Грэй

Лев Вишня

В «лохматые» 90-е бандиты убили человека, который всю жизнь занимался черной магией и колдовством. Спустя 23 года его череп нашла одна семнадцатилетняя девушка.Взяв домой череп этого колдуна, она обрела контакт с ним и стала называть его «Грэй».Но она еще не знала, что взяв череп убитого когда-то мага, она обрела вместе с ним и всю его силу, а также стала носителем его гнева.

Оглавление

10. СИЦИЛИЙСКИЕ ЗАКОНЫ

На большой странице, посвященной разоблачению разных колдунов и непосредственно самим тоталитарным сектам, Аня прочитала следующее:

«Донат Ротузов.

Настоящее имя Александр Кутасов, «псковский ведьмак». Род. В 1947 году в городе Бердянске…» и так далее…

Особенно девушку заинтересовало вот следующее:

«…В 1985 вступил в секту «Новый рассвет» (другое название «Дом Ваала»), которая проповедовала язычество и сатанизм. По свидетельствам друзей и знакомых обладал невероятной силой воздействия на людей, мог загипнотизировать человека двумя-тремя пассами. «Излечивал» такие болезни как: злокачественные опухоли, туберкулез, анемию, импотенцию, ВИЧ.

По свидетельствам, как соратников, так и жертв секты, человек чрезвычайно осмотрительный и скрытный. Тем не менее, участвовал во всех финансовых операциях секты с самого ее основания, держал кассу.

1994 году поехал с группой знакомых на археологические раскопки в гор. Порхов, где таинственным образом пропал без вести в районе деревни…»

Аня прочитала все это и задумалась… затем она снова посмотрела на стоявший рядом с ноутбуком череп и осмотрела затылочную область. Дырка, правильной формы с ровными краями примерно пять сантиметров в диаметре.

«Его убили!» — подумала Аня — «теперь всё ясно!»

Потом она взяла и поставила череп рядом с монитором и посмотрела на лицо человека на экране.

«Это… Грэй! Это… действительно его череп»

Девушка задумалась. То, что она прочла в интернете, вовсе не располагало ее к этому человеку: шаман, черный маг, уголовник, шарлатан. Не хватало только убийств и изнасилований. Но если он мог легко вводить людей в транс или гипнотизировать…

Вдруг Аня почувствовала к нему какое-то иное неизведанное ранее чувство. Она смотрела на его портрет, на экране монитора, очень старый и черно-белый. Наслаждалась, а потом погладила своей рукой.

В следующую ночь она снова увидела его за столом в баре, причем само заведение, уже не напоминало что-то подобное времени освоения Дикого запада, а скорее относилось своим дизайном и всем интерьером к «рокочущим 20-ым» в Чикаго. Аня вошла в темное помещение и осмотрелась. Вокруг сидели самые разные люди: клерки, чиновники, престарелые дамы, студенты и мелкие лавочники… В самом дальнем углу, скрываемым от глаз выступающей барной стойкой из дорогого лакированного дерева, находился большой стол на шесть персон.

Этот стол был на особом обслуживании. К нему всегда подходил один и тот же официант, и никто другой не подпускался. И если порядок нарушался, то из карманов, из-под стола и из ниши в стене, мгновенно открывающейся в таких случаях, вылетали кольты, ружья и «Томми-ганы». Вторая огневая точка была за прилавком, и её контролировал непосредственно сам бармен, третья была на этаже выше. Там также был небольшой столик уже на двух человек и еще два «двигателя торговли» брали под прицел сам вход в бар. За столом всегда сидело только три человека, и три других места оставались свободными для деловых партнеров и просителей. Сегодня «просящей» была Аня. Именно там, по центру стола сидел он.

Грэй беседовал со своими помощниками, решал дела с партнерами, иногда играл в карты или просто читал газеты за сандвичем и колой. Спиртного в баре не было никогда, и ни в каком виде.

Аня прошла мимо столов, мимо барной стойки и сделала еще несколько шагов, чтобы предстать перед лицом Грэя, который в этот раз сидел нога на ногу и неспешно читал «Chicago Tribune». Его лицо было спрятано за газетой, и она не видела его, рядом сидели двое друзей Грэя и что-то обсуждали на английском. Аня подошла и остановилась прямо перед самим столом, около стула для «просителя». Грэй не видел её, и никто другой в баре — тоже. Аня стояла и не решалась спросить. Так прошло несколько минут. Наконец Звягинцеву толкнул официант, который принес Грэю ленч. Грэй оторвался от газеты, кивнул, бросил на поднос доллар и…

— Донат… — тихо произнесла Анна.

Грэй не услышал её и жестом пригласил своих друзей приступить к трапизе.

— Донат Ротузов… — все ещё тихо сказала Аня.

Грэй дернулся.

