Глава 9
— Ну, могло быть и хуже, — Алекс достал из внутреннего кармана пиджака смятую пачку и вытащил рак… одну из самых дешевых путевок в ад. После того как на сигареты стали лепить предупреждения о том, что курение ведет к смерти — оно превратилось в способ самоубийства. — Здесь могли бы гулять дети.
Внешне парк напоминал тот, что стоял на насыпной гряде вдоль пляжа Амальгамы-стрит… с той лишь разницей, что небо здесь выглядело застывшей зеленоватой кислотой.
В лужах на разбитом асфальте отражались мигающие огни порванных гирлянд и разбитых неоновых лент. Обшарпанные деревянные аттракционы с жуткими головами клоунов. Какая-то гигантская плюшевая мартышка, хлопающая в медные диски… с рогами, распахнутой клыкастой пастью и… вываливающимся плюшем из разрезанного брюха.
По самому парку, за его оградой, выкованной из “костей” (или же это действительно были кости…) ходили зомби.
— Как это мило, — едва не прослезился от умиления Дум, когда один из разлагающихся, в оборванной одежде трупов поднял одноногую девочку без нижней челюсти, вместо ваты жующую чью-то кричащую голову, и усадил все это великолепие себе на плечи.
Алекс посмотрел на свои туфли. То, что он сначала принял за слякоть, на самом деле было… мочой.
Дети боятся описаться.
А еще они боятся зомби.
Особенно когда им позволяют смотреть фильмы про них.
Весь парк аттракционов, в глубине которого пряталась маленькая Роза, являлся сосредоточием ее страхов. Потаенных или явных — неважно.
Демон использовал их, чтобы запереть ребенка внутри ментальной клетки. Правда, делал это при помощи магии. Так что любой из этих зомби, доведись ему вцепиться гнилыми, желтыми зубами в шею Алексу, отправит последнего прямиком в бездну.
Да, здесь присутствовал только разум Дума, но из-за магии связь с реальностью была такова, что любое повреждение здесь мгновенно отразится в реальности.
Именно поэтому черные маги редко когда занимались экзорцизмом. В отличие от святош риск, которому они подвергались, был в десяток раз выше.
А денег обычно платили не так уж и много.
Ну, если, конечно, ты не работал на наследника заправочной империи.
С очень вкусными бутербродами.
— Мне один билет, пожалуйста, — Алекс достал из кармана пиджака порванный клиновый листок. — Взрослый.
— О-он взы-ый, — прогундел зомби, сидящий в кассе билетера, и протянул Думу кровоточащий глаз.
Почему-то вспомнилась девочка, которая продавала Алексу кофе в почти таком же парке… она погибла от демонического топора, а Дум не нашел ничего лучше, как посмертно вырвать ей глаз.
В качестве оправдания — сделал он это не ради личного удовольствия, а чтобы поймать опасного террориста.
Так вот — у нее глаз был не просто похожий, а точно такой же.
— Это мой страх? — удивился Алекс, вертя в пальцах свой “билет”. — Надо же…
Демон был силен… если он смог использовать не только страхи маленькой Рози, но уже постепенно проникал внутрь сознания Дума, то это кто-то не из первой сотни легионов.
Дум посмотрел на кольцо на пальце.
Простой накопитель.
В отличие от “Сердца короля-лича”, он не сможет выступать в роли отдельного буфера для магии. А это означало, что Алекс не сможет использовать заклинания выше своего уровня.
У него просто есть дополнительный баллон с кислородом, из которого он не сможет забрать больше воздуха, чем позволяют легкие.
И да, разумеется, он находился внутри иллюзорного мира, но знал свои ограничения и не был тибетским монахом, достигшим высшего просветления, чтобы шагнуть за Грань.
— Ну, начнем, пожалуй. — Алекс перешагнул через границу парка, вступив на территорию зомбилэнда… Кажется, был фильм с таким названием, но это не точно.
— Рози! — выставив руки рупором, кричал Дум, бродя среди аттракционов.
В одном из таких детки-мертвяки метали вместо дротиков наточенные кости. Целями служили далеко не шарики, а… груди?! Нет, действительно, в ячейках для мишеней висели весьма приятного вида среднего размера женские молочные железы.
