неужели он так ненавидит Блэр только потому, что не согласен с выбором сына? За этим должно скрываться что-то большее. Может, кто-то тоже заставил его сделать это?
Этой ночью сон никак не шел. Я размышляла, как помочь друзьям, остановить восстание диких эльфов и еще о Ривере. Почему-то представляла самые жестокие наказания, которым подвергнет анимага Нумибус за непослушание. И, получается, это произойдет по моей вине? Зачем Ривер спас меня? Он так и не рассказал, по какой причине я нужна ему в Академии.
Не знаю, сколько ворочалась без сна, утешало только, что Антария осталась ночевать у Юнаса, и я не мешаю ей спать. Неожиданно раздался стук в дверь, Лулу даже подскочила от испуга.
— Кто там? — спросила я, не ожидая гостей, тем более, ночью.
— Это я, — донеся шепот Блэр.
Я торопливо отворила дверь, испугавшись, что случилось что–то плохое. Блэр стояла в одном халате, и я поспешила впустить ее в комнату, чтобы она не простыла.
— Что произошло? — взволнованно спросила я.
— Я не могу заснуть. В последнее время мне постоянно снятся кошмары, — поделилась подруга.
— Наверное, это после нападения, — сделала я вывод, — садись, я заварю травяной чай.
С приходом Блэр и мне стало спокойнее. Лулу уже снова задремала, а мы с подругой переговаривались шепотом.
— Можно я останусь? — попросила Блэр.
— Да, конечно. Можешь спать на кровати Антарии.
Травяной чай оказал благотворное влияние на наши утомленные организмы, и мы улеглись спать. Однако бессонница продолжала меня мучить. По вздохам Блэр догадалась, что и ее тоже.
— Не спишь? — спросила подругу.
— Как-то тут холодно, — пожаловалась девушка.
— У меня теплее одеяло. Хочешь, возьми?
— Мое удобство для меня, конечно, важнее всего, но не буду злоупотреблять твоим гостеприимством.
Мне вспомнилась ночь, когда я попросила Ривера полежать рядом со мной. Тогда быстро заснула спокойным сном. Наверное, ощущение, что ты не одинок, и правда помогает.
— Можем спать под моим одеялом вместе, — предложила я.
Блэр словно только этого и ждала и быстро переместилась на мою кровать. Когда-то мы на дух друг друга не переносили, а теперь делим одно спальное место, как неразлучные сестры.
— Я поцеловала Ривера, — неожиданно сообщила я.
— Что?! — воскликнула Блэр, заставив Лулу снова подскочить и по-лисьи выругаться.
— Тише, — прошептала я, — если не будешь смотреть на меня такими вытаращенными глазами, то расскажу.
Не знаю, почему вдруг захотелось поделиться. Казалось, эта постыдная тайна уйдет со мной в могилу, но неожиданные откровения полились рекой. К моему рассказу прислушалась и Лулу и издавала шокированные звуки. Когда сказ подошел к концу, обнаружила, что обе мои подруги мирно сопят. Мне эта история казалась безумно увлекательной, но я была рада, что смогла помочь Блэр и Лулу заснуть, и почти сразу и сама погрузилась в сон.
— Я бы хотела переехать в особняк Калипсо. Найдется для меня местечко? — утром спросила я Блэр.
Знала, что условия общежития кажутся Блэр ужасными, хоть она и не подает вида. Мне же было без разницы, где жить. Главное, чтобы подруга разрешила взять с собой Лулу и Домового.
— Еще спрашиваешь! Выберешь любую комнату, и, если тебе понравится чья-нибудь из фавориток, мигом ее переселю! — воодушевилась Блэр.
— Обойдемся без жестокости. Мне подойдет любая свободная комната.
Было странно снова вернуться к учебе. Занятия уже начались, и пришлось усердно заниматься, чтобы догнать других студентов. В Филориуме царил покой, если бы не одно обстоятельство — Ривер так в Академии и не появился. К собственному удивлению, мы с Блэр за него волновались: все же этот человек спас жизнь нам обеим.
