Простыми словами. Интервью

Ирина Коростышевская

Времени нет. Есть только то, что мы о нем думаем. Возраста нет, есть только цифры в календаре. Когда ты стоишь под дождём, босиком, в траве, с мокрыми волосами, и смеёшься, ты не понимаешь, сколько тебе лет – семь, семнадцать или семьдесят. А вот любовь есть. Просто потому, что она есть внутри тебя. И ещё есть свобода и радость. Радость от того, что тебе сегодня опять светит солнце, и свобода вернуться туда, где ты был счастлив. Вернуться в тот миг, который стоит возвращения.

Оглавление

Сергей Лемешевский. Натуральная величина

Скажу честно: для меня оказалось неожиданной радостью, когда Сергей Антонович Лемешевский согласился на интервью. Людей такого масштаба можно пересчитать по пальцам. Генеральный директор Златоустовского машиностроительного завода, награжденного самыми высокими государственными наградами, приехал ко мне на встречу в точно назначенное время. Когда он вошел в зал ресторана, люди зашевелились. «Будто корабль вдруг оказался на суше» — подумала я в тот момент. Кофе со сливками и лимоном, кофе американо, сливки подогреть, — четко проговорил он официанту. Официант, к моему удивлению, не задал ни одного уточняющего вопроса.

Сергей Антонович, когда вы были маленьким, у вас была любимая книга?

Маленьким не помню, а в школе, в старших классах, мне очень понравился роман Сергея Воронина «Две жизни». Родители выписывали «Роман-газету», в конце года обязательно подшивали все номера, и этот роман был напечатан году в семьдесят седьмом. Там два друга прошли войну, один вернулся в спорт, другой стал инженером, но они сохранили дружбу на всю жизнь. Такая сентиментальная вещь.

Вы сентиментальный человек?

Да.

Какая песня может вас тронуть до слез?

(Смеется.) У меня нет такой специальной песни, под которую бы я сидел и плакал. Мне нравится, как поет моя мама. У нее есть любимая песня, она малоизвестная: «Моросит мелкий дождь, мы идем в тумане, моросит мелкий дождь, сыро даже в кармане. А мы молча идем, проклиная погоду, вытирая с лица набежавшую воду…»

Вы любите дождь?

Да.

Когда-нибудь спрашивали себя, почему?

Нет, никогда. А зачем?

А фильмы советских лет вам нравятся?

Ну а кому они не нравятся?

«Все остается людям» с Николаем Черкасовым в роли директора завода помните?

Я помню довольно много фильмов про директоров заводов, но фильм, который меня озадачил и поразил — это «Частная жизнь» с Ульяновым в главной роли. Его отправляют на пенсию, и он заново учится жить в обычной жизни, без работы. Идет с женой в театр, по-другому смотрит на своего взрослого ребенка.

Почему вас так поразил этот фильм?

Не знаю. Засел в памяти и все. Многие вещи необъяснимы, и я даже не хочу это анализировать. Логика важна в работе, на уровне ощущений она не нужна.

Михаил Ульянов — великий актер?

Да. Однозначно.

Если бы у вас была возможность познакомиться с любым человеком из любого времени, кого бы вы выбрали?

Наверно, я бы хотел поговорить со Сталиным. Я не понимаю его, я бы хотел понять. Человек, который делал эпоху. Что им двигало? В доме-музее на родине Сталина на стене висят слова Черчилля: «Сталин был великим человеком хотя бы потому, что взял Россию с сохой, а оставил ее с атомным оружием».

Сталин — гений?

Да. И он, и Ленин. Они сумели свои идеи донести до такого количества людей, и люди им поверили. Гений в физике, в математике, в химии — это локально, таких людей много. А здесь масштаб.

А чем таким они обладали?

Трудно сказать. Я поражаюсь. Вот в этом и есть их гениальность. Феноменальная энергия, магнетизм. Перевернуть сознание людей практически без никакого образования — это что-то нереальное. Но ведь у них же получилось.

Вам никогда не приходила в голову мысль, что Сталин хотел, чтобы мы проиграли войну?

Никогда. Сталин предполагал, что будет война, готовился к ней. Наш завод переехал из Тулы в Златоуст за два года до начала войны.

Почему же тогда все великие полководцы во время войны были в лагерях?

Скорее всего, это произошло непроизвольно. Из-за определенных черт характера Сталина, из-за той обстановки, которая была вокруг него создана теми людьми, которых он к себе приблизил. И потом, далеко не факт, что те великие полководцы Гражданской войны сумели бы меньшей кровью выиграть Великую Отечественную. Тот же Тимошенко, тот же Буденный ничего значимого не внесли. Свое умение командовать фронтами к началу войны уже показал Жуков. Наверно, гораздо больший урон нанес тот факт, что среднее руководящее звено армии было обескровлено — люди, которые должны были грамотно выполнять приказы. Это, конечно, внесло проблемы, но не думаю, что долгое ведение войны напрямую связано с этим.