— Донат Ротузов! — крикнула Аня, и тут… он посмотрел на неё… осмысленно и даже удивленно.

— Ты видишь меня или нет? — спросила девушка.

— Кто ты?! — испуганно на русском сказал Грэй.

— Я… — Аня задумалась. — Я та, которая видит тебя каждую ночь во сне. Донат Ротузов.

Он колебался, и взгляд его был испуганный и настороженный. Его друзья тоже обеспокоились, и один уже потянулся к «тревожной кнопке», но Грэй остановил его движение.

— Кто ты? — Спросил он еще раз. — Назови себя.

— Я Анна. Я десять лет видела тебя в своем сне. Ты…

— Я не знаю тебя. — Резко ответил Грэй.

— Если мужчина совершил преступление против женщины, по сицилийским законам, что ты должен сделать? Я знаю и другое твое имя. Ты… — Анна обошла стол, — теперь в моем сне и я тут хозяйка, Александр Кутасов.

«Тревожная кнопка»! Стол опрокинулся под ноги Анне вместе с ленчами, «колой» и содовой. Мгновенно из стены и низа столешницы вылетели три «двигателя торговли» и тут же быстро распределились по рукам самого Грэя и его друзей.

— Откуда ты знаешь это имя? — спросил Грэй, разглядывая девушку.

— Я знаю многое про тебя. Но ты…

— Ты не пришла просить… Как странно. Я ожидал от тебя другого. — Донат смотрел на Аню как на равную себе персону.

— Именно так, Донат Ротузов. Я не пришла просить. — Ответила Анна. — Ты должен мне ответить, как бы ты поступил, если то, что случилось со мной… произошло бы с твоей сестрой. Ты же знаешь, что случилось со мной?

Анна смотрела на него и тихо дрожала в напряжении, ждала ответа. Грэй опустил рукой стволы своих друзей, словно успокоил их. Наконец он задумался на несколько секунд, потом поднял на неё свои серые глаза и тихо произнес:

— По сицилийским законам, юная леди, за то, что случилось с тобой, полагается смерть. И срока давности нет. Но… что ты хочешь от меня?

— Я не хочу, Донат Ротузов. Нет. И я не прошу тебя. Я приказываю тебе. Ты должен мне помочь.

— Почему я? С чего ты взяла, что тебе может помочь призрак и, главное, как?

— Я… не знаю… — Анна села без разрешения на место для посетителя. Друзья Грэя заволновались, но Грэй снова их успокоил. — У меня твой череп. Я нашла его. Там часть твоей души.

— Вот как? Это уже интересно… Ты шантажируешь меня, маленькая девочка?

— Нет… а теперь я уже прошу тебя. — Анна дрожала и смотрела на Грэя. Её глаза впились в этого мужчину.

— Просишь? Возможно ли такое… У тебя на руках «предложение от которого я не могу отказаться», а ты называешь это «просьбой»? Ты очень странная, юная леди.

Друзья Грэя возвратили стол на место, а официант уже нес к нему новый ленч.

— Однако… мне нет смысла тебе отказывать. В любом случае.

— Ты… поможешь мне?

— Считай, что ты нашла нужные слова. Если бы ты просила меня — я бы отказал. Если бы приказала и шантажировала — я бы помог тебе… наполовину. Но ты нашла другой подход. И этим заинтриговала меня. Я подумаю над твоим предложением. Оно… интересное.

— Я знала! — Аня улыбнулась, и её лицо засияло счастьем.

— Как тебе удалось найти нужные слова?

— Сложнее было понять, как тебя зовут.

— Называй меня лучше так, как ты обычно зовешь в своих снах.

— Грэй?

— Да! Имя Донат Ротузов принесло мне столько несчастий и горя… «Нефритовая империя» не сможет впитать… Это как один бесконечный страшный сон. Тебе не понять. Александр… не хочу… другие эмоции. Всё в прошлом. Как ты зовешь меня в своих снах, вот так и называй впредь. Пусть будет «Грэй».

Днем Алина Станиславовна попросила после занятий Аню показать ей свою подготовку к ОГЭ, до которого осталось только три недели.

— Ты не обижайся, но мне нужно тебя проверить.

— Я не обижаюсь, мам, но мне нужно еще время.

— Сколько доченька?

Анна вздохнула, набрала воздух…

— Да! Дня три, не больше! Я догоню!

— Смотри, всё очень сложно. В этом году добавили вопросов и по математике и по истории.

— Я справлюсь, мам!

Алина Станиславовна подошла к компьютерному столу девушки и увидела там все что угодно, кроме учебников, и самоучителей которые ровной стопкой лежали на полке, и уже не открывались минимум неделю. А с другого конца стола на маму пялился «друг» девушки.