Проходя мимо компании огров, я услышала подозрительный разговор и превратилась в лисицу, чтобы приблизиться и подслушать. Они обсуждали, кто понесет еду пленнику. Интуиция подсказала, что дело может касаться Ривера. Тот, кого выбрали в посланники, взял скудный паек и направился к главному кампусу. Я следила за ним лисицей и прошмыгнула в подвальное помещение.
Пленником, действительно, оказался Ривер. Он был прикован кандалами к выпирающему железному крюку на стене, и его руки находились в подвешенном состоянии. Если его конечности ограничены в движении, как он будет есть? Неужели огр будет кормить его с ложечки?
— Что это? Бобы? Терпеть их не могу! — скривился Ривер, взглянув в тарелку.
— В другой раз будешь кочевряжиться! — огрызнулся огр, силой открыл пленнику рот и запихнул туда еду.
— Жри сам эту дрянь!
Ривер выплюнул содержимое рта в морду Огру, тот еще больше разозлился и ударил анимага в живот. Но продолжать избиение не стал, видимо, злоупотреблять приказ не позволял. Когда огр ушел, я подбежала к Риверу и превратилась в человека.
— Кассандра? Ты пришла, чтобы меня спасти? Да мы поменялись ролями, — усмехнулся молодой человек, но я почувствовала его радость и облегчение.
Я отцепила от пояса маленький кинжал, который с недавнего времени стал моим верным спутником. В наши смутные времена всегда нужно быть наготове.
— Только не касайся кандалов, они заколдованы и забирают магию, — предупредил Ривер. Я показала кинжал, и анимаг одобрительно кивнул.
Замок кандалов находился высоко. Мне пришлось вплотную прижаться к Риверу, чтобы достать до него. Я чувствовала, как он смотрит на меня, но старалась сосредоточить взгляд на цели.
— Лаванда, — сделав глубокий вдох, сказал Ривер, — этот запах преследует меня с ночи в гостинице, когда мы лежали на одной кровати. Думаю, надо повторить.
Игривый тон анимага был совершенно не к месту. Но еще больше меня разозлило, что, кажется, его напоминание меня смутило.
— Еще одно слово, и этот кинжал я вонжу в тебя, а не использую в качестве отмычки, — пригрозила я, стараясь под агрессией скрыть смущение.
— Как страшно, — усмехнулся Ривер, — вряд ли ты пробралась сюда, чтобы меня убить.
Замок, наконец, поддался. Когда Ривер перестал касаться заколдованного металла, магия к нему вернулась, и он переместил нас в свой кабинет. Это место хранило в себе воспоминания наших стычек в качестве врагом. Кем мы были друг для друга теперь? Подобием союзников?
— Нумибус приказал заточить тебя? — задала я вопрос.
— Нет, с Нумибусом мы поговорили вполне спокойно. Огры действует по указке кого-то другого.
— И кого именно? У тебя куча недоброжелателей.
— Это не просто недоброжелатель, — задумчиво проговорил Ривер, — кажется, кто-то хочет меня свергнуть и занять мое место.
Блэр
— Блэр, я тебя не понимаю! Сама поведала о предостережении Аваруса, но не помогаешь найти, кто угрожает вам с Ривером, — причитала Кассандра.
Я уже отвыкла от присутствия подруги в моей жизни и уж, тем более, что кто-то обо мне вот так заботится. Хотя, думаю Кэсси больше обеспокоена проблемами Ривера, нежели моими.
— Потому что на меня навалилось слишком много хлопот, и я не знаю, за что браться, — заныла я в ответ.
— Говоря о хлопотах, ты имеешь ввиду Домового? — усмехнулась Кассандра, уже час наблюдая за тем, как мы с ее дружком бегаем по особняку Калипсо и враждуем.