Вы знали, что жена Рокоссовского отбывала срок в одной из челябинских колоний?

Не знал.

Честно?

Честно.

А вы предполагаете, что на вас, как на директора крупного оборонного завода, может где-нибудь лежать папка?

Давайте так: папка лежит у меня на заводе в отделе кадров. Но я предполагаю, что многие мои действия могут быть под контролем у государства. И очень спокойно к этому отношусь. Если тебе дали право допуска к секретным документам, тебя однозначно должны контролировать. Когда я расписался, что обязуюсь сохранять секреты государства, я понимал всю степень ответственности.

То есть контроль для вас — норма?

Контроль контролю рознь. Это первое. Бесконтрольных людей не должно быть в принципе. Это второе. Есть правила, о которых договорились. И если я с кем-то о чем-то договорился, то человек может проверить, как я соблюдаю эти договоренности.

Правила — основа жизни?

Конечно. Но на первое место я бы поставил закон и договоренности. Любое правило можно обойти, поменять, по-новому обговорить. Я всегда говорю: «Правила игры обговариваем на берегу». Если по прошествии времени эти правила кого-то не устраивают, садимся и устанавливаем новые.

Вы были когда-нибудь в казино?

Один раз, очень давно. Я не люблю азартные игры.

Почему?

Я считаю, что я довольно азартный человек, а все игры построены по принципу окупаемости проекта. Это означает, что у тебя изначально очень мало шансов. И поэтому зачем начинать игру? Это глупо, на мой взгляд.

Вы всегда просчитываете, есть ли шанс?

Ну я не то что просчитываю, я смотрю. Цель всегда оправдывает средства, но в рамках разумного.

А если дорога идет не туда, заднюю скорость включаете?

Если пойму, что не прав, спокойно включу заднюю скорость. Если пойму, что не туда иду, отступлю. К своим решениям я возвращаюсь с постоянством, и если вдруг получаю дополнительную информацию или прислушиваюсь к другому мнению, делаю шаг назад. Но это бывает редко.

Вы смогли бы быть криминальным авторитетом?

(Смеется.) Нет. Хотя фильм «Крестный отец» мне очень нравится. Там есть бесподобная фраза: «В кино часто показывают, как герой с честью выходит из трудной ситуации, но мудрый не попадет в ситуацию, из которой умному придется искать выход».

Сериал про Орлову и Александрова посмотрели?

Нет, я вообще очень редко смотрю телевизор. Если только спортивные программы: хоккей, волейбол, баскетбол.

А новости?

Новости я читаю в Интернете. И то бегло. Потому что в Интернете громадное распространение информации, которая не соответствует действительности. Пишут все что ни попадя, никакой цензуры. Но как бы то ни было, Интернет формирует общественное мнение.

Вы это серьезно?

Я даже и не думал, что настолько. Вот вам пример: у завода в сосновом лесу был большой участок земли, выделенный еще при социализме, и в конце восьмидесятых завод начал строить больничный комплекс. В начале девяностых деньги закончились, и строительство прекратили, комплекс бросили. Когда мы рассчитались с долгами, мне стал интересен этот участок для застройки. Сделали проект, провели слушания, приступили к стройке. И вдруг началась пиар-кампания: «Не дадим вырубать деревья!» Причем вся кампания началась именно с Интернета. Прополоскали на нет, разбили палаточный городок, пригласили чиновников для урегулирования ситуации.

Вы уступили?

Я пытался объяснить, что для застройки района мы модернизируем все сети и решим все проблемы рядом стоящих домов. Но Интернет продолжал будоражить людей. И тогда я сказал: «Ребята, делайте, что хотите, гуляйте там, но возьмите у меня этот участок в аренду, сами платите земельный налог и все остальное». Оформили договор аренды.

«Левиафан» посмотрели?

Нет еще.

И не смотрите. Личная прихоть одного человека, раздутая до вселенских масштабов. Он там дом свой защищает, как поместье. Все вокруг рушится, а он продолжает воевать.