— Почему ты… все время врёшь мне? — спросила Алина, — врёшь и врёшь. Где видно, что ты чем-то занимаешься?

— Я занимаюсь, мам.

— Ни разу не раскрыла, ни одной книги за месяц. Что с тобой будет?

— Я… буду заниматься. Немедленно!

Девушка вязла сразу группу книг и, выбрав самоучитель по математике, открыла его ровно на середине.

— Пожалуйста, не мешай мне, — попросила она маму.

— Можно… Я хотя бы этот «ужас» уберу?

— Нет! Ни в коем случае мам! Он мне помогает.

— Помогает?!

Алина Станиславовна смотрела и смотрела на свою дочь, пытаясь её понять.

— Да, — ответила Аня, — помогает! Мы так учим вдвоем один урок. А вдвоем всегда учить легче.

— Итак, прекрасная леди, как ты представляешь саму схему нашей работы? Кстати, ты так и не объяснила, почему обратилась именно ко мне? Обратиться к своему сновидению за помощью в таком вопросе…

Они сидели все вчетвером в баре на Диком Западе: он, она и двое друзей Грэя.

— Я все рассчитала, Грэй! — ответила Анна, — кстати, кто такие эти люди и почему всегда рядом с тобой? Я их вижу в любом сне, связанным с твоим именем.

— Это… — Грэй задумался, — тебе никогда не понять. Они охраняют меня и в тоже время никуда не пускают. Молчаливые стражи моей души, точнее того немногого, что от неё осталось. Я много грешил юная леди. Столько ошибок не может совершить один человек. Слишком много. Они приставлены ко мне, и пока они рядом я связан по рукам и ногам.

— Как я могу тебя развязать? — это вырвалось машинально из груди девушки, но потом Анна испуганно посмотрела на стражей. Стражи молчали.

— Никак. — Ответил Грэй. — Но ты не бойся. Считай, что они нас не слышат. Чтобы они меня отпустили, ты должна сделать, точнее провести один очень древний обряд. Он называется обряд «Освобождение». Но ты не сможешь его провести. Для этого нужно несколько человек. Одиннадцать человек и ты сама двенадцатая.

Анна задумалась, а потом её осенило.

— Я смогу, Грэй! — она схватила его за руку и погладила запястье. — Да, я смогу! Я знаю людей, которые мне помогут!

— Но это очень сложный обряд. Ты уверена?

— Я сделаю! Это будет моя плата тебе! Мы равны и я не прошу у тебя, я предлагаю тебе…

— Нет! Не говори, не стоит. Я уже согласился. Пусть будет, так как ты хочешь. — Грэй смотрел на неё своим строгим и в тоже время нежным взором. — Мне не нужна плата, я просто помогу тебе. Так как может помочь призрак.

Он погладил руку девушки, а «эти двое» даже, как показалось Анне словно улыбнулись, глядя на них.

— И все-таки, — спросил Грэй, — почему я? Почему ты не обратилась в милицию?

— Потому что он должен сдохнуть, а не сидеть на хозяйских харчах половину срока, а потом, выйдя из тюрьмы, прирезать меня за углом. Я рассчитала всё, Грэй. У меня нет денег на киллера и друзья мне не помогут. У меня нет таких друзей.

— А Антон?

— Антон? Ты что смеешься? Какой он мужчина, если даже не смог противостоять самому простому «останемся друзьями»? Сбежал, и даже не звонил потом. Оставил меня, как есть… Рашид прав. У меня никого нет, кроме тебя.

— А сама?

— Если я убью его… то меня посадят. Но это если чудом повезет, что я его убью, а не он меня. Он здоровый мужик, крепкий и сильный. Даже если у меня будет пистолет…

— А друзья отца?

— Нет. К ним я никогда не буду обращаться…

— Почему?

— Ты будто не понимаешь? Как может женщина прийти к другу отца, умершего отца и, сказать ему: «меня изнасиловали!». Как он будет смотреть на меня после этого? И потом. У него тоже семья. Максимум что Рашиду угрожает это пара ссадин. А мне нужна его шкура, целиком и полностью. Я хочу увидеть его труп.

Грэй удивленно посмотрел на Анну, и хотел было пригубить пиво, но… передумал и оставил кружку в сторону.

— Ты действительно всё рассчитала, прекрасная леди… Но скажи как я должен тебе помочь?

— Знания! — глаза Анны залились от счастья.

— И?

— Ты должен обучить меня всему, что знаешь сам.

— Ты хочешь наколдовать ему смерть? Ты действительно веришь в эти бредни? Аня, это все сказки…

— Ты знаешь то, что не написано ни в каких книгах.

Грэй задумался. Потом его серые глаза начали медленно пожирать Анну. Он думал и думал. Наконец он решился:

— Сделка! Пусть будет сделка!

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я