Кэсси набилась пожить у нас в сестринстве. Конечно, я и сама была рада такому предложению, но до того момента, пока подруга не привела с собой весь сброд общежития. Ладно еще Лулу, к лисице я привыкла, но от этого гнома исходила осязаемая угроза.
— Он просто помогает тебе убираться, — надрывая живот от хохота, говорила рыжеволосая колдунья.
— Для этого я завела фавориток! Не нужно выполнять их работу. Да и мадам Финч прекрасно справлялась с домоуправлением, — выругалась я, отбирая у Домового свои наряды.
Этот мелкий мужичок с внешностью старика хватал все, что видел, крохотными ручонками и перекладывал на другие места. Кряхтя под нос, Домовой цокал своими лакированными башмачками, создавая вечную суету и шум.
— Признайся, Блэр: он просто тебя пугает, — усмехнулась Кэсси, все это время спокойно сидя за столом и изучая магические книги.
Я не ответила на колкое замечание подруги, стараясь всем видом не показывать, что она в какой-то мере права.
— Давай вернемся к насущным проблемам: кто может строить козни против вас с братом? — улыбка растаяла на губах Кассандры, а брови нахмурились, предвещая активную мозговую деятельность.
— Овини? — попыталась поддержать разговор, при этом отнимая Артемиса у нового тирана особняка Калипсо. Видите ли, шоколадный котенок слишком грязный, чтобы разгуливать по особняку. Домовой всерьез хотел отмыть его в маленькой ванночке, судя по размерам, своей собственной.
— Думаешь, отец Луция хочет стать директором Филориума?
— А разве нет? Он давно метит на эту должность, еще со времен Соррель, — пожав плечами, ответила я.
— Может, вам еще раз провести спиритический сеанс и расспросить Аваруса поточнее? — предложила подруга, закрыв книгу, не отыскав в ней ничего полезного.
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Но почему, Блэр? Мелиос знал, что я в темнице и об остальном.
— Я не хочу, ясно? — произнося фразу, вложила в нее слишком большой накал эмоций, что из тела вылетел небольшой заряд энергии и волной сшиб все предметы в комнате.
— Опять убираться! В этом доме живут одни неряхи, — выругался Домовой и тут же приступил к работе по восстановлению убранства.
— Что это только что было? — поразилась подруга, искренне не понимая происходящее.
Я и сама не до конца осознавала, насколько тема отцов меня волновала. Луций еще во времена, когда был человеком, нашел выход преобразования моей магии с помощью эмоций. Сейчас ей некому было заняться, поэтому внутренний хаос повлиял на магические способности
— Я могу постоянно общаться с Аварусом, не поговорив при этом с Гленом! — в сердцах выкрикнула я, словно Кэсси виновата, что не привела с собой моего папу.
— Блэр, но я уже тебе говорила: мы хорошо поговорили с Гленом, я поведала о твоей вернувшейся человечности, и он отправился в обратный путь по направлению к Багряному королевству, — осторожно произнесла Кассандра, словно опасаясь еще одной энергетической волны.
— Но его до сих пор нет! — всхлипнула я, а затем оказалась в теплых объятиях подруги.
— Твой папа вернется, вот увидишь, — шептала Кэсси, убаюкивая добротой и нескончаемой верой.
Не знаю, как подруге так быстро удалось вселить в меня уверенность, но именно она помогла перестать ныть и пойти дальше сражаться за настоящее. Разговор с Аварусом я все же отмела, но решила пообщаться с другим важным для меня человеком.
— Блэр, куда ты меня тащишь? — причитала Кэсси, когда оказалась заложницей в моих руках и намерениях.
Я привела подругу на поляну с ромашками, где сидел тигр, покорно ожидавший нашего появления.
— Ты будешь в роли переводчика. Приступай! Скажи ему, что я очень скучаю и люблю его! — обратилась я к Луцию через Кэсси.
— Блэр, он прекрасно тебя понимает, — усмехнулась рыжеволосая всезнайка, еще и потешаясь, что речь я произнесла по слогам, словно для какого-то недалекого глупца, а не профессора Академии.