Думаю, что многие проблемы в нашей стране возникают просто от зависти. От разного уровня жизни. Не так давно я был на семинаре руководителей, и тренер высказал любопытную мысль, которую я запомнил. Он сказал, что повышение дохода в пределах одной ступеньки не играет роли. Есть пять уровней дохода: на самом низком уровне человек может обеспечить себе только прожиточный минимум, на самом высоком — может позволить себе все: самолет, остров, яхту. Так вот, в пределах одной ступени повышение уровня дохода не способствует повышению работоспособности и отдачи. Ответственность за свою работу не зависит от денег. Эта теория интересна, и она имеет право на жизнь. Когда я вернулся на завод уже на должность директора, я существенно потерял в зарплате. Но для меня было важным и главным восстановить работу завода и вытащить его из долгов. Я понимал, что сначала нужно сделать все эти действия, а потом уже думать о деньгах для своей семьи.

Были когда-нибудь в Москве на параде?

Никогда. Парад — это вывеска. Я с большим уважением отношусь к парадам, это красивая и достойная возможность показать оборонную мощь нашей страны, но для меня гораздо интереснее посмотреть, где эксплуатируются наши изделия. На подводной лодке на порядок интереснее.

Почему произошла трагедия с «Курском»?

Я не готов оценивать эту ситуацию. Чтобы оценить правильно, необходимо знать всю информацию, а на сегодняшний день она не выпущена в широкий доступ. Лично я склоняюсь к механическому воздействию, на аварию из-за оружия это не похоже. Требования по эксплуатации оружия на подводной лодке всегда очень высокие.

Если не оружие, значит, столкновение?

В океане есть эффект неоднородного течения, когда два объекта могут друг друга не услышать. Может быть, там произошло именно это, не знаю и не хочу рассуждать.

Почему их не спасли?

Безобразная подготовка. Помню, как в те годы, пятнадцать лет назад, в Северодвинске я увидел, как недокрашенный корабль выходил из ремонта в море. Судно идет в море, а солдаты стоят в трико. Помню, как однажды командир подводной лодки сказал мне: «Серега, мне в море выходить, а у меня три четверти экипажа моря не знают». Вот эти кавардак, беспорядок, безденежье и нашли отражение в ситуации с «Курском».

Вы всегда обращаете внимание на детали?

Нет, далеко не всегда. Просто эти ребята в трико меня поразили. Я понимал, что плохо, но не понимал, что до такой степени.

Вы когда-нибудь проводили параллели между подводным миром и небом?

Нет, никогда. Нельзя сказать, что я большой любитель моря. Мне больше интересны техника и решения, которые воплощены в технику. Поскольку я неплохо знаю технологию изготовления ракетных двигателей, мне интересны конструкторы, которые все это проектируют. Вот это меня интригует. В обыкновенной технике интересных технических решений почти нет — видишь прогресс, но принципиально нового не видишь, а в морских ракетах нового и удивительного предостаточно. Например, есть двигатели-утопленники, когда двигатель следующей ступени расположен в баке с горючим предыдущей ступени. В подводной лодке особая экономия места, и это очень сложное техническое решение. А люди смогли такое придумать.

А вы вообще в жизни часто удивляетесь?

Бывает. Несколько лет назад ко мне в поезде подошел незнакомый человек: «Ваша фамилия Лемешевский?» Отвечаю: «Да, а откуда вам это известно?» Он говорит: «Я был знаком с вашим отцом, вы — его копия». Отец рано ушел из жизни, но те уроки, которые он мне подарил и преподнес, для меня ценные до сих пор. Знаете, с годами стал замечать, что намного реже стал радоваться. Друзей становится меньше, они уходят, а новые уже не появляются. Мы с супругой часто вспоминаем времена, когда наши друзья могли запросто ввалиться: «Сереж, мы хотим вина выпить, шашлыки пожарить!» И мы жарили шашлыки, шутили, смеялись, ребенок был совсем маленький, тоже всегда с нами.

Вы балуете свою дочь?

Наверно, да, но она очень самостоятельная и со своими проблемами справляется сама. Я благодарен своему ребенку за то, что она не принесла нам никаких проблем. Начиная с младенчества и по сей день. У нас такая история с ней есть интересная: Юльке было годика четыре, я что-то пообещал и забыл. Она говорит: «Папа, ты же мне обещал». Я привык выполнять свои обещания, а тут не помнил. Говорю: «Юль, я не помню, а если не помню, значит, не обещал». Она подбоченилась, нахмурилась: «Папа, так нечестно». Говорю: «Чтобы было честно, бери тетрадку и записывай». Она сообразила и с тех пор записывает каждое мое обещание. Еще и на подпись приносит. И еще одна ее особенность меня удивляет: когда она болеет, она спит круглые сутки. Помню, в детстве она сильно заболела — температура высоченная, а она спит как хомяк. Часа четыре проспала, вся мокрая. Такая особенность организма, она так восстанавливается.

А вы? Как вы восстанавливаете силы?

Сплю. Особенно когда выхожу из себя.

Что может вас вывести из себя?

