Живая ткань поэзии Терентия Травника. Роман о стихах

ЕЛЕНА ЛОГУНОВА

«Живая ткань» – это осмысленное погружение в мир поэзии Терентия Травника. Книга Елены Логуновой есть значимый факт не только для самого автора, но и для каждого, кто открыл для себя его строки и в особенности для искренних почитателей его творчества. «Радуюсь, что ваши стихи будут к кому-то прилетать и с моей ладошки», – пишет Елена Александровна в своем письме Травнику. И это так: личные впечатления писательницы позволят читателю по-новому открыть удивительный мир поэтической строфы мастера.

Оглавление

О прекрасных мгновениях…

Утро сегодня воистину зимнее: чистая небесная синева, по ней безмятежно плывут жемчужно-белые облака, лишь слегка отяжелевшие ближе к горизонту чернёным серебром. Всё прекрасно: и мягкий солнечный свет, и снежный пух везде — даже на самых тоненьких веточках.

Но я недовольно вздыхаю. Потому что не забыт прогноз погоды, согласно которому всё это благолепие к середине дня потечёт, поплывёт, станет серым. Синоптики предупредили: к середине дня — плюс три… И не исключён зловредный дождь со снегом, тот самый не то дождь — не то снег, что имеет столь неприятные свойства: проникать за воротник, хлестать по щекам и отвратительно хлюпать под ногами.

И надо же — именно сегодня Терентий Травник публикует стихотворение именно с таким названием:

ДОЖДЬ-СО-СНЕГОМ

Давно пора ненужное оставить,

И вон не лезть из пересохших кож.

Январь, а снег и тот, смотри-ка, тает:

Идёт, идёт и переходит в дождь…

И дождь, не ощущая себя лишним,

Уверенно пускается в раскрас:

Так, словно б перекинулся в картишки

И повезло ему на этот раз.

Не важно, что зима, и что не местный,

Что в правилах дожди зимой не льют,

Мой взял и притащил с собой оркестрик

И ля капеллу — знай себе поют.

Всё слаженней, за тоном тон — всё выше,

Не ошибаясь, ноты хор берёт.

Смотрю, как озорно со старой крыши

По наледи вода враспев течёт

И на душе, как у того ребёнка,

Надежды и прозрачны, и легки.

Как всё-таки всё в этой жизни тонко,

Как говорится, делалось с руки…

Недолог дождь… И вот, пока что мокрый,

Снег начинает свой сонливый ход

По крышам, подоконникам, по стёклам

Теперь не дождь, теперь январь идёт…

По всей округе старо-новый год!

Терентiй Травнiкъ

У поэта на данный момент всё, в отличие от моих предположений, беспечально: словно бусины, нанизаны на шёлковую нить прекрасные мгновения, а дождь по-своему раскрашивает картину январского дня. И он, дождик, пребывает в прекрасном настроении. Взял и организовал оркестр — нет, притащил с собой! И капельки обратились в многоголосую капеллу, и все вокруг радостно подчиняется озорной мелодии. Здравствуй, чистая детская радость! И сердце становится наивно счастливым, принимая всё, что происходит вокруг. И вот она, очень важная строка:

Как всё-таки всё в этой жизни тонко…

Осознание моментов бытия — как это важно! По сути — не прекрасных мгновений не бывает… Но есть в нас недобрая привычка: то и дело надевать тёмные очки. И мы не видим прекрасного. Проходим мимо…

А зимний дождь тем временем мирно уступает место снегу, ещё сонному. И снежная сумятица уже не видится мне досадной неприятностью. Вдруг вспомнилась строчка из песни: «У природы нет плохой погоды…». Но, к сожалению, плохая погода бывает в душе. И прячутся от этой непогоды счастливые мгновения, а вместе с ними радость: искренняя, чистая, свободная от душевной смуты. Но, слава Богу, есть стихи, которые помогают исцелить душу. И бывает, что для излечения — в качестве таблетки — достаточно нескольких слов, и тогда расцветает радость…

И на душе, как у того ребёнка,

Надежды и прозрачны, и легки.

И куда-то уходит ненужное, и не надо лезть вон из пересохших кож — пусть лучше кожа моей души станет под дождём и снегом мягкой и атласной… И хочется пожелать всем именно таких надежд — прозрачных и лёгких… А январь, распорядитель серебра, жемчуга и аквамарина, встретив старый новый год, снова вступает в свои права. И зимние зори окрашивают снега сиреневым, розовым и алым… Радуйся, душа моя!

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я