Девочка боялась, что у нее не вырастут сиськи?
И это в таком-то то нежном возрасте?!
Вот до чего молодежь масс-медиа и “Инстаграм” доводят. Теперь уже — нет сисек, нет жизни.
Может, здесь где-нибудь в… жопы кости метают?
— Рози! — продолжал звать Дум.
В следующем аттракционе — “урони шута” — падал далеко не шут, а настоящий человек. Похожий на отца Рози, с кляпом во рту, он, пока детки-зомби веселились, каждый раз после попадания в мишень окунался внутрь чана с кислотой. Плавился в нем, а потом появлялся обратно и медленно, явно с болью, регенерировал.
— Это из-за демона или девка сама обладает извращенной фантазией? — начал сомневаться Дум. Впрочем, продолжил звать: — Рози! Ро-о-ози! Я пришел сюда тебе помочь!
И… тишина.
Дум посмотрел на часы. С того момента, как он вторгся в клетку, созданную демоном, прошло не больше двух минут. Это хорошо…
Когда он изгнал тварь вглубь души ребенка, то выиграл, в общем, не больше пяти минут. Так что для идеального финала сей истории, в которой родители получают себе здорового спиногрыза, а Алекс — бабло, ему оставалось еще три минуты времени.
Если не справится, то дела предпримут хреновый, а возможно, даже очень ху… в общем — неприятный оборот.
— Ладно, это не поможет, — вздохнул Алекс и выдохнул облачко дыма. — Если бы я был маленькой девочкой… Смешно… Если бы я был Рози в жутком парке адских аттракционов, полном зомби, то где бы я спрятался?
Алекс посмотрел на колесо обозрения, на котором красным неоном светились покореженные буквы “Колесо чудес”. Место хорошее, но девочка должна была помнить репортаж из настоящего парка Амальгамы-стрит, где упоминался инцидент на колесе.
Отпадает.
Следующим, что привлекло взгляд Дума, был пиратский корабль. “Комната страха”. “Летучий голландец”, в воображении ребенка застывший в метре над землей. Внутрь по трапу поднималась вереница “городских” зомби. В порванных толстовках, куртках, измазанных в крови джинсах и неизменно кедах какого-то новомодного лейбла.
Тоже не подходит.
— Где ребенок будет чувствовать себя в безопасности? — задумался Алекс.
Он старательно обводил все пространство взглядом, пока мысленно не выругался. Ну конечно, он не обратил на это внимания сразу. В конечном счете, учитывая его прошлое, фараоновская будка, стоящая чуть в отдалении, вызывала у него лишь одно желание — удрать поскорее.
А вот у ребенка законопослушных родителей…
Подойдя к единственному строению, освещенному не неоном, а приятным желтым светом, Алекс перегнулся через бортик.
— Нет, — маленький, тихо плачущий комочек страха и ужаса сжался в углу, — не трогайте меня… Мама! Мама! Я хочу проснуться! Мамочка! Мамуля!
— Твоя мама, Рози, очень тебя любит, — прошептал Алекс. — Она сейчас лежит рядом с твоей кроватью и держит тебя за руку. Очень крепко. Так, чтобы ты почувствовала. Чувствуешь?
Девочка в розовом платье, измазанном кровью и грязью. Все еще шмыгая носом, она вдруг едва заметно, чуть-чуть, но расслабилась.
Машинально, как любой тонущий ребенок пытается ухватиться за родителя, она коснулась правого запястья. Как раз того места, где в реальности покоилась ладонь ее матери.
Магия… она была куда глубже, чем могли показать даже самые продвинутые линзы.
— Ты… супергерой?
Алекс прокашлялся.
— Конечно, — кивнул он.
— И тебя прислала мама, чтобы спасти меня?
— Конечно, — повторил Дум и протянул ребенку руку. — Пойдем, Рози. Тебе уже пора домой.
Девочка, курносая, со смешными хвостиками, вытерла слезы и сопли. Она уже потянулась к Думу, как внезапно замерла, побледнела, а потом снова сжалась в комочек страха.
— Он здесь… он здесь… он здесь… — причитала она.
Дум выпрямился, развернулся и смачно выругался.
Ну почему именно клоуны…