Тигр что-то прорычал, от чего Кассандра еще больше забилась в истеричном хохоте.
— Луций тоже тебя любит и скучает по твоим гениальным идеям, — успокоившись, перевела Кэсси.
Я скорчила гримасу им обоим, но продолжила:
— Ты не знаешь дальнейшие намерения отца?
— Луций считает, что Овини действует под чьим-то влиянием. Он видел, как старик читал талмуды о черной магии, — поведала Кассандра.
— Ты ведь не прислушаешься к его мнению, что я тебе не пара? — резко переменила тему на более важную.
Тигр отрицательно помотал головой: даже никаких переводчиков не понадобилось, чтобы понять его стойкие намерения.
— Он обеспокоен твоей безопасностью. Говорит, что не простит себя, если еще раз нападет, — все же внесла ложку дегтя Кассандра.
— Плевать на любые увечья! Только не оставляй меня! — взмолилась я, а затем бросилась обнимать тигра, при этом расцеловывая морду опасного хищника.
— Блэр, я, точно, все еще нужна вам здесь? — сконфуженно спросила Кэсси, наблюдая за моим приступом нежности.
— Боишься, что я устрою при тебе оргию с животным? — усмехнулась я, прервав наши милости с Луцием.
— Нет, я просто слышу, что говорит этот нахал в шкуре тигра: как он хочет ласкать тебя и где…
Дальше Кассандра посчитала, что ее роль парламентера окончена и незаметно удалилась. Мы же остались лежать на поляне, предаваясь совместным мечтам, когда любовь перестанет быть запретной. Я знала, что Луций сейчас прокручивает в голове нашу встречу после того, как заклятье рассеется. Знала потому, что и сама фантазировала именно эту сладострастную картину.
Вдруг Луций нарушил нашу тихую негу, сорвавшись с места и ринувшись куда-то вдаль, где заканчивалось поле и начинался Сумрачный лес. Зрение, как назло, подвело меня и не давало увидеть, для какой цели тигр так всполошился.
Немного погодя я пригляделась и заметила черную точку, какого-то человека, что приближался чуть медленнее, чем это делал белый тигр. Луций подгонял гостя, но ничего не мог поделать с неспешностью чужестранца. Тут и я, озаренная счастьем, ринулась навстречу двум дорогим волшебникам.
— Папа! — закричала я во все горло, а затем, нагнав путника, бросилась в объятия.
— Тыковка моя! — щебетал Глен, еще сильнее держа меня в своих руках.
По лицу мужчины текли слезы, они стали зеркальным отражением моих. Я не могла поверить, что происходящее — не сон, от которого суждено проснуться в горе.
— Папочка, прости мне все те гадкие слова…
— Не надо, Блэр! Я знал, что ты потеряла сердце: видел подобное у Карнелии, — прервал Глен.
— Мама так и не подтвердила, что когда-то лишилась его, — удивилась я.
— А как, по-твоему, она обучалась у Нумибуса? Только этот пакт служит платой за знания Владыки теней. Я не мог представить, что ты тоже решишься на такое, — в голосе отца была слышна смертельная тоска и небольшое разочарование.
Глен всегда боялся, что я стану похожа на мать, поэтому старался вселить в мое сердце бескрайнюю любовь хотя бы одного родителя.
— Но ты справилась с этим, — тут же добавил отец, чтобы я не распознала его грусти по случившемуся.
— Мне помог Луций, — сказала я, кивнув на сидящего рядом тигра.
— Вы, молодой человек, показали себя с хорошей стороны. Хочу иметь возможность познакомиться с вашей человечьей ипостасью, — тепло улыбнулся Глен.
По щекам вновь полились слезы. Пусть отец и вернулся, но Луций все еще оставался в обличии тигра.
— Жаль, что это невозможно, — опустив голову, прошептала я.
— Тыковка, на твоем месте я не был бы так категоричен. Кажется, у меня есть выход из ситуации, — усмехнулся отец, вытирая мои слезы.