Нежелание людей думать и слышать. Нежелание людей решать проблемы. Нежелание понимать четко поставленную задачу. Самое удивительное, что очень часто не умеют договариваться между собой очень грамотные люди. В таких случаях я вскипаю моментально.

Вы когда-нибудь боялись какого-нибудь человека?

Нет, бояться — не боялся, но одного деда помню до сих пор. Мне было лет пять, и бабушка с дедушкой, родители отца, повезли меня в Белоруссию к знахарю, потому что я тогда сильно заикался. Знахарь — такой большой основательный пожилой человек долго-долго заговаривал воду и потом дал мне ее выпить. Помню свои ощущения — я совсем не боялся этого старика, наоборот, смотрел на него завороженно. Мне казалось, будто я попал в сказку. Потом он дал эту воду моей бабушке и сказал, чтобы она меня каждый день по чуть-чуть ею поила, а когда вода начнет заканчиваться, велел сразу же доливать новую.

Что вы не можете себе разрешить?

Знаете, один из принципов, которым я руководствуюсь, это: никогда не говори «никогда». Конечно, я мог бы вам ответить, что никогда не разрешу себе изменить Родине, но давайте уйдем от высоких вещей. Человек не может знать, на что он может оказаться способен и в какой ситуации может потеряться. Нас учили при социализме: сначала страна, потом семья, потом я. В капитализме наоборот: сначала я, потом семья, потом страна. А если подумать, то это одно целое — без «я» нет семьи, без страны нет «я». Мне служба безопасности завода на днях сообщает: «Сергей Антонович, к трем сотрудникам у нас есть вопросы». Я говорю: «Вопросы есть ко всем, у вас есть факты?» Вызвал этих трех сотрудников, предупредил их: «Мужики, делайте все честно, если вдруг выявится обман, я палец о палец не ударю».

И правда не ударите?

Правда. Терпеть не могу лжецов и непрофессионалов. Кадры решают все — я абсолютно согласен с этим лозунгом. Человек обязан любить свою работу и любить то место, где он живет. Любить страну, в которой он живет. Или жить в другой. Мир же большой, можно выбирать.

Если бы мы жили во время Великой Отечественной войны и вы были бы директором завода?

Я бы не хотел быть директором завода во время войны, честное слово.

Но ведь во время кризиса вам удалось поднять завод и вывести его из долгов?

Еще раз говорю: я бы не хотел. Кризис и война — это разные вещи. В кризис ты точно пишешь план действий и соответственно этому плану поступательно идешь и работаешь. Я точно знаю, что мне потребуется еще пять лет, чтобы сделать из завода конфетку. А во время войны многие вещи абсолютно непредсказуемы. Нисколько не преуменьшая героизма простых людей, я понимаю, что в это время быть руководителем — это колоссальная ответственность.

И огромный риск?

Риск — это когда ты не справился и все. А здесь совсем другое. Это неподдающаяся никакому анализу смелость. Именно таким качеством обладал Николай Павлович Полетаев, который руководил заводом во время Великой Отечественной войны. Знаете, буквально за два года до моего прихода на завод в восемьдесят втором году, одного из работников завода расстреляли по суду за измену Родине и вредительство. А это были уже далеко не военные годы! Мне тогда в красках рассказывали, как долго искали этого человека. В ракетах, которые во время испытаний на полигоне падали одна за другой, были обнаружены пробки, поставленные профессионалом. Это происходит в цехе главной сборки, а там подробно расписывается каждая операция. Так вот, после этой ужасной истории старший мастер цеха стал седым в двадцать восемь лет.

А как выглядит ракета? Она большая?

(Смеется.) Во всю длину этого зала. Вы же видели памятник ракете, когда приезжали ко мне на завод. Это и есть ее натуральная величина.

Вы можете сказать, что завод — это дело вашей жизни?

Я не люблю высоких слов. Завод — это моя работа, которую я очень люблю и которой очень горжусь. Я благодарен жизни за то, что она подарила мне такую возможность и дала право выбрать именно эту профессию.

Есть такая профессия — защищать свою Родину.

Да.

В греческой мифологии есть миф об Атлантах — людях, рожденных, чтобы на своих плечах удерживать главные движущие силы человечества — производство, созидание, творчество. По тому, какие за этими плечами оказываются результаты, факты работы, масштабы достижений, видно, насколько мощной силой, стойкостью и смелостью наделены эти люди. Рядом с ними все становится понятнее, яснее, светлее, и картина мира как-то сама по себе складывается в один красивый узор. Быть такими — их предназначение.5

Примечания

5

Впервые опубликовано в журнале «МИССИЯ», 2015, №4 (124)

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я